Фэнтези

– Не думаю. У меня и раньше всплывали в памяти некоторые знания из твоего мира. И я знаю, что ты знаешь то, что знаю я.

– Угу. Словно твои и мои мозги сложили в одну корзинку. Что будет, если ее потрясут? Два блаженных?

Вандерер пожал плечами:

– Не разгрызя орех, не узнаешь, пуст он или содержит плод.

Виктор скривился:

– На диво разумные слова для программы, которой ты являешься. А может, ты все-таки только плод моего больного воображения?

– Я знаю, что ты обо мне думаешь. Но мой мир мне кажется ничуть не менее реальным, чем твой тебе. И потом, сумасшедший никогда не будет сомневаться в своем рассудке. Это ведь из набора твоих знаний?

Виктор удрученно кивнул:

– И что же нам делать?

– Жить. И постараться не путать один мир с другим.

– А ты ведь не так спокоен, как кажешься внешне. Все-таки существовать лишь в виде сигналов в электронной начинке машины, да еще и в виде игры, больше предназначенной детям, не так уж и приятно? Да?

– Ты знаешь.
– Пожатие плечами.

Неуверенный кивок:

– Ты начинаешь просвечивать. Просыпаешься?

– Да... Время у нас... быстрее.

– Я пошлю к тебе перса. Запрограммирую на подчинение тебе. Захочешь пообщаться - дай знать. Как только доберусь до компьютера.

Тот, который привык к имени Вандерер, кивнул и исчез из комнаты. Второй вздохнул и тоже пропал. В пустой комнате прозвучал короткий стариковский смешок:

– Совсем дети!

*****

Виктор долго лежал с открытыми глазами, вновь и вновь проигрывая сон. Вне его оказалось не так просто вытаскивать на поверхность сознания чужие знания и тем более мысли. Приходилось сильно напрягаться. А некоторое волевое усилие совсем отгораживало от них. Ну что же, это не так уж и плохо. Главное, не расклеиваться и не ослаблять барьер воли. Может и получиться окончательно не шизануться?

33

В паре километров от их стоянки находилось небольшое озерцо. Даже не озерцо - прудик. Почти круглая лужа метров десяти в диаметре и в самом глубоком месте по грудь взрослому человеку. Но вода была холодная и чистая, благодаря лениво бьющим со дна ключам и вытекающему из озерца ручью. После утренней тренировки они втроем повадились бегать сюда, чтобы смыть пот и освежиться. Видимо из-за инвольтации того, второго мира, где демонстрация обнаженного тела даже при отправлении таких естественных надобностей как мытье считалось неприличным, Вандерер до сих пор немного стеснялся находиться рядом с обнаженной особой противоположного пола. Наверное, поэтому он быстренько смывал с себя пот, натягивал штаны и возвращался обратно, оставляя Насте с Николаем вволю поплескаться и обсохнуть.

Медленно шагая в направлении холма, он размышлял. Каковы же итоги предпринятого им по совету странных жителей Лукоморья путешествия? Вандерер склонялся к тому, чтобы оценить их положительно. Главное, чего он достиг, это примирился с самим собой. Нет, не с тем вторым "Я", с которым вел беседу сегодня во сне и знания вкупе с восприятием мира которого маячили у него где-то на заднем плане сознания, а именно с собственным самим собой. Ну, или, по крайней мере, признал, что он как личность есть. И признал за собой право на это тело. Зачем он такой появился в этом мире - покажет будущее. А пока что достигнута некоторая определенность. Не последуй он советам лукоморцев, возможно и сейчас бы метался по свету в раздраенных чувствах.

Во "дворе усадьбы" суетился вокруг очага за приготовлением травяного чая Ауробиндо.

– Доброе утро.
– Поздоровался Аватар.

– Доброе, доброе.
– Отозвался тот.
– Чаю попьешь?

– Не откажусь. Обычно ты в это время отправляешься на прогулку.

– Иногда полезно позлить свои привычки, чтобы они не стали болотом.

Слово за слово, Вандерер поведал о сегодняшнем сне.

– Насколько этот сон отражает реальность?

Ауробиндо пожал плечами, задумчиво теребя бороду:

– Сны всегда отражают реальность. Вопрос только какую. Иллюзорную или нет. Если судить по достигнутому тобой самоконтролю, скорее всего он был реален. Но судить тут тебе.

– А что ты сказал про самоконтроль?

– Понимаешь, у меня давно не было учеников. Но еще никто так быстро не смог освоить перемещение. Для него, кроме большой силы, как раз и необходим самоконтроль и концентрация. Несмотря на то, что я с раннего детства учился магии, я освоил его только когда пряди на моей голове стали наполовину седы. Большинство же магов и на пике своей мощи не достигают этого. И я никогда не слышал, чтобы перемещением владел Нерожденный. Не говоря уже про то, что он всегда здесь.

Ауробиндо налил чай в кружки и жестом пригласил Вандерера. Они присели на камни у очага.

– От талантов же Анастасии я в полном восторге. За такой короткий срок она сама, подчеркиваю - сама, выжала из меня практически все, что я знаю о предвидении. Теперь ей остается только применять эти знания. Поразительная девушка. Я был бы рад, если бы вы оба присоединились ко мне как ученики.

Он вопросительно взглянул на Вана. Тот отрицательно покачал головой.

– Может быть как-нибудь потом. Сейчас же я чувствую, что мне пора в путь. В том мире есть что-то вроде легенды о проклятом богами и обреченном на вечные скитания человеке. На данном этапе моей жизни я себя ощущаю этим несчастным.

Появились Настя с Николаем, о чем-то оживленно переговариваясь и, о чудо, держась за ручки. Правда они тут же разошлись и подсели, взяв по кружке чая, к очагу.

– Настя, ты не хотела бы стать ученицей Ауробиндо?

Девушка вздернула ниточки бровей, чуть виновато глянула на мудреца и отрицательно покачала головой.

– Я чувствую, что нам пора уходить. Но я очень тебе благодарна и никогда не забуду того, что ты для меня сделал.

Ауробиндо удивленно в свою очередь приподнял брови:

– И что же такого особенного я успел для тебя сделать, красавица?

– Понимаете, - Настя обвела всех взглядом.- Я никогда никому не рассказывала, даже родителям... Вскоре после того как я заболела, мне стало сниться, а порой мерещиться и наяву лицо. Женское лицо. Всегда одно и то же, с разными выражениями, порой почти неузнаваемое в тенях, но одинаковое в одном - я всегда чувствовала исходящий от нее холод могилы. Постепенно я решила для себя, что это моя смерть глядит на меня, решая - сейчас, или еще повременить.