Эвотон: трансформация

Американка не оглянулась. Её лицо не выражало никаких чувств, но было понятно, что эмоции надёжно спрятаны в темницах её невероятно глубокой души.

– Я убиваю его… И даже сейчас, при таких обстоятельствах, мне нет оправданий… Но я убью мерзавца! И буду носить это с собой до конца дней.

Безразличный Тобиас, отлично контролирующий своё состояние, повернулся и взглянул на мятежника. Его тело не двигалось, кроме по-прежнему бьющей ладони, которая уже полностью утопала в крови… И вдруг глаза немца наполнились тревожным изумлением, а брови приподнялись! Он сфокусировал взгляд на Листе с подсвеченной от нажатий опцией, которая несла в себе угрозу для Системы здания, уже, наверное, расшифровавшей сигналы. Немец схватил вакидзаси и бросил женщине со словами:

– Лови!

– А? – Диана продемонстрировала незаурядную реакцию и направила растерянный взгляд на мерзавца. Именно в этот момент вылетевший из-за её спины клинок плавно и с определённым изяществом проник в висок лежащего. Мятежник прекратил всякие движения, но Система отреагировала: абсолютно все стены, пол и потолок задействовали прозрачный режим, а над трупом возникли красные световые потоки.

Тобиас обнажил катаны и с рычанием бросился к входу в зал. Землянка, кажется, всё поняла и со всех ног кинулась туда же – навстречу безразличным до отвращения абсидеумам! Именно абсидеумам… Только в их глазах жила пустота – единственный след некогда покинувшей цивилизацию надежды. Потому что всё начинается с неё… Всегда!

Землянин расставил мечи в стороны и с наслаждением прошёлся металлом по горлу пришельцев. Его ладони пересеклись напротив грудной клетки и остановились, позволяя хозяину максимально сблизиться с очередным интервентом, который явно не ожидал подобной сумасшедшей активности от представителя низшей цивилизации. Как только клинки потенциально захватили цель, Тобиас, в глазах которого горел адреналин, а в голове существовала лишь одна-единственная установка, изо всех сил, наполовину опустив веки, положил начало обратному движению холодного оружия. Момент пересечения ознаменовался кровавым и жестоким обезглавливанием! Землянин уронил катаны, запустил в зал несколько субстанционных гранат и подхватил бьющее фонтаном тело, чтобы закрыть себя и подбежавшую следом Диану. Взрыв, который все-таки прогремел в коридоре, где лежал мятежник, осветил окружающее пространство, но волна отрикошетила от невидимых границ вытянутого помещения… В зале одновременно взорвались гранаты!

– Диана! Беги к Магниту! Отключай его! – закричал во всё горло мужчина. – Я возьму их на себя!

Женщина, выстрелив два раза в головы восстанавливающихся абсидеумов, от верхней части которых теперь мало что осталось, обернулась к Тобиасу. Их глаза горели невидимым пламенем!..

* * *

Тусклое освещение в помещении огромных размеров на третьем этаже здания Совета высвечивало лишь патрийца, который стоял недалеко от входных дверей, широко расставив ноги. Полнейшую тишину нарушил скрип петель: сквозь увеличивающийся проем врывался яркий свет из коридора. Велфарий, стоя спиной к электромагнитному излучению, всё более освещающему пространство, покосился периферическим зрением через плечо и снова принял исходное положение.

Непрекращающийся неприятный скрип, исходящий от дверной коробки, дополнил стук подошвы о стекловидную поверхность здания Мирового совета – единственное, что напоминало о сегодняшних технологиях. Шаги невероятно значимого человека, шаги, исключающие всякий компромисс, шаги до конца – победного или смертельного! Это был Вархунд! Только у главы абсидеумской цивилизации была такая походка… Глава цивилизации, которая претендовала на статус доминирующей во всей галактике!

– А вот и легендарный Велфарий! – он приблизился на расстояние метра и направил плазменный шок в голову патрийца. – За Алмия и остальных абсидеумов, смерть которых на твоей совести! За недобор земных эвотонов! И за окончание правления патрийцев на S24! Пришло время отдавать долги, калпа…

С этими словами абсидеум окончательно выпрямил руку, выражая полную готовность испепелить голову инопланетянина. Счёт велся на доли секунды! Счёт, который не оставил реального выбора второму…

– Нет! – раздался крик, и в пространстве возникла странная фигура, а из оружия, находящегося в её ладони, потоком вырвалась плазма. Пламя в одно мгновение под душераздирающий вопль поглотило плечо Вархунда. – Нет, брат мой! Он нам нужен живой… И только живой!

Из темноты тихо вышел мужчина! Его фигура и голос не оставляли сомнений… Мужчина своей внушительностью не уступал Вархунду.

– Ты, я вижу, переметнулся на сторону примитива…

– Да чтоб тебя точка сингулярности!..

– Невероятно! Насколько ты изменился, – в неуязвимом голосе послышалось удивление. Но, наверное, другие при его конвертации неминуемо сошли бы с ума. – Я не узнаю своего брата!

– Хватит! Как ты догадался?

– Понимаешь, если абсидеум начинает упоминать совесть… Он не может! Не может говорить о ней! – мужчина приблизился к свету, но его лицо до сих пор находилось в темноте. – Неужели всё дело – в потере связи с информацией?.. Хм…

– Нет, брат мой, – ответил ему Вархунд, стремительно теряющий голубую кровь и слабеющий на глазах. – Дело во взгляде их главы. Дело в глазах, наполненных… – ему становилось тяжелее говорить. – Клаудеумской душой… Душой Бога, брат мой… – его глаза закрылись, и он упал на спину.

– Не замечал… Его глаза даже не светятся.

– Не тот… – абсидеум отключился.

Тем временем Велфарий растворился в воздухе! На его месте возникла пустота… Оружие второй Формации сработало и позволило обнаружить… Именно в этот момент из темноты вышел… Вархунд! Под всеобщее изумление и возгласы ужаса! Глава абсидеумской цивилизации… Истинный глава, настоящий! Но внешне ничем не отличающийся от своего брата.

– Я предполагал, что меня предадут и разыграют. Но ставки слишком высоки.

Наконец помещение полностью осветилось сотнями ламп. Перед абсидеумом предстало огромное количество бойцов Объединённых вооружённых сил, гибриодов, подконтрольных Совету первой Формации, и несколько подростков Поколения в состоянии полной готовности к активным атакующим действиям. И при виде одинокого Вархунда, даже учитывая всё величие инопланетянина и страх, который он внушал одним лишь своим присутствием, никто не вздрогнул ни на мгновение… Уверенность переполняла их лица! Бойцы держали абсидеума под постоянным прицелом, а у гибриодов глаза горели красным пламенем. Ситуация казалась настолько очевидной и безапелляционной, что любая другая цель сдалась бы немедленно и безоговорочно от одного только взгляда.

– В конечном счёте, это ничего не меняет, – всё равно будет по-моему, – продолжал пришелец, для которого расстановка сил и текущее положение имели собственную трактовку.

Бойцы потихоньку окружали Вархунда, конечно, не без осторожности. А в центре, непосредственно напротив абсидеума, возник Велфарий.

– Сделаешь сам или нам заставить тебя? – глава инопланетной цивилизации проявил всю свою агрессивную напористость и абсолютную непреклонность.

Патриец отрицательно покачал головой и ответил:

– Нам?! Что-то я не вижу твоей… офисной армии!

Вархунд рассмеялся, а у многих перехватило дыхание от смелости Вела. Тем временем смех абсидеума становился нервным, наигранным, диким, ужасающим своей атмосферностью до глубины души. Бойцы остановились, а кто-то из гибриодов панически спросил у патрийца:

– Может, атаковать?

– Нет.

Инопланетянин, не прекращая истерически смеяться, с силой опустился на колени и вытянул вперёд руки ладонями от себя. Из прикрытых глаз, возможно, извергался свет, предшествующий эвотонированию. Но никто его не замечал. А о возросшей за десять лет силе цивилизации ходили настоящие легенды. Растерянность охватила присутствующих в помещении. И даже Поколение на всякий случай приготовилось к возможному ответу. Формации приготовились брать не качеством, а количеством – единственное правильное решение напрашивалось само собой.