"Фантастика 2025-15". Компиляция. Книги 1-24
Шрифт:
Лаура не красавица, и я бы мог предположить, что просто понравился ей – спасибо повышению «Харизмы» – но это вряд ли. Её частота сердечных сокращений обычная. Её возраст – тридцать четыре года. Хотя, без интерфейса бы в жизни не догадался – образ двадцатилетней студентки более чем удался.
– Типа того. Выиграл конкурс на написание эссе. О роли английского языка в современном обществе. Пригласили на награждение, вся поездка за счет организаторов конкурса.
– Да что ты говоришь! – почти искренне изумляется Алекс. – Красавчик!
Ладно, хватит ломать комедию, Испытание не вечно, и я в любой момент могу
– А вы, ребята, из ЦРУ или АНБ? – короткий вопрос застает их врасплох, но внешне это никак не проявляется, и если бы не показания системы, не догадался бы.
Мимолетно переглянувшись с девушкой, Алекс едва заметно кивает и говорит уже серьезно:
– Филипп, мы отвечаем за безопасность вашего прибытия в США.
– Что может угрожать начинающему писателю, автору эссе о роли английского языка в современном обществе?
– О, видите ли, Филипп… – Томашик склоняется ближе и шепчет. – Вы не первый. За последнее время появилось еще несколько подобных вам «авторов эссе». К сожалению, ни с кем из них нам не удалось нормально… поработать.
– Поработать над чем?
– Над новыми… эссе.
В сопровождении Алекса и Лауры, сосредоточенно перемалывающей жвачку и не проронившей ни слова, я вне очереди прохожу паспортный контроль. Пограничник ставит отметку о прохождении границы, желает хорошего дня, кивает моим сопровождающим и открывает створку.
Багажа при мне нет, и выйдя из Международного аэропорта Майами, я попадаю в парилку. Солнце шпарит, а иноземный терпкий липнущий воздух сбивает с меня маску невозмутимости, которую я старательно удерживал на лице.
Никогда не покидал пределы страны, даже в Турции не бывал, а тут сразу в Америку. Всю дорогу до отеля я жадно рассматриваю улицы, дома, вывески, автомобили, прохожих, пытаясь найти отличия.
Пальмы! Больше всего меня поразили пальмы, наиболее явно иллюстрирующие смену широты.
В небольшой черный микроавтобус, встречающий нас в аэропорту, садимся только мы трое – я и сопровождающие. За рулем уже сидит водитель, но его роль ограничивается лишь доставкой нас до отеля. Того самого, где когда-то снимали фильм о Джеймсе Бонде.
Свое знание английского я решаю приберечь, разговаривая в пути с Алексом только по-русски. Говорим мы на нейтральные темы, более ни разу не коснувшись темы «эссе». Он рассказывает, как сильно ему нравится Москва, какие там красивые девушки, а потом, хохотнув, выдает скабрезную историю из недавнего прошлого, в которой фигурирует один русский олигарх, несколько влиятельных людей из телевизора и полный состав одного столичного модельного агентства. Лаура произносит витиеватое неизвестное мне ругательство, возмущенно смотрит на Алекса и остаток пути молчит, наблюдая за мной исподлобья.
В огромном светлом холле отеля оживленно. Люди за столиками выпивают, носятся официанты с подносами, разнося спиртные напитки, на ресепшене очередь. Лаура отходит с моим паспортом, пока мы с Алексом садимся на диван, а возвращается уже с ключами от номера.
– Девятый этаж, – говорит она, протягивая карточку от номера.
– Заселяйтесь, приводите себя в порядок и спускайтесь. Пообедаем, – предлагает Алекс. – В шесть часов будет встреча с нашими коллегами.
Я тоскливо смотрю за витражное окно, где в бассейне плещутся отдыхающие,
а чуть дальше виднеется манящий пляж и ласковое море.– Еще отдохнете, – успокаивает меня Алекс. – Как говорят у вас в России, делу время, а потехе – час. Есть предпочтения по кухне?
– Что-нибудь поострее и с мясом.
– Что-нибудь придумаем, – кивает он. – Ждем вас в лобби.
В номере я сначала запираю дверь и проверяю дилетантским взглядом комнату на предмет наблюдения. Конечно, ничего не нахожу, но уверен, что без присмотра меня не оставили. Скинув рюкзак, раздеваюсь и иду в душ смыть дорожную пыль, побриться и почистить зубы.
Переодевшись, звоню Веронике, совсем забыв о том, что там ночь, чтобы узнать, как дела в офисе.
– Фил! С ума сошел! – шепотом возмущается она. – У нас четыре утра!
– Кто там? – доносится сонный Славкин голос.
– Черт, прости! Перезвоню позже…
– Ну уж нет! – слышно, как она встает со скрипнувшей матрацем кровати и выходит из комнаты. – Как долетел? Рассказывай!
– Да нормально все. Только заселился в отель. Что у вас по людям?
Рыжая рассказывает, что работа по контракту с компаниями Виницкого уже началась. Рук не хватает, добирают людей оперативно по тому списку, что я оставил. Оценив фронт работ по «Джей Марту» и аффилированным с ним компаниям, мы с Кешей и Вероникой прикинули, какие кандидаты нам понадобятся, и я произвел отбор, пользуясь фильтрами карты интерфейса. Главным для меня было, чтобы работа успешно выполнялась и без моих необычных навыков. Вполне естественно, что для этого я активно использовал оценку синергии команды. В общем, за «Доброе дело» я спокоен, останусь с интерфейсом или нет.
Закончив разговор, я вспоминаю о целях поездки.
Главная задача – это квест по Панченко. Еще в самолете я обратил внимание, что Костя покидает Майами. Куда он направляется, станет понятно позже, когда его метка остановится. Пока же я вижу, что он летит куда-то на запад – может, в Калифорнию, а может еще куда.
Вторым, но важным пунктом – это сдать Хаккани. Они его не взяли, судя по показаниям интерфейса – проверял, где он, перед вылетом в Москву. Террорист был все еще в Саудовской Аравии, только уже в другой части страны.
Выхожу из номера и иду к лифтам, на ходу актуализируя его местоположение. Товарищ Хаккани жив, здоров, и, судя по пульсу, хорошо себя чувствует. Пока.
Он должен стать первым. Американцы получат его, я – свои деньги, и если все будет нормально, я смогу предложить им больше. Сразу, как только решу вопрос с Панченко.
– Филипп, простите за, возможно, бестактный вопрос, но все же… – Человек, представившийся Норманом Дохерти, виновато улыбнулся. – Разрешите?
На ужин мы поехали в непрезентабельный корейский ресторанчик. Алекс, сопровождавший меня в поездке, остался в машине, а Лаура завела меня внутрь и провела на второй этаж. Там, в отдельном кабинете, уже сидели два человека – мистер Дохерти, изящный молодой человек в рубашке с закатанными рукавами, и Эктор Санчес, одутловатый смуглый мужчина сорока лет в очках без оправы.
Меня удивило, что назвали они мне настоящие имена. Еще меня удивили их уровни социальной значимости – у обоих выше десятого, причем у Нормана, казавшегося много моложе, был даже выше, чем у Эктора.