"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22
Шрифт:
— Чего так орать-то? Я как раз об этом и позаботился, пока тут кто-то дрых.
Бывший унтер водрузил на оставшийся от прежних хозяев стол оба котелка. Снял крышку, и до капитанского носа долетел запах перловой каши. Ого, кажется, в ней даже положили мясо!
— Где взял?
— У инвалидов.
— Здесь и инвалидная команда есть?
— При госпитале. Ну и гарнизонную службу заодно справляют.
В городишко Хоти они прибыли вчера, когда было совсем уже темно. Здесь же решили переночевать, чтобы завтра добраться до цели своего путешествия.
— Местные с османийцами ушли, — разъяснил ситуацию усталый санитар, — никого не осталось.
А на вопрос, где можно остановиться на ночлег, только рукой махнул.
— Да где хотите, пустых домов больше половины города.
Большой выбор вариантов ночлега — это, конечно, хорошо, но и на гостеприимство местного населения, в этом случае, рассчитывать не приходилось. Обошлись сухарями с водой из фляг, искать в незнакомом городе колодец не было ни желания, ни сил, целый день в седле вымотал обоих окончательно.
Поэтому, каша из инвалидского котла была очень кстати. Пока офицер опустошал свой котелок, бывший унтер выкладывал новости, добытые из того же источника.
— Хоти взяли с неделю назад, османийцы прорыва вдоль берега моря не ожидали, оборону по левому берегу Мгупты организовать не успели. Наши переправились почти без боя, навели мост и пошли дальше. Штаб корпуса сейчас в Капси, отсюда пятьдесят верст будет.
Пятьдесят верст — многовато будет, за один день можно будет и не успеть. Фелонов, тем временем, продолжал.
— Сейчас османийцы опомнились, зацепились за левый берег…, этой…, как ее… Короче, забыл. Да это и не важно. Никому ничего не говорят, но видимо, наступление забуксовало, наши потери растут, а толку никакого. Рискуем попасть в самую мясорубку.
— Чему быть, тому не миновать, — усмехнулся Алекс, — есть приказ прибыть в штаб корпуса и получить назначение, значит, прибудем и получим, а дальше видно будет. Чайком у инвалидов разжиться не догадался?
— И куда я его налью? — огрызнулся Влад.
— Ладно, давай собираться, путь сегодня предстоит неблизкий.
Спустя час после завтрака, Магу и Фелонов выехали на берег Мгупты. В этом месте река была неширока, не больше сотни шагов, но течение быстрое и вода холодная. Через реку был наведен плашкоутный мост, за которым приглядывали саперы, расположившиеся в палатке у самого въезда на мост. Молоденький лейтенант с перекрещенными топорами на погонах, прежде чем пропустить их через переправу, проверил бумаги.
— К генералу Трындецкому?
Полувопрос, полуутверждение, причем с нескрываемым сочувствием.
— К нему. А здесь как обстановка?
— Здесь, в Хоти, тихо, даже бандиты не шалят, а что там дальше — ничего толком сказать не могу, наше наступление продолжается.
После некоторой паузы сапер негромко добавил.
— Раненых оттуда много везут, очень много. И почти каждый день.
Судя по этим словам лейтенанта, наступление
руоссийских войск сейчас, действительно, развивалось не слишком успешно. И с большими потерями.Попрощавшись со словоохотливым саперным офицером, Алекс тронул лошадь. Фелонов пристроился рядом с ним. Копыта лошадей простучали по деревянному настилу моста, после чего, всадники начали подъем на левый берег по узкой пыльной дороге. Наезженная колея поднялась по склону невысокого холма и вывела к перекрестку. Здесь в дорогу, идущую параллельно береговой черте, вливалась другая, спустившаяся с гор. Перед офицером и ополченцем открылся чудесный вид на море. Залюбовавшись, Алекс невольно придержал лошадь.
— Тихо-то как! Будто и войны никакой нет.
Первым одинокого всадника заметил Фелонов, того выдал поднятый копытами лошади шлейф пыли.
— Скачет кто-то, — предупредил он, и добавил, — похоже, сильно торопиться.
Капитан на всякий случай тронул клапан кобуры, хотя одиночный кавалерист вряд ли мог представлять опасность. Проследив за ним несколько секунд, Алекс принял решение.
— Подождем, может, случилось что-то.
Когда всадник приблизился, то по одежде капитан признал в нем местного жителя, но на голове у него была бескозырка с ополченческим крестом, а над плечом виднелся ствол винтовки.
— Господин офицер! Господин офицер!
Кричать местный доброволец начал задолго до того, как приблизился, будто боялся, что в последний момент они уедут. Ему самому и его лошади дорога далась тяжело, бедное животное тяжело дышало, вздымая бока.
— Господин офицер! Османийцы через перевал прорвались, скоро будут здесь!
Алекс машинально глянул за спину ополченцу, но никаких преследующих его османийцев не увидел. Стало быть, какое-то время до их появления еще было. Если, конечно, они мужику не привиделись.
— Молчать! Какие османийцы, сколько их? Когда и где прорвались? Толком говори!
Ополченец сглотнул, перевел дух, но по-прежнему ничего вразумительного не сообщил.
— Там, в горах, много их! Наши держатся пока. Господин капитан приказали сообщить первому же встреченному офицеру и записку передать.
— С этого и надо было начинать, — возмутился Алекс. — Где записка? Давай ее сюда.
Ополченец торопливо сорвал с головы шапку, вытащил из нее сложенный пополам листок и протянул его офицеру.
— Вот она.
Капитан торопливо развернул бумагу и начал разбирать буквы неровно и торопливо написанные простым карандашом. В записке некий штаб-капитан Курдымов сообщал, что его роту внезапно атаковало до батальона османийцев. Рота приняла бой, но больше двух часов вряд ли продержится, просил помощи.
Алекс взглянул на Фелонова, бросил взгляд в сторону моста, возле которого виднелись несколько саперов. Командир просившей помощи роты не предполагал, что первый встреченный его посыльным офицер окажется без своего подразделения. Да и в Хоти есть только взвод саперов и инвалидная команда. Однако, надо что-то предпринимать.