Фарт

– Стремится.

– Что?

– Вероятность не может быть равной нулю, доктор. Она может стремится к нулю.

– Ну-ну, умник.

Снова помолчали.

– Ладно, сегодня у тебя был трудный день, завтра будет не менее легкий. Лежи, переваривай информацию. – Геббельс поднялся – Ах да, чуть не забыл. Надо же тебе имя дать, а то так и ходишь, безымянный.

– Мне и со старым хорошо.

– Нет, парень. Со старым нельзя. Старое имя нужно оставить в старом мире. А тут ты в мире новом. И имя, соответственно, должно быть новым. Да и не любит Улей, когда старые имена остаются. Наказывает. Только женщинам можно оставлять. Ты, надеюсь, не женщина?

– Вот ты вроде ученый, доктор наук, если это правда, конечно, а во всякую мистику веришь.

– Э, парень. Я за семь лет здесь такого навидался, что уже во все верю.

– Я сам могу имя выбрать?

– Нет. Имя дает крестный.

– Послал же бог крестного. – еле слышно пробормотал Сергей.

К счастью, Геббельс его не услышал. Картинно подперев рукой подбородок и уперев взгляд в потолок, словно искал там подсказку, он подбирал имя новичку.

– Учитывая тот вид, в котором мы тебя встретили, тебя можно было бы назвать Бомж. Но-но, не вскидывайся ты так. Как мы яхту назовем, так она и поплывет. Хе-хе. В принципе, ты мне очень удачно подвернулся. Удача? Не, бабское какое-то имя. Удачливый? Длинно слишком. Какие там синонимы для «удачи»? Фортуна? Фартовый? Фартовый, фартовый… Фарт!

Геббельс встал прямо, торжественно воздел руки и произнес:

– Именем Улья нарекаю тебя «Фартом»! Отныне ты забудешь свое старое имя и будешь отзываться только на новое! – и добавил уже совершенно нормальным голосом – Ну а теперь отдыхай, Фарт. Завтра и всю следующую неделю у нас много работы. Надеюсь, имя тебе пойдет на пользу и принесет мне удачу.

Развернулся и вышел в комнату, оставив Сергея, теперь уже Фарта, наедине со своими мыслями.

[1] Человек человеку – волк.

Глава 7

– Подъем, лежебока! Належишься еще!

Открыв глаза, Фарт прислушался к своим ощущениям. После вчерашних нагрузок тело отзывалось болью во всех местах сразу. Кряхтя, с трудом принял вертикальное положение. Стоявшая возле кровати бутылка с живчиком казалась недостижимой целью. Немного подвигав корпусом, чуть размял мышцы. Со стоном потянулся к заветной бутылке. «Как алкаш последний.» - мелькнула мысль – «Хотя, собственно, почему как? Тут все алкаши.». С трудом разогнулся и сделал несколько глотков. Облегчение наступало, но не так быстро, как хотелось. Пришлось опять присасываться к живчику.

– Эй! На живчик особо не налегай! – в коридор заглянул Геббельс.

– Да я после вчерашнего марш-броска вообще тела не чувствую! – возмутился в ответ Фарт – Я там. – он махнул рукой – Не более полутора километров ходил. И то, по асфальту! А вчера я даже не знаю сколько отмахал. И заметь, асфальта там не было.

– Ну кто тебе виноват, что ты не по дороге поперся. – развеселился Геббельс.

– Издеваешься?! – у Фарта с утра не было никакого настроения шутить – Твари! Твари мне виноваты! Вся номенклатура с брошюры!

– Ладно, ладно, успокойся. – Геббельс поднял руки в примиряющем жесте – Сиди, откисай. Ах, да! Ведро не пачкай. Сейчас Малыш подойдет – отведет на утренний моцион.

«Блин!» - со злостью подумал Фарт, медленно приходя в себя – «На Земле тюрьмы удалось избежать, так здесь из меня честного сидельца сделали. Или честного арестанта? Еще и кликуху дали, как у блатных».

К решетке подошел Малыш. Опять весь упакованный и с пулеметом на ремне. Открыл дверь и мотнул головой – на выход мол. Фарт встал, не удержался и завел руки за спину, сгорбил спину и пошаркал по коридору.

– Не паясничай. – хмыкнул Геббельс, увидев процессию – Держи. Мыльно-рыльные. Бритва и пена.

– А чего вы меня, в таком случае, в клетке держите? – возмутился Фарт – Как зека какого!

– Потому что нас тут всего двое с Малышом. И нам совсем не хочется, чтобы глупый новичок, возомнив себя Индианой Джонсом, начал бегать по лесам, пока не попадется в когти какой-нибудь твари. Так что можешь считать – для твоей же безопасности.

– Кстати, доктор.
– Фарт не спешил уходить, пытаясь как можно тщательнее осмотреться – Пару вопросов.

– Если только пару. – Геббельс сидел перед каким-то, монструозного вида, аппаратом и что-то там подкручивал, и подстраивал.

– Мыльно-рыльные – откуда такие выражения, доктор?!

– С кем поведешься… - недовольно поморщился Геббельс.

– Ага. Ну да. Ну да. Дети иммунные в Улье же имеются?

– Не так, чтобы часто, но да, встречаются.

– И им тоже живчик надо пить?

– Естественно.

– На алкоголе?

– В молоке спораны не растворяются.

– То есть иммунные дети здесь – малолетние алкоголики?

Геббельс непонимающе уставился на него. Потом, скривившись как от лимона, рявкнул:

– Вали уже отсюда!

Фарт, довольный что с утра кому-то удалось испортить настроение, насвистывая, двинулся к лестнице.

Подземная часть убежища, что была доступна взгляду, представляла из себя довольно большое помещение. Фарт оценил его примерно десять на пятнадцать метров. Кроме проема с коридором к камере было еще несколько проемов, задернутые занавесками. Посередине помещения стояла ранее виденная кушетка. Сейчас обставленная штативами с капельницами и различной аппаратурой. Рядом стоял стол, заваленный всякой канцелярщиной. У одной стены высился штабель из ящиков темно-зеленого цвета, выдавая свое армейское происхождение. Также присутствовал еще один стол, заваленный различной оргтехникой, напротив которого стояла доска, с пришпиленным листом бумаги огромного размера. Что там изображено Фарт не рассмотрел. Скудное освещение давали три маломощных лампочки, подвешенные к потолку. Где-то глухо стучал генератор, питая всю эту вакханалию. Дизель или бензин – такие тонкости на слух Фарт определить был не способен. У одной из стен располагалась довольно добротная лестница, ведущая наверх.

«Хоть ноги на всяких стремянках ломать не придется» - удовлетворенно подумал Фарт.

Поднявшись наверх они попали в обычный деревянный домик. Фарт с жадностью рассматривал новую обстановку, но глазу зацепится было абсолютно не за что. Жилье одинокого дачника. Учитывая то, что избушка была в лесу – лесника, наверное. Продавленный диван, кресло-качалка, набор из стола и стульев, которые еще Брежнева видели, такой же шкаф, телевизор с ЭЛТ кинескопом и всё. Единственное что выбивалось из обыденности – это хитро спрятанная ниша, ведущая из подземного схрона, в шкафу. «Добро пожаловать в Нарнию» - сплюнул себе под ноги Фарт. Малыш неодобрительно покосился на него, но промолчал.

Снаружи домик тоже не поражал архитектурными изысками. Таких в любом садовом товариществе – каждый первый. Зато пейзаж радовал глаз. Настоящий мрачный ельник окружал полянку, на которой стоял дом. Фарт с трудом рассмотрел тропинку, которая сюда вела. Солнышко светило с ясного неба. Вокруг щебетали какие-то пичужки. Казалось, что приехал к знакомым на шашлыки, а не попал в кровавый мир СТИКСа.

– Туда. – ткнул стволом пулемета Малыш.

Фарт зашел за угол и чуть не прослезился от умиления – почти возле кромки леса торчал туалет, типа «скворечник», с вырезанным отверстием в виде сердечка на двери. Он даже пригляделся к границе леса и полянки получше. Создалось такое впечатление, что эта полянка с домиком – отдельный кластер. Но, вроде бы, нет. Хотя, с его опытом, определить это было затруднительно.