"Фантастика 2024-48". Компиляция. Книги 1-29
Шрифт:
— Ты сам-то понял, чего сказал? — хмыкнул Волков. — Если все так, то парню конец. Ну, в плане великой миссии по защите мира, населенного сирыми и убогими. Не расстраивайся, если будешь меня слушаться, то я найду и в этот мире, полном любви, веселья и женского тепла достойное для тебя применение, — похлопал его по плечу оборотень.
— Вот сейчас реально лучше заткнись, выбрал время для своих шуточек, — рявкнул я на Петьку, но тот только пожал плечами и действительно с сочувствием посмотрел на Снегирева. — До официального решения, просто выполняй возложенную
— Ладно, пошли. Виктор не будет ждать.
— Ну, нет, вы никуда не пойдёте, пока не объяснитесь, — у двери стоял Карамзин, сдвинув брови. К нему присоединился Щедров, который умудрился на основном занятии раздраконить Долгова так, что тот прописал ему терапию в виде дополнительных занятий до конца учебного года. А ведь он просто немного не понимал, что именно от него требует наставник, ну это он так сказал. Меня там не было, поэтому за его слова я точно ручаться не буду. — Романов, ты какое отношение имеешь к монастырю? И ты Волков?
— Не советую опаздывать, — сказал Петька. — Потому что я молчать не буду и сдам вас Долгову. Скажу, что это вы не давали нам пройти, хотя мы так хотели, так спешили…
— Вам никто не поверит, — хмыкнул Щедров. — Чтобы мы с Карамзиным смогли удержать двух клириков и оборотня? Вопрос дня, а на хрена нам тогда все эти дополнительные и основные тренировки?
— Пф. Это все отмазки. Романов слишком щепетильно относится к своим друзьям, Снегирев в апатии пограничной с депрессией, а я обычный парень не в лучшей человеческой форме. Так что, вы запросто можете побарахтаться против нас секунд десять, а этого вполне хватит, чтобы задерживаться, когда будем приводить вас в порядок и собираться по кусочкам, — улыбнулся Волков, скрестив руки на груди.
— Петя, ты же тоже клирик? — спросил Щедров у меня, не обращая внимание на оборотня.
— Младший, — я кивнул. — А вот Петька хотел в монахи постричься. Не взяли. Хоть он так хотел, так хотел… Я сам видел, как он вцепился в ногу отца-настоятеля, и тот волок его по двору…
— Мы пытались отобрать целый батон колбасы у Сони. — Поднял вверх палец Петька. — Бесполезное занятие, как оказалось. Самый сильный клирик из ныне живущих и далеко не слабый оборотень ничего не смогли сделать с пантерой, которой хотелось покушать.
— То есть, то, что ты планировал постричься в монахи, но тебя не взяли, ты не отрицаешь? — уточнил я.
— Тьфу на тебя. — Петька повернулся к Карамзину и добавил. — И в добавок ко всему, нельзя отрицать тот факт, что в вас тоже проснулись неведомые силы, кто знает.
— А ты хотел нам об этом сказать? — спросил Щедров, глядя на меня в упор.
— Хотел, — ответил я честно. — Но не сейчас. Чтобы это по Академии не расползлось.
— Не бойся, не расползётся. Только… зачем вам эти занятия? — спросил Карамзин, переводя взгляд с меня на Артёма и обратно.
— Мы не с Долговым будем заниматься. Виктор не владеет всеми положенными техниками. Эти занятия нужны нам, чтобы форму не терять. — Спокойно ответил
Снегирёв. — Виктор нам предоставляет помещение с хорошей защитой.— А у вас появится уникальная возможность посмотреть, как тренируются клирики. Правда, без наставника эффект не тот, но всё же. — Сказал Петька примирительно.
Эти слова словно сигналом послужили. Ребята отошли от двери, и мы пошли на тренировку.
— Отпускаю, — я вместе со всеми наблюдал, как скелет падет в могилу, распавшись на ничем не связанные между собой кости. А потом разрытая земля поднялась и опустилась на место, формируя вполне аккуратную могилу. Корнилов удовлетворённо кивнул и повернулся к нам. — Завтра лекция начнётся на два часа позже. К следующему практикуму знать те магические формулы, которые я вам сегодня продемонстрировал. Свободны.
— Я на машине, вас подвезти? — спросил Карамзин.
— Я пройдусь, — ответил я, и Петька нехотя кивнул головой.
— А вот меня, пожалуй, — зевнул Щедров. — Мышцы болят, — пожаловался он.
— Завтра ещё больше болеть будут, — философски ответила Ольга и взглянула на меня. — Петя, проводишь меня до машины?
— Конечно, — я галантно подал ей руку. Щедров уже ушёл с Карамзиным. Корнилов первым убежал. Петька делал вид, что прогуливается.
Мы дошли до ворот кладбища. Мимо проехали одна за другой две машины. Ольга остановилась и повернулась ко мне. Внимательно посмотрела в глаза.
— Поцелуй меня.
Я мог спросить её, зачем ей это понадобилось. Я мог спросить себя, зачем это понадобилось мне. Но, вместо того, чтобы задавать идиотские вопросы, просто притянул Назарову к себе и поцеловал. В какой-то момент поцелуй углубился, и Ольга обхватила меня за шею, уже сама вжимаясь в моё тело всё сильнее и сильнее.
Сердце колотилось, как ненормальное. Всей моей выдержки уже не хватало на то, чтобы оставаться абсолютно спокойным. Мы расстались не по своей воле, и, как оказалось, я скучал.
— Петя, — пробормотала Ольга куда-то мне в шею. Я же отпустил её, пытаясь привести мысли и чувства в порядок. — Я уже успела забыть, каково это.
— Я тоже, — если бы лежал снег, было бы проще. Протёр бы лицо и шею, да остыл немного. Сейчас же… — Пошли, я посажу тебя в машину.
— Что с нами будет? — спросила она тихо.
— Я не знаю, — покачав головой, рывком открыл дверь. — Нужно с этими бесконечными прорывами разобраться. А там, посмотрим. В любом случае, я не боюсь встать рядом с тобой. Уж поверь, мне бояться нечего.
И я закрыл дверь, не давая ей ответить. Не сейчас. Потому что сейчас точно не время и не место.
Когда машина отъехала, я поспешил обратно к склепу Шуйского.
— Нет, я всё понимаю, ночь, романтика. Кладбище, опять же… Судя по твоему взъерошенному виду, ты доказал Назаровой, что клирик — это далеко не монах, если она ещё сомневалась. Вот только, Петя, я тут жду, понимаешь ли. Чтобы прикоснуться к знаниям. Припасть к великой библиотеке… Кстати, а ты её долго ещё будешь держать в подземельях?