"Фантастика 2024-83". Компиляция. Книги 1-16
Шрифт:
Мать после этого долго не решалась еще съездить в гости. Но когда через пару лет все же поехали, такого приключения, как в первый раз, испытать не удалось. Разве что на конечной станции пулеметчик отчего-то раздобрился и позволил ему забраться на крышу, потрогать пулемет.
А когда мать умерла, связь с родственниками сошла на нет, и нужда в поездках отпала.
Романов-на-Мурмане Лом знал как свои пять пальцев. Но из окна вагона он смотрелся по-другому, словно тот город, что видел давно и теперь узнавал заново. Кольский залив, вдоль которого шел поезд, казался узким серым языком, который высунуло суровое Баренцево море. Дразнилось? Или
Единственную остановку поезд сделал в Коле. В вагон зашла угрюмая, с заспанным лицом женщина, села на скамью, прислонила к стене голову и продолжила прерванный сон. Лому вскоре пришлось последовать ее примеру: за окном начался дождь – сначала неуверенный, робкий, но быстро набравшийся смелости и превратившийся в ливень. А глазеть на сплошные серые струи – дело бессмысленное и откровенно глупое. Тем более шум дождя в сочетании с перестуком колес – обалденное снотворное.
Разбудил Лома кибер:
– Вставай, приехали.
– Куда? – ляпнул спросонья взломщик.
– Пока еще не в рай.
– Ты думаешь, наша конечная станция там? Меня гложут сомнения. Веришь?
Зан был уже с рюкзаком за плечами. Направившись к выходу, он бросил через плечо:
– Поторопись, они могут уйти.
– Кто? – поднялся со скамьи и, потянувшись, направился за кибером Лом.
– Машинист с кочегаром. Иначе уголь в топку придется кидать тебе.
– Почему не тебе?
– Ты умеешь водить паровоз?
Отвечать взломщик не стал. И спрашивать, умеет ли это делать напарник, – тоже. Ответы были очевидны обоим. Другое дело, если бы паровоз управлялся электроникой. Правда, уголь электронным не бывает, так что махать лопатой все равно бы пришлось ему.
Машинист в ответ на вежливую просьбу Зана возмущался недолго. Что именно сделал кибер, Лом заметить не успел. Предположительно ничего, просто как-то по-особенному – и вряд ли с сердечной теплотой – посмотрел на железнодорожника. Тот, видимо, после этого понял, кто стоит перед ним, и, сдаваясь, процедил:
– Пути ж впереди лет семьдесят не проверяли…
– Вот заодно и проверим, – сказал Зан.
Лом краем глаза заметил, как медленно пятится к открытой двери будки здоровяк-кочегар. Еще немного, и шанс поработать лопатой мог бы стать явью.
– Куда? – схватил его за рукав взломщик.
– Я… это… подышать, – замямлил чумазый как черт верзила. – Душно тут.
– Перед смертью не надышишься, – не поворачиваясь, обронил Зан.
– Чего это?.. Как?.. Почему перед смертью?.. – забормотал кочегар. Казалось, его лицо побелело вместе с угольной маской.
– Потому, – наконец посмотрел на него кибер, – что любая попытка неподчинения или побега приведет к незамедлительному летальному исходу.
В глазах кочегара отразилась пустота глубокого космоса. Паникующий разум верзилы откровенно забуксовал. Зан это понял и повторил более доступно:
– Еще раз дернешься – убью. – Затем обернулся к машинисту: – К тебе это тоже относится.
– Да чего вы, ребята? – решил сгладить ситуацию Лом. – Просто делайте свою работу, и все будет в ажуре.
– Угробим машину, – пробурчал машинист. Дрожащей рукой он смахнул со лба выступивший пот, еще сильней размазав
уголь по лицу.– От тебя зависит, угробишь или нет, – сказал кибер. – Мы вас не торопим. Езжайте медленно, смотрите вперед внимательно.
– Не все углядишь, – продолжал ворчать железнодорожник. – Где шпала прогнила, где ржа крепление съела… С виду все целое, а как наедешь, так и… эта… лиса полярная.
– Не спорю, риск есть, – кивнул Зан, – но ехать все равно придется. А чтобы нагрузка была меньше – отцепим вагоны. Кочегар справится? Он как раз подышать хотел.
– Сделаешь, Тимоха? – посмотрел на подручного машинист. – Да не бзди ты, не убьет тебя никто. Не бандюки это.
– А ты откуда знаешь? – усмехнулся Лом. – Я, между прочим, вор. Веришь?
– Подбери язык, – зыркнул на него кибер. – И сходи с кочегаром, присмотри за ним.
– Если обкакается, попку подтереть?
– Сказано: язык подбери, – нахмурился Зан. – Шутки кончились.
– А по-моему, вся веселуха как раз впереди, – ухмыльнулся взломщик. И подмигнул кочегару: – Айда на прогулку!
– Погоди, – остановил его Зан, открыл свой рюкзачище и достал оттуда короткоствольный автомат «Никель» [316] . – Держи. Повесь на шею и с этой минуты с ним не расставайся. Стрелять, надеюсь, умеешь?
Лом с видимым удовольствием повертел ладное, удобно лежащее в ладонях оружие.
– Из этого не приходилось. Из «Печенги» [317] как-то баловался… по банкам. По консервным, в смысле, не сберегательным.
– Тогда и с ним справишься. Принцип один, даже патрон одинаковый, шесть миллиметров по европейской шкале. Только «Никель» полегче, так что не так сильно запаришься таскать.
316
«Никель» – оружие ломовского мира, короткоствольный автомат.
317
«Печенга» – оружие ломовского мира, штурмовая винтовка.
– «Умба» [318] еще легче, – улыбнулся взломщик, набросив на шею ремень автомата.
– «Умба» не годится, дальность стрельбы слишком маленькая. Патрон меньше, убойная сила, соответственно, тоже. И магазин всего на двадцать патронов, а значит, перезаряжать пришлось бы чаще.
– Кстати, о патронах… – подхватился Лом.
Кибер извлек из недр рюкзака два черных рожка:
– Пока хватит, будет надо – еще дам.
Взломщик распихал магазины по карманам куртки. Машинист с кочегаром смотрели на оружие широко распахнутыми от страха глазами. Лом это заметил.
318
«Умба» – оружие ломовского мира, малогабаритный пистолет-пулемет.
– Не тряситесь, – ухмыльнулся он, – не для вас. – И перевел взгляд на здоровяка Тимоху: – Ну что, идем вагоны отцеплять? Теперь, вишь, все пучком – я тебя охранять буду.
Дальше ехали медленней некуда, пешком и то быстрее можно. Но Зан машиниста не торопил, понимал, что про шпалы и крепления тот говорил не зря. А вот Лом начал нервничать.
– И чего плетемся? – не выдержал он. – Давай лучше пехом! Если мы так будем всю дорогу ехать, то и до ночи не доберемся.