Fallout: Equestria

Каламити приостановил работу и глянул на меня со знающим видом. Пока Калибр не смотрел, он сказал одними губами: нам надо поговорить.

* * *

— Д-Д-ДРАКОН?!

— Агась, — подтвердил Каламити, пока мы бежали к открытой двери Стойла Один. — Большой, громадный-огроменный, чудовищно древний дракон.

Прямо впереди тянулась огромная, открытая площадка Министерского здания, использовавшаяся для технологического процесса. Но гули превратили её в подобие общественной комнаты свободного искусства. Группа из двух пони начала играть, один на стеклянной арфе, а другой на губной гармошке. Музыка, разливавшаяся в холле Стойла Один, была удивительной, западающей в голову, прозрачной и странно дезориентирующей. Это была музыка призраков.

— Как Розовое Облако может быть драконом? — спросила я, замешательство побеждало мой первоначальный шок.

— Эт не... не совсем... — Каламити запнулся. — Это... странно, признаю. Смотри, ты ж знаешь, как работают жар-бомбы зебр, так? Они берут жар-яйцо и вплетают в него мегазаклинание... талисман... или как-там-его. Или ещё чего. Как бы там ни было, мегазаклинание Розовое Облако было сотворено так же. Они взяли связку тех штук, что они использовали в Литлхорне, которые по существу похожи на водные талисманы, только для Розового Облака, и вплели в них мегазаклинание... или как-там-эту-хрень.

— Ясно, — сказала я, кивая. Я была уверена, что понимаю, о чём говорит Каламити, лучше, чем он сам. — Но как стало возможным...

— Ну, коли ты хочешь создать талисман, который продержится очень долго или достаточно долго, чтоб положить кого-то, кого реально трудно убить, из чего ты его сделаешь?

Ох. Я почувствовала тянущее тревожное ощущение в животе.

— Из драгоценных камней.

Я сделала паузу, когда мы подошли к фонтану. Стойло Один имело действующий водный талисман. Я протестировала фонтан, поднеся свой ПипБак поближе, но не обнаружила никаких следов загрязнения. Не было ни следа от розового.

— Агась, — сказал Каламити, когда я глотнула воды из фонтана. Это не было полноценной заменой еды, но что поделать. — Этот талисман Розового Облака всего-навсего держатель, набитый драгоценными камнями.

Я понимала, к чему он ведёт.

— Его сожрал дракон, так?

— Агась. И не сожрал, а сожрала. Дракониха. Которая охраняла королевскую сокровищницу, если быть точным.

Когда мы достигли входа, я замолчала, заприметив сияющий терминал. Любопытство взяло верх.

— Погоди-ка, — попросила я Каламити.

Я тыкнула в терминал и была удивлена, обнаружив, что он уже был взломан и информация на нём была в свободном доступе любому, кому было интересно. Вся информация состояла из одного аудиофайла. Я загрузила его в свой... в свою ногу.

Повернувшись к Каламити, я прокомментировала:

— Окей, это объясняет наличие секретного коридора.

— Как именно?

— Ну, школа принцессы Селестии, очевидно, использовала детёнышей драконов для чего-то. Они должны были откуда-то появляться, — резонно предположила я. — Думаю, принцесса имела своего рода соглашение с драконом. Дракониха получала величайшую во всей Эквестрии кучу сокровищ, а принцесса получала... эм, её детей.

Королевский страж сокровищницы была мамочкой.

Каламити кивнул.

— Что ж, видимо, дракониха переварила мегазаклинание или что-т вроде. Это изменило её, стало её частью. Прям щас она спит в сокровищнице и храпит Розовым Дымом.

Просто зашибись. Я наконец поняла, как Кантерлотское Розовое Облако выжило после сотен лет проливных дождей. И почему оно было таким плотным в подземных помещениях. Облако попадает в секретный коридор, разъедает его стены, а оттуда попадает... всюду. Канализация, туннели, продолжите сами.

— Скорее всего, она теперь ни на каплю на дракона не похожа, — задумчиво протянул Каламити. — Я догадываюсь, что она расплавила свои сокровища. И всю чёртову сокровищницу впридачу. — Он ударил по металлическим поручням. — Так много грёз о королевском джек-поте. И всё зазря.

Я округлила глаза. Затем спросила:

— Откуда ты всё это знаешь?

Каламити повернулся ко мне.

— Да потому что пока вы все отдыхали, я был заперт внизу в дыре с той безумной аликорновской дамочкой. Вы все пробыли только пару минут в полоумном городе. В моей же голове проклятый спор продолжался всю чёртову ночь напролёт!

Он испустил громкий смешок.

— И я почерпнул пару занятных вещей со всего этого.

Знак, висевший на стене рядом со стойловской шестернёй, гласил:

Художественная Община

(Пожалуйста, никаких передатчиков.)

Мы вошли в открытые шестерёнкообразные двери и остановились, услышав музыку более отчётливо. Я почувствовала непреодолимое желание отойти куда-нибудь в сторонку и лечь, забыв о драконах, некромантских облаках и обо всём другом. Просто лежать и слушать, как призрачные звуки странным образом проходят сквозь мою душу.

* * *

Мы с Каламити всё ещё находились в Художественной Общине, убаюканные музыкой, когда СтилХувз нас нашёл. Бронированный гуль тяжело подбежал к нам и остановился достаточно надолго, чтобы сказать "За мной." И потрусил назад через толпу Кантерлотских Гулей, прежде чем я даже успела понять, что он вообще к нам подбежал.

Я с трудом поднаялась на копыта, чувствуя себя вялой, расслабленной и странно несбалансированной. Каламити потянул крыльями, сделав пару ленивых взмахов, прежде чем подняться в воздух. Потолок был в три пони высотой, что давало ему достаточно места для манёвров между лабиринтом гулей, стендов и дисплеев ниже и светильниками выше.

СтилХувз хладнокровно прорывался через толпы жителей Стойл-Сити, не сбавляя темпа. Я задалась вопросом, нормально ли это было для него? Он не ожидал ничего кроме яда, смерти и монстров в Руинах Кантерлота. И хоть мы нашли это в непомерных объёмах, но мы также нашли кусочек цивилизации, сообщество, состоящее из Кантерлотских Гулей, как и он сам.

Когда мы начали восхождение на один из лестничных пролётов, мой живот опять запротестовал, урчанием напоминая об отсутствии должного завтрака или обеда. Я постаралась отвлечься, включив в наушнике аудиозапись, скачанную из терминала Стойла Один.

Голос был очень знакомым, что сделало начало записи ещё более резким. Была влажность в голосе, его владелица явно плакала. Но не более того. Теперь, когда остались только горечь и печаль, исчезла боль, её место заняла холодная злоба.

"Здравствуйте. И прощайте.

Моё имя — Скуталу. Вы, возможно, знаете меня как вице-президента Стойл-Тек, компании, которая спроектировала и построила Стойло, в котором вы нашли ваше убежище. Но прямо сейчас я говорю вам как одна из очень-очень-очень многих пони, что вы, суки, убили.