"Фантастика 2025-24". Компиляция. Книги 1-28
Шрифт:
— Вот именно… Превращусь. Тебе уже это не грозит, свин засратый, — крикнул в ответ и стукнул по дверному полотну кулаком.
— Так, наказанный! За нарушение правил поведения лишаешься половины пайка, — послышался грубый голос.
«Ха, с ними еще и охранник. Джонни Проктор настолько крутой супер маг, что побоялся идти в одиночку» — подумал, ощущая приступ испанского стыда.
— Смотри, чтобы ты яиц не лишился, — бросил в ответ.
Но болтать со мной больше не стали. Какое-то время слышались глупые причитания. Потом все затихло, и тюрьма стала
Как ни странно, мне было легко. Еще пара недель? Или месяцев? Да хоть лет! Жрать на халяву, спать сколько влезет, не думать ни о чем и прокачивать свои навыки, достигая новых высот. По сравнению с тупой учебой — это почти что курорт.
Так вот, случай с Проктором не ослабил боевой дух. Я продолжил сидеть взаперти, болтать с говорящим филином, заниматься эрией и все прочее. Паек, кстати, вроде бы не урезали. Каша даже стала чуть повкуснее.
Неизвестно сколько дней здесь прошло. Примерно неделя с момента прихода Проктора. И вот, однажды в полдень в дверь настойчиво постучали.
— Никого нету дома, — крикнул, лежа на нарах. Как раз немного тренировался, устал.
— Ученик Лесовский, вы думаете выходить на свободу и заниматься учебой? — послышался надменный мужской голос.
Сначала я немного задумался, потом понял, что это директор Гарольд. Прислушался чуть получше. Ага, с ним еще куча народа. Наверняка решили собрать оперативное совещание, чтоб решить, как со мной поступить.
Что ж, хорошо… Я теперь звезда школы.
— О, уважаемый Гаррик, конечно же, выйду, братан. Думаю, утром, примерно часиков в восемь, когда ежики еще мочат письки в росе, — ответил немного подумав.
— Господи, у него начался нервный бред.
— Боже, какие манеры! — сказали женские голоса.
— Кхм, Лесовский! — крикнул Директор. — Вижу, ты окончательно не ценишь хорошего отношения. Вместо вызова сюда специальных инспекторов мы позволили тебе отдохнуть и прийти в себя. А ты изволишь неучтиво себя вести!
— Ха, ну ты даун. По-твоему отдых — это посиделки в мешке с говорящими птицами? — расхохотался в ответ, не вставая с нар.
— Господи, что за птицы? Я же говорю, мальчик бредит, — произнесла одна из училок. Но ее никто не послушал.
— Значит так, шкет?! Ну что ж… Если будешь дальше грубить, можешь получить десяток плетей! — воскликнул директор, стараясь не уронить авторитет перед училками.
— Каких? — сухо спросил я.
— Таких, что бьют больно!
— Ааа, тогда все понятно. Эти плетки сделаны не из лозы живой ивы?
— Что? Нет, конечно. Причем здесь наше магическое растение?!
— Кхе, вообще не причем. Просто в нашей академии есть люди, которые ночью выходят к той иве, наклоняются и позволяют ей… короче, себя воспитывать, — медленно отчеканил я, проговаривая каждое слово.
Сначала за дверью все стихло. Потом раздался смех Гарольда, причем явно наигранный.
— Аха-ха-ха, госпожа Амалия, вы правы! Мальчик действительно бредит. Ему мерещатся какие-то извращения. Аха-ха, вот что случается, когда плохо
себя ведешь, — заорал он.Но вместо криков поддержки все оставалось спокойно. Вдруг одна из училок осторожно произнесла:
— Это не совсем бред, господин Гарольд. К живой иве и правда кто-то подходит. По вечерам под ней нечто творится. Похожее, прости боже, на секс.
— Да, там даже тропинка протоптана! — мне говорили.
Директор громко закашлялся, а я начал ржать. Иногда неплохо дружить с пернатыми чудиками.
— Так, дамы, все под контролем! Мы обязательно найдём этого извращенца, который там… В общем ладно. Дальнейшую судьбу Марка Лесовского решим на вечернем собрании. Нам пора на уроки, — протараторил Гарольд.
Я громко воскликнул в ответ:
— О, не бей меня, мамочка! За что так грубо, прямо по персику! Не попади по колокольчикам, умоляю. Моя древесная сисечка…
— Это… что ты там такое говоришь? — отозвался директор. Видно, он был напуган.
— Ничего. Завтра попробуем тройное корневое отшлепывание!
— Лесовский… Ты это того. Ты не фантазируй, короче, — воскликнул Гарольд, стараясь быть убедительным. Но это не вышло.
Я еще поорал для вида. А делегация вскоре убралась. Уже на следующие сутки дверь наконец-то открылась, и мне позволили вернуться в свою общагу.
Вот к чему приводит качественный переговорный процесс. Всегда говорил, что я отличный дипломат.
Хотя, это не стало событием. Ведь вечером перед освобождением случилось кое-что поважнее. Обычно охранники не трындят под дверями. Но на сей раз они дали маху.
Кормушка оказалась немного открыта. Возможно, это позволило звуку проникать в камеру, причем так, чтоб я различил слова.
Короче, охранники болтали о каком-то событии, что должно произойти очень скоро. Это был явно не карнавал с жопастыми девочками. Нечто страшное, сродни апокалипсису.
— Испепелитель должен явиться. Он еще никогда не забывал академию, — настороженно говорил один стражник.
— Ага, жаль парня, конечно. Он его порвет как скотину… — скорбно твердил второй.
— Ну да, иначе никак, — констатировал первый.
— Блин, и чего мы не можем остановить этого Ака…
— Тихо! Его настоящее имя нельзя произносить! Для нас он просто — Испепелитель!
— Тупые суеверия, так-то…
— Согласен, но если не верить, можешь оказаться на месте несчастного мальчика.
«Дай угадаю с трех раз, кто тот несчастный мальчик? Они что, хотят скормить меня какому-то монстру?»
Амазонки, блин, что-то затеяли. А теперь еще эти. Но если среди первых есть моя мать, то здесь дела посерьёзнее. Не хотелось бы стать закуской для тупой твари.
С другой стороны я мог расслышать неправильно. Нужно уточнить разведданные. Только как? Вряд ли важную информацию выложат как на духу. А прессовать кого-то не стоит, лучше пока затаиться.
Ночь прошла беспокойно. Долго думал о своем положении, о загадках, что меня окружали. Утром, клетку открыли. Я вышел оттуда и направился на уроки.