Fallout: Equestria

Я поднялась на ноги, левитируя перед собой Малый Макинтош и винтовку зебр. Из того, что рыцарь нам рассказала, следовало, что старейшина Блюберри Сэйбр оставила снаружи пятую часть своего отряда, чтобы те предупредили о нашем появлении, а вовсе не для охраны от тварей, бегущих в Понивилль из Вечнодикого леса. По правде говоря, я не была готова к бою. Но каждая секунда, потраченная на разговоры и лечение, давала десяткам Стальных Рейнджеров время, чтобы пробиться в крыло Охраны и Смотрительницы, убивая всех выживших после первой атаки, кто встретится им на пути. И они не собирались дожидаться меня.

— Идём.

* * *

Каламити замыкал отряд. Его меткая стрельба могла спасти всех, попытайся враг обойти нас сбоку. Я постоянно оглядывалась, наблюдая за его реакцией, пока мы шли к дверям Стойла по старому тоннелю под яблочным погребом. Для него это не было похоже на экскурсию по вылизанным макетам помещений в офисе Стойл-Тек.

— Дом Вельвет Ремеди... Дом Лил'пип... — шептал он. Каламити явно думал, что его не слышат. Впрочем, не будь у меня статуэтки Пинки Пай, я бы действительно не слышала его.

— Надо, надо быть сильным. Для них. Нельзя вот так просто ворваться и перестрелять этих сволочей ко всем чертям. Да, точно. Надо держаться. Надо следить за Ремеди и Лил'пип, прикрывать их. Я смогу...

Скелеты, покрывавшие пол перед входом, были изломаны и стёрты в пыль, растоптанные десятками стальных копыт. Чувство горькой тошноты добавилось к ярости, заполонявшей мой разум. Никто не знал, кем были эти пони, но они явно заслуживали лучшей участи. Я начинала злиться на саму себя. Почему я тогда не похоронила их? Они ведь все когда-то умерли под запертой дверью моего Стойла...

Но в конце концов, вся Эквестрийская Пустошь была усеяна такими скелетами. Я никак не позаботилась ни об одном из них. Даже об останках Эплблум и Пинки Пай. Но ведь я не оскверняла их. Я же не растоптала их без всякого сожаления.

Дверь в Стойло Два была полностью открыта.

Нашими парламентёрами были Вельвет Ремеди и СтилХувз, они и вошли первыми. Я хотела, чтобы наш Стальной Рейнджер пустил в ход вежливость прежде, чем нам нужно будет отстреливаться. Итак, Вельвет снова шагнула туда, где когда-то был наш дом... И сразу же встала как вкопанная, вскрикнув, словно от боли. Я поскакала к ней.

Стены и пол вестибюля были такими же серыми, как остальные помещения технического крыла, но сейчас они были покрыты беспорядочными брызгами разных цветов. Милыми пастельными цветами шкурок пони, лежащих в лужах багрово-алого цвета...

Смотрительница отправила полдюжины пони, чтобы поприветствовать гостей. Только двое из них — охранники Стойла — были вооружены. У остальных же были только надежды на дружбу... Возле раскрытого рта молодой сиреневой кобылки лежал растрёпанный букет цветов — приветственный подарок гостям. Белые лепестки были забрызганы красным. Стальные Рейнджеры просто расстреляли их всех в упор.

Пони в моей голове балансировала на краю тёмной, извивающейся пропасти. Бездонного колодца, заполненного костями, уходившего в темноту. И потоки ярости захлестывали её багровыми волнами, увлекая за собой вниз, в бездну...

Я дернула её назад, и стена ярости внутри меня осыпалась осколками. Ужас, боль и горечь, которые она сдерживала, хлынули наружу. Я упала на колени и зарыдала.

— Вот так вот... — я расслышала голос Каламити, словно доносящийся откуда-то издали. — Нахуй эту дипломатию. Все пони, кто решился на это, кто просто стоял и ждал, уже мертвы.

Я поняла, что узнала желтую кобылку, чей разорванный пулями труп лежал в углу... Но не могла вспомнить, когда мы с ней познакомились. И как её звали... И это было очень, очень плохо. Почему я не могла вспомнить её имени? Она же была достойна того, чтобы её имя помнили. Она должна была жить!

Заплаканная Вельвет Ремеди подбежала и обняла меня, пока я всхлипывала и рыдала, уткнувшись в её шерсть и броню.

— Литлпип была сильной достаточно долго, — услышала я её голос. — Это и мой дом тоже. Теперь мой черёд.

* * *

Каламити, Ксенит и я собрались в подобие разведгруппы. Как только я немного успокоилась и была способна идти, Вельвет Ремеди послала нашу троицу вперёд. Мы не собирались вести переговоров, если только враг не выбросит белый флаг первым. Наоборот, мы решили бить первыми — быстро, решительно и наверняка.

Первый Стальной Рейнджер, которого я нашпиговала пулями из винтовки Зебр, умер с криками в страшных мучениях, когда его органы загорелись, поджаривая его изнутри. Я не чувствовала жалости. Сострадания тоже не было. Не было даже чувства мести или какого-либо удовлетворения. Эмоциональный срыв полностью опустошил мои чувства, оставив только злобу и решительность. То, что я сделала, было правильным и необходимым и воспринималось не ужаснее, чем чистка зубов.

И я уже не чувствовала ни капли отвращения к тому, как поступил Спайк, защищая свой дом.

В каждом новом коридоре было всё больше убитых пони. Атака Стальных рейнджеров была жестокой. Но тем не менее, трупов было куда меньше, чем я ожидала. Приветственная процессия сыграла свою роль в продуманном плане Смотрительницы. А когда Рейнджеры продемонстрировали свои намерения уже на входе, встречающие оттянули достаточно времени, чтобы позволить ей эвакуировать остальных в крыло охраны и администрации.

Я не могла понять, любить или ненавидеть её за это.

Техническому крылу досталось сильнее всех. Стальные Рейнджеры пробились сюда в первую очередь, возможно, чтобы не допустить саботажников из числа жителей до технологий, которые были им нужны больше всего. У тех пони, что были там, не было времени, чтобы выбраться из крыла до того, как Рейнджеры отрезали им все пути к отступлению.

Я повернула за знакомый угол и очутилась прямо перед комнатой ПипБак техников. Эмоции захлестнули меня при виде чёрных подпалин на стенах, которые я когда-то протирала. Красная полоса крови тянулась вдоль стены, резко уходя вниз — до тех пор, пока не привела меня к трупу моего начальника. Если не считать оторванной ноги, я вполне могла бы заставить себя поверить, что он просто снова спал на рабочем месте...

Это было совсем не похоже на то, чем я когда-то хотела украсить эту скучную стену...

Я снова заплакала, и свечение Л.У.М.а расплылось бликами в пелене слёз.

Дверь в кабинете моего начальника была выбита и лежала рядом на полу. Внутри кто-то был. На компасе сверкнула красная точка. Я дала знак своим держаться подальше и начала медленно красться вперёд.

Стальной Рейнджер так и не заметила меня. Я левитировала Малый Макинтош прямо к затылку её шлема, чуть левее рёбер жёсткости.