Fallout: Equestria

— Видно, это недоработка дизайна.

— Броня предназначена, чтобы держать меня в живых, — сказал СтилХувз. — Откройте броню над моим левым боком.

Вельвет Ремеди так и сделала. Она открыла систему для применения лекарственных средств и лечебных зелий: всё от Бака до...

— Некоторые из этих препаратов я даже не знаю, — Вельвет сказала в удивлении.

— В броне есть медицинские чары. Если бы они работали, я бы уже был полностью исцелён.

Я всё ещё изучала систему впрыска наркотиков.

— Тут нет системы подачи Празд...

— Литлпип! — Вельвет Ремеди рявкнула на меня, заставив умолкнуть.

Испугавшись, я отступила назад. Я прогнала мысли о наркотиках и сосредоточилась на разрушенном заклинании матрицы брони СтилХувза. Если бы это был ПипБак, я бы могла легко...

— Погоди, — выпалила я, уже зная, что делать.

Вельвет глянула на меня.

— Лилпип... — шикнула она. Я не могла её винить. С моего последнего наблюдения прошло лишь около секунды. Она не осознавала быстроту моего нынешнего мышления. (Иначе она не отобрала бы так быстро мои Праздничные Минталки.)

— Нет, я знаю, как его починить! Я могу возобновить питание брони и перезагрузить матрицу заклинаний, — выпалила я. — Разработчик брони включил в неё и техномагическую технологию Стойл-тек. Так что всё это не так уж и отличается от починки ПипБака.

Выражение Вельвет смягчилось.

— Ну, тогда действуй. — Она улыбнулась, отойдя с моего пути, стараясь не приближаться к минному полю.

Я подбежала ближе и вдруг провалилась обратно в реальность. Осознание своей ошибки смешалось с тяжёлой депрессией из-за прекращения действия Минталок. Один момент — и я глупа, невежественна и тупа.

— Я... Я не могу, — застонала я.

— Но ты же сказала...

— У меня нет инструментов. — Хотелось заплакать. Стальной Рейнжер мог умереть, заключённым в свою броню из-за того, что я не была сертифицированным ПипБак-техником Стойл-Тек. Мой походный набор инструментов не включал в себя мастер-ключ матрицы заклинаний. И с неохотой, но пришлось всё это признать.

Вельвет Ремеди подошла ко мне, слегка покачиваясь, всё ещё слабая из-за потери крови. Она приобняла меня своим хвостом, зашептав утешительно мне на ухо.

— Мастер-ключ матрицы заклинаний? — Голос СтилХувза прозвучал скорее с надеждой, чем с отрешением. — Его можно найти в Стойле Двадцать Девять.

* * *

Мы шли в другое Стойло. Я содрогнулась при этой мысли. И это, я полагала, скорее из-за опасения, чем из-за физической слабости — раны мои Вельвет Ремеди уже вылечила.

Каламити прихромал ко мне.

— Помни, Литлпип, это не твоё Cтойло. — Я кивнула. Я всё ещё была во власти пост-ПрМ депрессии. Я знала, что я не в состоянии сделать это, но СтилХувз нуждался в помощи, и мы обязаны ему.

— Я передумал, — запротестовал Стальной Рейнджер. — Я не могу позволить вам идти в Стойло ради меня. — Его чувство надежды быстро сменилось упрямым благородством, которое я поняла и отринула. И я была не одна такая.

— Да? Ну что ж, идите сюда и остановите нас, — предложила Вельвет. Потом добавила: — Ах да, вы же не можете.

— Не умеете обращаться вы с больными, — заявил голос изнутри брони.

Я посмотрела на нас троих. Мы были не в состоянии путешествовать в неизвестную и, вероятно, враждебную территорию. Каждый из нас едва мог стоять.

— Я не скажу вам, где вход, — сказал СтилХувз, пытаясь нас отговорить.

Каламити заржал:

— Случаем не люк, с надписью "Стойло Двадцать Девять"? Возле вагонной стоянки Фетлок? — СтилХувз многозначительно промолчал. Каламити наклонился ко мне и прошептал: — А Вельвет Ремеди думала, что под тем фургончиком ничё интересного нет.

Путь до Стойла занял у нас гораздо больше времени, чем я помнила. Мы двигались осторожно, избегая красных точек на компасе моего Л.У.М.а. Прямо сейчас я чувствовала, что несколько радтараканов могли бы нас прикончить.

Каламити завис в воздухе, не нагружая свою больную ногу. Он взглянул на пассажирский фургон и неуместно бодро заявил:

— Что ж, надеюсь твоё заклинание левитации вновь готово впечатлять, Литлпип. Если ток мы по пути не нашли потоковый регулятор, а мне никто не сказал, то сдвигать эт штуку предстоит тебе.

Я прилегла. Мне требовалось полностью сфокусироваться на пассажирском фургоне (Дилижансы "Небесный Бандит" — отметила я про себя), а это значило, что не стоило тратить силы на поддерживание вертикального положения. Я сконцентрировалась на фургоне, и мой рог окружило свечение. Магическая энергия окутала фургон. Я поднажала, направив всю силу на то, чтобы его сдвинуть. Мой рог вспыхнул. Вокруг него образовался слой сияния. Фургон начал со скрипом пошатываться. У меня на лбу проступил пот. Мне стало трудно дышать. Где-то вдалеке за меня волновалась Вельвет Ремеди, но я не обращала на это внимания. Второй слой сияния сформировался вокруг моего рога, и фургон подняло на пару метров над землей, а затем сдвинуло на тротуар.

Я мягко его опустила, затем обессиленно рухнула. Я увидела крышку люка. Ура. Теперь спать.

* * *

— Как долго я была в отключке? — спросила я в ужасе.

— Достаточно долго, чтобы получить столь необходимый тебе сон, — успокаивала Вельвет. — Я и сама немного подремала.

Мы находились в коротком служебном туннеле. В одном конце была дверь, ведущая в другие служебные туннели, вьющиеся под всем Фетлоком. В другом же конце три ступеньки вели к массивной двери Стойла Двадцать Девять. Каламити стоял на трёх копытах (поджав больную ногу), уставившись на панель управления.

— Ну и дела, — объявил он. Судя по всему, Стойло Двадцать Девять так никогда и не открылось. А без запасного кода мы вряд ли смогли бы зайти. Тем не менее, я пошла работать над этим. Моё мышление всё ещё было каким-то вялым, и поначалу я подумывала пожевать минталку (даже не-Праздничная подошла бы), но не хотела, чтобы Вельвет Ремеди или Каламити считали, что я зависела от них. Я ведь не зависела. Они просто делали меня лучше.

После вторжения в систему управления и тщательного зондирования я нашла кое-что интересное.

— Я думаю... я нашла чёрный ход.

— Где? — Каламити спросил, глядя на люк. — Эт далеко?

Я покачала головой.

— Нет. Я имею ввиду, в систему. Требуется ключ из трёх частей для обхода защиты.

— Что за ключ? — спросила Вельвет Ремеди с сомнением.

— Распознавание голоса. Требуются три разных голоса, — сообщила я им. Затем, прежде чем кто-либо отметил тот факт, что, по случайному совпадению, нас трое, я объяснила: — Это должны быть голоса трёх определённых пони. Не важно, что они говорят, важно, кто говорит.