"Фантастика 2025-3". Компиляция. Книги 1-22
Шрифт:
– Боялись повредить корыто анимала? – предположил фальшивый сержант Лонг.
– Может быть. Ну, ничего! Мы теперь запломбировали сливы. Второй раз им по этой дорожке не пройти.
Корвин вернулся назад, вновь открыл дверь в коридор и медленно двинулся к противоположной двери.
“Я бы на твоем месте так не рисковал, – вновь напомнил о себе голос предков. – Ты же ни черта не понимаешь в нуль-переходах”.
“А я рискну”, – огрызнулся Марк.
Теперь он уже не шагал, а семенил, сдвигаясь каждый раз на несколько сантиметров. Но и эта тактика не принесла результатов. Он
Лациец вздрогнул всем телом и обернулся.
Перед ним стоял лейтенант Вин. Офицер переоделся в боевой в новенький боевой скафандр. Правда, стекло гермошлема поднял и перчатки снял. Черный ствол бластера направил Марку в живот. Точь-в-точь как Минуций Руф совсем недавно. Похоже, у Корвинов враги повсюду, и не только на Лации.
– Синьор Лонг, – проговорил лейтенант, кривя губы. – Что ты мне хочешь сказать? Наверняка что-то очень важное.
– Я пытаюсь отыскать логику в действиях колесничих, – пробормотал Марк, не отрывая взгляда от оружия. Сказал он правду, но вряд ли лейтенант ему поверил.
– Ганс остался жив, ты слышал?
– Еще нет.
– Кто такой Ганс – ты знаешь?
– Не припоминаю. Кажется, это рядовой под моим началом, – попытался выкрутиться лациец.
– Нет у тебя под началом таких рядовых. Как примитивно, сержант Лонг! Неужели разведка колесничих совершенно деградировала?
– Я – не колесничий! – отвечал Корвин надменно.
– Неужели? Может быть, станешь утверждать, что ты действительно сержант Лонг?
– Нет. – Запираться было, по меньшей мере, глупо. Скорее всего, лейтенант знал сержанта в лицо.
– Тогда кто?
Марк молчал. Сказать, что он с Лация, было невозможно.
– У тебя заметный акцент. Тот, кто хоть однажды слышал речь колесничих, тут же скажет, что ты из их числа.
– Я действительно с Колесницы. Но не колесничий.
– Ну, ты и загадку загадал, парень! – хмыкнул лейтенант Вин. Но продолжал сжимать в руке бластер – ствол ни на миг не дернулся.
– Я – бывший раб. Мне удалось бежать. Я оказался на Петре. Там полно бывших рабов. Потом подался в наемники и попал сюда. Но мне захотелось сделаться сержантом, я взял жетон погибшего и его куртку.
– Что за ахинею ты несешь, братец? Я бы скрутил тебя и отдал капитану Гоцци, но ты, парень, отлично дрался. Если бы не ты, нас бы прихлопнули. “Колесничий не может так поджаривать своих”, – сказал я сам себе. Единственный твой шанс – сказать мне правду. Может быть, я смогу спасти твою шкуру. Бывший раб.
“Рассказать этому парню все как есть? Пожалуй – это единственный способ остановить прорыв колесничих на базу. Мне нужен помощник, так пусть помощником будет нер. Наверняка с точки зрения разведчика я поступаю безрассудно. Но мои предки не были разведчиками”, – Марк не понял, кто рассуждал, он сам или голос предков. Да это и неважно. Иного варианта действий не подворачивалось.
– В этом коридоре находится нуль-кабина. – Марк осторожно подбирал слова. Нужно было, чтобы лейтенант поверил, но при этом не следовало болтать лишнего. – Кабина ведет на другую планету.
Она то включается, то выключается. И чтобы заставить работать ее постоянно, колесничие хотят захватить базу.– Ты это только сейчас придумал? – насмешливо спросил Вин.
– А как я, по-вашему, попал на базу, сразу на третий уровень?
– Черт, – пробормотал лейтенант. – Значит, ты…
– Вывалился через кабину в этот коридор за пару минут до того, как здесь все сожгли. Я ненавижу колесничих, клянусь всеми звездами Галактики.
Лейтенант задумался. Рассказ самозванного сержанта выглядел полным бредом. И одновременно он объяснял многое: безумную атаку колесничих, появление самозванца и нежелание атакующих применять тяжелые орудия на нижних уровнях, в то время как верхнюю половину станции они разнесли в хлам.
– Что ты делал, когда был рабом на Колеснице? – неожиданно спросил Вин.
Лейтенант явно колебался. Он верил и не верил.
– Был рабом барона Фейра. Дергал на грядках ле карро. То есть морковь.
Вин прищурился.
– Значит, говоришь, где-то здесь нуль-кабина?
И в этот миг она включилась.
Огнем наискось разрезало коридор, будто кто-то синим светящимся лезвием взмахнул в воздухе. Из пореза вывалился человек в серо-коричневом комбинезоне, с кобурой на поясе. Мерд! Колесничий!
Вин кинулся к нему, держа бластер наготове.
– Руки! – заорал он не своим голосом.
Человек, выпавший из распоротого пространства, корчился на полу. Его трясло, одежда покрылась инеем, лицо было белым, губы прыгали.
– Назад! – ахнул Марк. – Назад, лейтенант!
Но было поздно. Синее пламя, еще полыхавшее на месте искажения пространства, дернулось в сторону, и Вина разрезало наискось. Причем даже не разрезало, а завернуло спиралью. Чудовищная сила сделала это почти с детской капризностью. Было слышно, как трещат кости, как лопается кожа, видно, как человека рвет в лохмотья; пластиковым стаканчиком лопается сверхпрочная кираса, крошится гермошлем, и струи крови брызжут под каким-то невероятным углом.
Точно так же должно было крутить и рвать отца Корвина, когда тот застрял в сбесившемся портале. От этой мысли Марка замутило. Ему хотелось кинуться к Вину и вытащить лейтенанта из чудовищной мясорубки. Но он знал, что помочь наемнику уже никто не сможет.
Вин еще жил. Он что-то силился выкрикнуть, еще пытался размахивать сломанными руками. Не сразу Корвин понял, что лейтенант хочет выстрелить, пытается прицелиться и…
Портал захлопнулся. Пламя угасло, изуродованное тело с мокрым шлепком упало на металлический пол коридора.
Колесничий, что выпал из кабины, остался в живых, и теперь силился подняться. Марк смотрел на него несколько секунд. Колесничий! А Корвин, якобы, шпион колесничих. Акцент! Акцент ему поможет.
Корвин кинулся к парню, ухватил за плечи и поднял рывком.
– Почему ты опоздал? Что случилось? – зарычал в ярости. Пришел Корвин в ярость, к слову сказать, вполне искренне.
– Кто ты? – выдохнул выпавший из портала человек.
– Ма фуа! Я жду тебя уже пять дней! Пять дней! Ты опоздал, придурок!