Фарт

– Геббельс мертв?

– Геббельса сожрали?

– Так стоп! – Кирпич поднял руку – Парень, ты точно уверен, что Геббельс умер? Вести о его смерти только мне поступали пять раз. И каждый раз эта тварь оказывалась жива. Если ты сможешь это подтвердить – то это будет самая радостная новость за весь год.

– Ну, у вас вон ментат сидит. – Фарта начали одолевать сомнения – Лично я видел кучу окровавленного камуфляжа, в котором уходил Геббельс. Камуфляж не просто окровавленный, а с человеческими останками. Рюкзак, с которым уходил Геббельс. Автомат, с которым уходил Геббельс. И в лесу нашел оторванную голову Геббельса. Этого достаточно?

Кирпич впился глазами в Снулого. Сбоку его пожирал глазами Скрипач. Тот подтвердил слова Фарта кивком головы. Скрипач с Кирпичом откинулись на спинки и радостно заулыбались. Как будто сами Геббельса замочили. «Надо будет поподробнее узнать о крестном.» - подумал Фарт – «Видать, не мало он кровушки у местных попил.».

– Парень, ты даже не представляешь, что ты сейчас сказал! – довольно щурясь произнес Кирпич – Так, стоп! – он снова поднял ладонь – Ты говорил, что Геббельс утащил тебя в свое логово?

– Да. – ответил Фарт, уже предчувствуя неприятности.

– И ты оттуда смог выбраться и добрался сюда?

«Блин, вот и вторая часть марлезонского балета. От экспериментов внимание удалось отвлечь, а от убежища – нет.» - с тоской подумал Фарт и не стал отрицать очевидное:

– Ну да.

Кирпич метнулся к шкафам. Достал рулон свернутой бумаги. Расстелил рулон на столе и тот превратился в карту.

– Показывай – где убежище!

Фарт подошел поближе. С интересом рассмотрел карту. Да, это не Геббельсова поделка. Тут все более подробно и информации намного больше. Даже масштаб пытались соблюдать. Вон, в углу линейка намалевана. Он вернулся на свой стул.

– Нет.

Кирпич воззрился на него в немом изумлении.

– Что – «нет»?

– «Нет» - это частица речи, обозначающая отрицание.

Кирпич мгновенно покраснел, налился дурной кровью. Если бы дело было на Земле, Фарт решил бы что у него высокое давление. «Ща он покажет тут всем свой командный голос.» - подумал он.

– Ты!!! Сейчас же!!! Покажешь!!! Где!!! Находится!!! Убежище! – заорал Кирпич.

– Да хер тебе! – не остался Фарт в долгу и вскочил на ноги – Почему это я должен тебе показывать?!
– «Надеюсь, он меня не пристрелит раньше времени» - мелькнула мысль.

– Ты даже не знаешь, что там! – продолжал надрываться Кирпич.

Ошарашенные Скрипач со Снулым только головами крутили влево-вправо. Как будто наблюдали игру в пинг-понг.

– Аааа! – Фарт обвинительно ткнул пальцем в Кирпича – Так ты хочешь захватить документы Геббельса и самому продолжить его дело?

– Я хочу уничтожить их!

– Он говорит правду? – быстро спросил у Снулого Фарт. Три пары глаз впились в ментата.

Снулый, автоматически, отрицательно помотал головой. Спохватился и замер, с опаской косясь на главу стаба.

Выражение лица гэбэшника Фарт, к сожалению, не видел. Так-как он тоже смотрел на Кирпича.

– Готов тебя разочаровать, Кирпич. – спокойно сказал Фарт – В убежище Геббельса нет ни бита информации о его деятельности. Готов подтвердить перед ментатом.

– И что же там такого ценного, что ты так упорствуешь? – после выходки с ментатом Кирпич тоже сбавил обороты, но угрозы в его голосе прибавилось на порядок.

– Место, Кирпич. – Фарт не стал вдаваться в подробности – Геббельс там сидел и его никто не мог найти. Полезно иметь в запасе такой козырь, на всякий случай. А случаи. – Фарт широко обвел помещение рукой – Бывают разные, как я смог уже убедится.

– Оно тебе не понадобится. – зашипел Кирпич рассерженной гадюкой – Ты останешься в камере до тех пор, пока я все не узнаю.

– По какому обвинению? – понимая, что тут он тоже вляпался и уже прикидывая, как бы выгоднее слить убежище Кирпичу, Фарт не особо сдерживался и добавил в голос максимум сарказма – Или просто потому что твое Королевское Величество так захотело? Все-таки прав был Геббельс, вы ничуть не хуже муров.

– Ты… - Кирпич опять начал стремительно краснеть, но тут, внезапно, вмешался гэбешник.

– Парень прав, Кирпич. Какой из законов стаба он нарушил?

Кирпич подавился фразой и перевел взгляд на Скрипача.

– Ты не понимаешь… - начал он.

– Да все я понимаю. – перебил его Скрипач. Лица его Фарт не видел, но в голосе явно была насмешка. «Ого! А у мужика есть яйца. Впрочем, на такие должности других не берут.» - подумал он.

– Скрипач! – прорычал Кирпич – То, что ты работаешь последний день, еще не дает тебе права так со мной разговаривать.

– А ты подумал, почему я работаю последний день, Кирпич? Почему люди бегут отсюда? Почему слухи о Климовском расходятся один дурнее другого? И да. Спасибо что напомнил, что я еще работаю. Парня пропускаем через расширенный опрос ментата. Если после этого ничего нет и стабу он не несет угрозы – его надо отпускать.

Некоторое время Кирпич буравил взглядом своего гэбэшника затем заорал:

– Халк!

В дверь заглянул мордоворот-охранник.

– Постой-ка с ним. – Кирпич кивнул на Фарта – Пока в коридоре.

Сопровождаемый Халком Фарт вышел из кабинета. Увидел стул для посетителей и немедленно на него уселся. Сначала он пытался прислушиваться, что там происходит, но кроме «бу-бу-бу» ничего нельзя было разобрать. Оно было то тише, то громче, то совсем громко, но, при этом, абсолютно неразборчиво. «Хорошая у них дверь.» - подумал Фарт и занялся самокопанием.

Что это вообще было? Его нынешнее поведение абсолютно не соответствовало земному психотипу. Как только Кирпич упомянул про убежище, земной Сергей сразу же выложил бы его на блюдечке, с голубой каемочкой. Да и раньше бы дрожал как осиновый лист. А тут? Попер буром. И на кого?! На Главу стаба! Эксперименты Геббельса были успешными и теперь мертвый рейдер захватывает его тело? Но, вроде, мысли остались его. Старые. А он уверен, что это его мысли? Больной шизофренией никогда не признается, что болен. Он просто абсолютно уверен, что здоров.

Погрузившись в размышления Фарт прозевал, когда его позвали назад. Только когда Халк за шкирку поволок его к двери – очнулся.

– Значит так. Сейчас ментат тебя опросит. На все вопросы отвечать честно. – Скрипач показал рукой на стул.

Фарт сел напротив ментата. Перед тем лежали листы опросника. В течении двадцати минут у Фарта узнали, что он не мур, не внешник, не их пособник, никак не угрожает стабу, не убивал людей, тут Фарт запнулся и в двух словах рассказал историю с Михаилом. Хоть он и переродился, все-таки Фарт считал его человеком. Немного посовещались и прошлись по убийствам всех категорий, от простых иммунных до внешников. Никого Фарт не насиловал и так далее.