Феодосия

выдержали натиск толпы. Люди стали выпрыгивать в окна, но здесь их встречали пулями, градом камней, кистенями. Бандиты убили 15 человек.

Раненых и изувеченных было в несколько раз больше. Здание сгорело.

На этом черносотенцы не успокоились. После разгрома собрания они устроили в городе кровавый еврейский погром. Пьяные молодчики из клуба

приказчиков, мясники, лавочники, всевозможные уголовники всю ночь рыскали по городу, грабя и калеча ни в чем не повинных людей.

После октябрьских дней под влиянием работы социал-демократической организации и демократической печати, клеймившей громил, наиболее

сознательная часть грузчиков стала активно участвовать в революционном движении.

Так обернулась для феодосийцев свобода, дарованная Николаем II Кровавым.

«Манифест о свободе обагрен потоками крови, озарен аутодафе, перед которым пасуют «деяния святых отцов испанской инквизиции!» —

писала газета «Новая жизнь», комментируя эти события.

Высшей точкой революции 1905 г. было Декабрьское вооруженное восстание в Москве. Восстанию предшествовали всеобщая политическая забастовка

и забастовка на железных дорогах страны.

11 декабря забастовали и феодосийские железнодорожники. Для руководства был избран стачечный комитет. Вся власть на станции перешла в его руки.

Железнодорожников поддержали рабочие морского порта и других предприятий города. В первый день забастовки был создан Совет рабочих депутатов

во главе с портовым рабочим В.С. Карцевым. Его заместителем стал тоже портовый рабочий — энергичный, пользовавшийся в порту большим

авторитетом Михаил Полтавкин.

Феодосийский исправник доносил в те дни таврическому губернатору:

«Вчера и сегодня толпа в несколько тысяч производит угрожающие сборища, фактически управляет городом, закрывает правительственные и частные

учреждения. Войск очень мало. Нет возможности прекратить каждый день увеличивающиеся незаконные самоуправные действия толпы. Необходима

сейчас помощь. Положение опасное».

17 декабря военное командование бросило на подавление волнений две пехотные роты, но солдаты отказались идти против рабочих и потребовали

увольнения в запас.

Перепуганный таврический губернатор в тот же день направил командующему войсками Одесского военного округа телеграмму: «В Феодосии

забастовала железная дорога, — с тревогой писал он. — Рабочие портовые и фабричные устраивают угрожающие митинги. Положение опасное. Прошу

распоряжения вернуть из Севастополя две роты Виленского полка».

18 декабря транспорт «Березань» доставил в Феодосию войска. И снова в Феодосии пролилась кровь: по казармам, где размещались непокорные роты, был открыт огонь. Сопротивление солдат было сломлено.

Руководители восстания Виленского полка были преданы военному суду по обвинению в том, что они «в сговоре с другими, следствием не

обнаруженными, нижними чинами того же полка, всего в числе свыше 100 человек» предъявили к командованию требования, выходящие за рамки

уставов. К суду были привлечены прапорщик М.И. Иванов, фельдфебели И.Г. Серов, Г.И. Осадченко, В.М. Коваленко унтер-офицеры Ф.О. Огинский, П.Ф. Потапов, С.П. Колосков, Н.Д. Пузанов, И.Н. Джулай и 28 рядовых. Почти все из 37 преданных военному суду были приговорены к каторжным

работам, тюрьмам или отдаче в дисциплинарные батальоны.

Размах забастовки и упорство феодосийских рабочих встревожили царские власти. Они приняли крайние меры: объявили город на военном положении.

Для наведения порядка в Феодосию был назначен временный генерал-губернатор с чрезвычайными полномочиями.

Не прекращалась революционная борьба феодосийского пролетариата против царского самодержавия и в период столыпинской реакции. Об этом

свидетельствуют донесения полицейских и жандармских чинов и другие архивные документы фонда Одесской судебной палаты.

23 января 1907 г. социал-демократическая организация Феодосии распространила прокламацию, обращенную к солдатам гарнизона. Вызывает

восхищение убедительность, простота и доходчивость этого агитационного документа: «Не сегодня-завтра народ объявит жестокую войну своим

угнетателям, и тогда вам, солдаты, придется сказать свое последнее слово: за народ или против народа. Если за народ, то против самодержавия, против произвола, против народных угнетателей; если против народа, то против отцов, братьев, жен, сестер, детей и матерей...»

* * *

В период первой русской революции трудящиеся Феодосии прошли суровую школу политической борьбы, получили крепкую закалку для новых битв с

самодержавием. В подготовке их к решающим боям большую роль сыграл младший брат В.И. Ленина Дмитрий Ильич Ульянов. Член большевистской

партии со дня ее основания, пламенный революционер, он в 1911—1914 гг. работал земским санитарным врачом Феодосийского уезда и поддерживал

связь с заграничным большевистским центром, с Владимиром Ильичем Лениным.

Зимой 1910 г. Дмитрий Ильич переехал в Крым. Ему было поручено оказать практическую помощь крымским большевистским организациям.

Дмитрий Ильич и его жена Антонина Ивановна (урожденная Нещеретова) приехали в Феодосию в мае 1911 г. и временно поселились во флигеле дачи, принадлежавшей

Папахристо (дача и флигель находились недалеко от нынешней детской больницы и до настоящего времени не сохранились). Позднее Ульяновы сняли квартиру в доме нотариуса

Мельникова (в настоящее время здесь находится корпус № 26 санатория Министерства обороны).

Деятельность Д.И. Ульянова в Феодосии была многогранной и выходила далеко за рамки обязанностей земского врача. Как и все члены семьи Ульяновых, он постоянно был в

центре общественно-политической жизни. В Феодосии вокруг него группировалась передовая интеллигенция и, разумеется, все активные участники революционного движения.

После поражения первой русской революции, несмотря на тяжесть реакции, работа революционного подполья в Феодосии и других крымских городах с приездом Д.И. Ульянова