Фаталуния

Ростик изумленно поморгал — все-таки далеко не каждый день доводится видеть появляющиеся из воздуха подсвечники и загорающийся сам собой огонь.

Мольфар легонько дунул в сторону свечи, и она тут же потухла, хотя Ростик мог бы побиться об заклад, что на таком расстоянии погасить свечу, дунув на нее, невозможно.

— Теперь ты, — предложил Мольфар Ростику. — Возьми в руку свой камень, подумай о том, что хочешь сделать, и произнеси заклинание.

Ростик достал Змеевик из кармана. Ему на секунду показалось, что камень в его руке словно потяжелел — в кармане он казался легче. Возможно, впервые Ростик рассмотрел камень по-настоящему. Хотя, может быть, правильнее было бы сказать — увидел его по-новому. Камень действительно напоминал змеиную кожу: темно-зеленые, почти черные, иногда с серо-синим отливом пятна на зеленом фоне с редкими желтоватыми вкраплениями — камень притягивал взгляд и зачаровывал каким-то таинственным колдовством. Как же Ростик сразу не заметил, что камень волшебный?! С трудом заставив себя оторвать взгляд от камня, Ростик крепко зажал его в ладони и посмотрел на свечу. Сосредоточился, думая только о том, что ему нужно зажечь фитиль. И, буквально гипнотизируя взглядом старинный золотой подсвечник, произнес:

— Менго!

Но ничего не произошло. Свеча и не думала загораться.

Ростик разочарованно посмотрел на Змеевик, а потом поднял глаза на Мольфара.

— Это означает, что я не маг? — спросил он.

Мольфар покачал головой:

— Нет, это означает, что в этот раз у тебя ничего не вышло. В первый раз мало у кого получается. Но если ты будешь пытаться снова и снова, то при условии, что ты все-таки маг, у тебя все получится. Запомни, пока у тебя за плечами не будет многих и многих неудачных попыток, ты не узнаешь, на что ты способен на самом деле. Одна неудача — не повод ставить на себе крест.

В этот момент с улицы донесся женский смех. Ростик подумал, что смеется, наверное, Фиалка. Она показалась Ростику очень веселой, в отличие от серьезной Мераби и чем-то вечно недовольной Дрю.

— Ну что ж, — сделав глубокий вздох, произнес Мольфар и встал со скамьи. Потом сверху вниз посмотрел на Ростика, который на всякий случай тоже встал. — Думаю, на первый раз с тебя хватит уроков. К тому же, если ты не забыл, твой камень нуждается в достойной оправе, поэтому сейчас мы пообедаем и отправимся туда, где можно найти лучшую оправу для такого камня — на улицу Заблуд.

* * *

Улица Заблуд была на удивление пустынна. Ростик уже привык, что Гелион напоминает муравейник, а здесь не было ни единой живой души. Кроме того, было как-то сумрачно, как обычно бывает, когда вот-вот начнется дождь, что было совсем не характерно для солнечного Гелиона. Улица была узкой, так что стражам приходилось идти друг за другом по одному. Из-за тесноты казалось, что серые двухэтажные дома с запертыми запыленными окнами и дверьми заслоняют свинцовое небо. На каком-то отрезке пути улица немного свернула вправо и уткнулась в чуть покосившееся строение с низкими окнами. Надпись над дверью гласила: «Лавка Дрона».

Они подошли ближе. В витрине стояла небольшая вывеска, где мелкими буквами было написано:

«Исчезающие шкафы,

Кресла-советники (в помощь придворному клерку),

Столы-самобранцы (молодоженам скидка),

Мечи-Кладенцы,

Волшебные посохи, трости, палочки,

Медальоны и перстни (оправа для волшебных камней),

а также другие инструменты первой необходимости.

Убедительная просьба: перед входом трижды постучать по дереву и трижды плюнуть через левое плечо».

Следуя «убедительной просьбе», стражи ретиво принялись стучать по косяку двери и плеваться через плечо.

— Смотри куда плюешь! Ты попал мне в глаз, — воскликнул Решка, шедший позади Саньки Бамбура.

— Идиот, ты постучал по моей голове, — прошипел Анчутка, подвернувшись под руку Лису.

— А что, она сильно отличается от дерева? — невозмутимо ухмыльнулся Лис. — Извини, не заметил.

— Это что, обязательно? — недоверчиво спросил Ростик, которому подобные манипуляции казались смешными.

— Хозяин лавки заботится о своих посетителях, — сказал Мольфар, с улыбкой глянув на Ростика. — Это для твоей безопасности.

— Безопасности?! — повторил Ростик, изумленно уставившись на старика. — Там что, небезопасно?

— Если постучишь по дереву и плюнешь через левое плечо, прежде чем войти, то можешь быть спокоен — никакая опасность тебе не грозит, — ответил Мольфар и, проделав вышеуказанные действия, вошел в лавку.

Ростик в нерешительности замер у двери совсем один, потому что остальные стражи уже вошли внутрь. Вздохнув, он посмотрел по сторонам и с неохотой поднял руку. Трижды постучав по дверному косяку и трижды плюнув через левое плечо, он последовал за всеми.

Оказавшись внутри, он невольно замер на пороге, разглядывая помещение, необычнее которого никогда в жизни не видел. Даже «Лавка госпожи Говерлы» по сравнению с этим была всего лишь складом антиквариата.

«Лавка Дрона» была набита самыми разными предметами: мрачными масками с отверстиями для глаз, массивными браслетами и блестящими медальонами, шкатулками, которые издавали странные шипящие звуки, словно внутри они кишели змеями. Еще там были двери, наискосок приставленные к стене. За одной из дверей что-то шуршало, а ручка сильно подрагивала, и, если бы Ростик не был уверен, что это всего лишь заготовка и за дверью никого нет и быть не может, он бы решил, что кто-то с другой стороны пытается войти в комнату. А еще у него было странное чувство — присутствие чего-то невидимого. Как будто каждая вещь в «Лавке Дрона» издавала загадочный и недоступный человеческому уху шепот.

Посреди магазина стоял большой черный шкаф, а в дальнем углу с чем-то старательно возился молодой человек с маленькими черными глазками и длинным носом, похожим на клюв дятла. Он так сгорбился, что Ростик не сразу его заметил.

В этот момент из подсобного помещения магазина послышался голос:

— Так, Вертишейка, хватит там возиться, проверь-ка лучше большой дубовый шкаф для господина Гудинова младшего.

Перед посетителями появился пожилой человек с волосами странного зеленовато-серого оттенка и мутно-зелеными с дымкой глазами, под взглядом которых Ростик почему-то растерялся и понял, что не может вспомнить, как он очутился в этом месте.

— Очнись, — толкнул его в бок Санька, и при звуках его голоса Ростик пришел в себя. — Не боись. Дрон — леший, так что неудивительно, что у тебя в голове помутилось.

— Леший?! — громким шепотом переспросил Ростик, чувствуя, что опять плывет перед глазами. — А почему неудивительно?

— Да ты что, с луны свалился?! — возмущенно спросил Санька. — Лешие — лучшие на свете колдуны-гипнотизеры! Если он на тебя посмотрит или заговорит с тобой, тебе такое начнет казаться… Умом тронешься. С гарантией. — Санька с подозрением покосился на Ростика. — Надеюсь, ты не забыл постучать по дереву и плюнуть через левое плечо?

— Нет, — покачал головой Ростик.

— Ну, тогда все в порядке, — заверил Санька.

Старик тем временем, гневно глянув на ссутулившегося в углу Вертишейку, гаркнул:

— Ты что, оглох?!

Вертишейка, прикидываясь, что не слышит, продолжал с важным видом прикладывать длинную линейку не меньше двух аршинов к крохотной, со спичечный коробок, табакерке, делая вид, что занят измерениями.

— Вертишейка! — рявкнул старик. — Пулей в шкаф! Если тотчас не исчезнешь, пеняй на себя!