Эйс

Неожиданно не к месту возникла мысль: «Мне понадобится удача». Яна до конца не поняла, произнесла эту фразу во сне, или уже проснувшись. Она лежала с колотящимся сердцем и открытыми глазами. Сон был настолько реален и мысль настолько четко вложена в голову, что никакой дополнительной трактовки и разгадывания не требовалось.У Яны было ощущение, что в неё просто влили часть знаний мироздания. В одночасье стали ясны силы, данные свыше. Особых размышлений от неё больше не требовалось, как и не осталось тени сомнения – отныне Яна исполнитель высшей воли. Теперь только от её действий зависело появление посланников и дальнейшая судьба человечества.

У Яны не возникало совершенно никаких логически обоснованных предположений, почему именно её избрали на миссию. Она явно не ангел, до роли сатаны тоже не дотягивала. Возможно, думала Яна, сыграли роль высокая скорость мышления, умение формулировать мысли, изобретательность, тяга к справедливости и отсутствие страха в сочетании с высоко развитым инстинктом самосохранения. Но на самом деле, она не знала, что её душевные качества расположились ровно посередине шкалы греховности. Кому-то она казалась слишком злой и невыдержанной, кому-то наоборот. В некоторых традициях её поведение сочли бы крайне непристойным и неприемлемым, а в европейских странах такая свобода выражения женщины являлась обыденностью.

Она знала обе стороны жизни и не считая себя идеальной, редко кого осуждала, понимая, что с равным успехом при соответствующих обстоятельствах, её могло качнуть в любую сторону. Яна была способна как на изощренную подлость, если её сильно задевали, так и на великодушное благородство. Все зависело от случая и ситуации и, по её мнению, такое поведение присуще каждому человеку. Сунь-Цзы говорил, что даже кролик, загнанный в угол, становится опасным. Разница лишь в триггерной точке загнанного и степени воздействия на нее.

Вспыльчивость и агрессивность были характерны для Яны в равной степени с умением держать себя в руках. Она, не боясь, материла придурков на дорогах и в то же время никогда первая на опускалась до прямых оскорблений и рукоприкладства. В крайне редких, особых случаях могла, защищаясь, вступить в драку, особенно по молодости, но в то же время всегда видела черту, через которую не стоит переступать. В большинстве вопросов не доводила ситуацию до крайности, технично уходя от чрезмерного накала страстей. Яна отличалась повышенной ментальной чувствительностью, но эмоции никогда не перекрывали разумную составляющую.

Воровством не грешила, однако, если подворачивался случай изыскать пользу, перехитрить государство, момент не упускала. При надобности без угрызений совести могла по мелочи подделать документы или поучаствовать в чем-то не слишком законном. Могла менять любовников и заниматься сексом без дальнейших обязательств, но никогда не продавалась за деньги и не шла на измену, состоя в серьезных отношениях.

Не злоупотребляла алкоголем и возлияниями в еде, хотя ярым приверженцем ЗОЖа тоже не считалась. Не понимала причин вегетарианства по идейным соображениям. В детстве, вцепившегося в лицо кота, со всей дури отшвыривала кота, который пролетал две смежные комнаты насквозь, а на следующий день рыдала над умирающим щенком. Хладнокровно относилась к отрубанию голов курицам, но никогда бы не прошла мимо издевательств над животными.

Среднее состояние заключалось даже в талантах Яны. Способности к искусствам в её случае казались неоспоримы. Могла сочинять музыку, хорошо рисовала, придумывала фасоны одежды и сама шила, имела богатое воображение, но способности особо не развивала, поэтому и сверх талантами не блистала. Регулярно участвовала в соревнованиях в разных видах спорта, никогда не достигая больших высот. Она была способна освоить любой предмет, любую науку, за которую бы взялась, приобрести любые навыки, но ни от чего безумно не фанатела.

Внешние данные тоже между «очень хорошо» и «ну.. что-то в ней есть». Женщина, без сомнения, красивая, стройная, обаятельная и невероятно сексуально притягательная, однако, все же не настолько, чтобы мужчины повально испытывали благоговейное восхищение. Многие влюблялись, кто-то даже терял дар речи в её присутствии, но сама себя она идеальной никогда не считала. Милой да, но не красавицей с классическими золотыми пропорциями лица. Она обладала какой-то неправильной красотой. В виду большого смешения кровей в её родословной, люди терялись при определении национальности Яны. Представители каждой народности выдвигала определенную версию, при этом никто не принимал за свою. Лицо кукольное славянское, однако смуглое, с едва уловимым желтоватым отливом. Глаза абсолютно европейские широко распахнутые, светло карие, но в скулах неуловимый намек на родство с монголоидной расой. Причем совершенно ни у кого не возникало мысли о её принадлежности именно к этой расе. Русские выискивали в ней армянские корни, армяне интересовались не цыганка ли она, цыгане открещивались, кивая на большеглазых татар, те в свою очередь, точно знали, что она не их кровей и, скорее всего, украинка.

Парадокс заключался в том, что и чужаком Яну тоже никто назвать не мог. Она вызывала непередаваемое ощущение родственности и близости, чего-то давно знакомого, но забытого. Каждый человек, глядя в проникновенный и отливающий твердостью взгляд, был абсолютно убежден, где-то её уже видел. В юности, пользуясь общественным транспортом, она с успехом пользовалась этой особенностью. Кондуктора частенько проходили мимо, уверенные, что «девушка уже платила».

Именно четкое расположение посередине между крайними проявлениями человечества сыграло роковую роль.

Размышлять над тем, почему она должна осуществлять миссию, можно было бесконечно. Яна, не знающая истинных причин, быстро поймала себя на свернувших в ненужную сторону мыслях об избранности.

«Точно, давай сейчас упиваться собственной исключительностью. Надо же какая особенная – выбрали на пост карающей длани. О другом сейчас думай, овца, - укорила она себя, и тут же поправилась.
– Минуточку! Божья овечка».

Разыгравшаяся было фантазия справедливо восприняла претензию и мозг заработал быстро, ясно и прагматично.

«Семь лет, семь месяцев, семь дней – это отпущенный на миссию срок? На весь мир?!!! Совсем немного, даже если силы увеличиваются в геометрической прогрессии. Так, надо развивать способности, иначе далеко не продвинуться». Мысли роем носились в голове, едва успевая акцентироваться на важном.

Решимость спасти человечество отодвигали на задний план мысли о тяжести добровольно взваленной на плечи ноши, об опасности. Яна была готова к самопожертвованию и смерти не боялась. Страшило другое, вдруг, так легко подрядившись на миссию, она не потянет? Не хватит сообразительности и осторожности, не сможет выполнить в срок? Зато как рванула рубашку-то на груди… Безусловно, её личность должна оставаться в тайне. В то же время деятельность, последствия и причины широко освещаться. Основная цель – перевернуть сознание людей. Отбросить в сторону сантименты и жалость. Идеи накидывались одна за другой, заслонив ужасающую истину – ликвидацию людей.

Яна вовсю прокручивала сценарии развития событий, накидывая черновик будущей войны за человечество. Главное, что уяснила – от планеты шли негативные разрушительные флюиды, которые в кратчайшие сроки следовало снизить. Самое простое и действенное, с чего следовало начать – чистка тюрем и колоний. Подобные заведения показались Яне готовым накопителем человеческого биомусора и источником отвратительных эманаций. Нет исторгающих грязь – нет негативной энергии. В любом случае уровень конченных грешников там окажется выше, чем где-либо. Колонии, СИЗО, места временного содержания, полицейские участки были самой легкой частью плана выполнения миссии. Высокая концентрация невозвратных в одном месте существенно экономила время. Не придется выискивать сброд, размазанный тонким слоем в большой массе населения. Нет паники, все проходит быстро, чинно, благородно. Кроме того, одномоментно высвобождается большое количество сотрудников ГУФСИН и полицейских, которых прекраснейшим образом можно использовать на общественных работах по ликвидацию последствий атак. Например, из персонала «исправительного» учреждения можно сформировать похоронные бригады, собирающих многочисленных погибших по городу. Судя по всему, в этом будет наблюдаться острая необходимость и пока Яна не видела представителей из других профессий, которые быстро и безболезненно для экономики страны могли бы встать в ряды санитаров.