Фестиваль
Шрифт:
А ничего так. Только лет на десять старше меня... Да ну нах...
5 июня 1951 года. Инсбрук.
Стадион полнёхонек. Народ пришёл поболеть за своих. В составе венского "Рапида" присутствовал известный мне по 70-м годам европейский супертренер Эрнст Хаппель, игравший сейчас в защите. Помнил я по прошлой жизни и забивных форвардов австрийцев: Эриха Пробста и Альфреда Кёрнера, которые, как и большая часть сегодняшнего состава, стала в той моей жизни медалистами ЧМ-54.
Первый тайм. Только начали, как нам ставят пенальти. Роберт Кёрнер бьёт точно,
На перерыв мы ушли обменявшись голами со стандартов. 1:1.
Во втором тайме вновь пенальти в наши ворота. Никто не орёт "судью на мыло". Наоборот, зрители довольны назначению спорного одиннадцатиметрового. На этот раз Эрих Пробст точен. Проигрываем 1:2. Колобков подаёт угловой. Закручивает на дальнюю штангу. Вратарь не достал мяч и, круглый, ударившись о штангу, влетел в ворота..."Сухой лист".2:2.
Австрийцы, подгоняемые рёвом болельщиков, устроили навал на последних минутах. Мяч, как на теннисном корте, скачет возле наших ворот... Наконец, наш Крижевский отбивает мяч из штрафной на Колобка. Тот, в касание, даёт на фланг Сальникову. Рывок. Точная передача к чужой штрафной на Бескова, которого атакует персональщик. Константин сумел удержать мяч и отдал пас чуть назад Колобкову. Вася снова в касание переводит круглого в штрафную на Симоняна. Никиту атакуют сразу двое и, он, увидев моё движение в штрафную, даёт мне пас пяткой в свободную зону. Рывок. Успеваю. Мяч удачно лёг на ногу и влетел аккурат в промежуток между опорной ногой вратаря и ближней штангой. 3:2. Последняя минута матча. Победа!
Начислен третий балл из необходимых семнадцати для выполнения Миссии.
Журналисты на пресс конференции называли меня "звездой матча". К неудовольствию руководителя нашей делегации меня отозвал в сторонку один из патронов этого турнира - президент мадридского "Реала" Сантьяго Бернабеу. Этот колоритный весёлый дядечка вручал нашему тренеру Кубок Центропы, а теперь вот уговаривал меня уехать из Союза к нему в "Реал".
– Новый стадион у нас уже есть, - вещал мне президент, - Скоро будет новая тренировочная база. Мы пригласим к себе в состав лучших игроков мира.
И ведь не врёт, - думаю я, - У них в пятидесятые и правда заиграли Ди Стефано, Пушкаш, Копа, Хенто, Диди, которые были в то время величинами типа Марадоны...
Я, устами нашего переводчика, благоразумно отказываюсь, но благодарю за внимание к моей персоне.
А тут ещё Адельхайд пригласила нас с Васечкой на экскурсию в горы на новом фуникулёре в Капруне. Меня что-то удерживало от этой поездки, а вот Васечка, пленённый улыбкой эрцгерцогини, чуть ли не прыгал от счастья. Начальник нашей делегации выслушал просьбу представительницы императорского дома, и, стиснув зубы, дал разрешение.
– Банкет в 20-00. Успеем. Успеем.
– повторял мне Васечка, крутясь у гостиничного зеркала.
На автомобиле с персональным водителем мы, любуясь видами альпийской природы, домчали до Капруна. Компаньонка эрц-герцогини и водитель остались внизу, а мы решили подняться. Как следовало из рекламного буклета, в гору фуникулёр проходил через почти трёхкилометровый туннель. Затем наверху короткая экскурсия с фотографированием и назад... Путешествие на вершину и обратно должно было занять примерно с час времени... Но, всё пошло не так...
Едва наш мини-поезд въехал в туннель, как через несколько минут что-то рвануло в голове состава, а затем в и хвосте. Все выскочили из вагончиков на деревянную лестницу сбоку. Освещение туннеля на нижнем участке замигало и погасло. Началась паника. В свете разгорающегося пламени, перепуганный народ с воплями и причитаниями полез по аварийной
деревянной лестнице в ещё светящуюся верхнюю часть туннеля. ВВЕРХ НЕЛЬЗЯ! СМЕРТЬ!
– ПРООРАЛА МНЕ ЧУЙКА.
Я схватил Аделаиду за рукав и пролепетал предупреждение чуйки: "Найн херауф! Тод!". Показал ей пантомиму удушения и ткнул пальцем на клубы едкого тумана поднимающиеся от разгорающегося пламени в фуникулёре. Голова визжащей вверху колонны начала тормозить. Дети, старики и женщины не могли быстро передвигаться в такой ситуации, особенно в почти кромешной темноте.
– Цурюк. Унтен, - с трудом вспоминаю я немецкие слова и машу в темноту нижней части туннеля, не выпуская из рук рукав перепуганной Аделаиды.
Она смотрит на меня, на огонь и смертельный дым. Приняв решение, орёт, что есть силы, вслед уходящим вверх:
– Я, эрц-герцогиня Аделаида Австрийская, приказываю вам идти следом за мной вниз. На пути вверх вы все умрёте! Я вам приказываю!
Увидев, что несколько человек начало спускаться, она орала до тех пор, пока половина пассажиров не повернула вниз. Находится рядом с задымлением становилось невозможно. Мы, кашляя, двинули вниз. Колонна по узкой лестнице шла неспешно. Во-первых темно. Во-вторых старики, женщины и дети замедляли колонну. Мы шли замыкающими. Я подобрал сидевшую на ступенях кашляющую девочку. Потом Адельхайд потеряла сознание и Васечка подхватил её на руки. Сколько мы шли - не знаю. Но, на шею будто накинули аркан. Было трудно дышать. Глаза слезились. В темноте были видны лишь тени впередиидущих. Наконец внизу забрезжил свет. Мы выбрались. Моросил дождь и очнувшаяся Адельхайд вместе со всеми смеялась, размазывая копоть на лице. Вскоре прибыли санитары, началась суета с оформлением у полиции и прочее.
В гостиницу мы попали только заполночь. Аделаида, вытирая нахлынувшие слёзы, поцеловала меня в щёку. А Васечку назвала своим героем и поцеловала в губы. Колобок чуть не упал в обморок.
В номере нас ждали Бобров, Крижевский и Симонян. У них с собой было. Первую, по моей просьбе, выпили не чокаясь за ушедших вверх. Потом наш пиит Васечка с пантомимой и матами рассказал историю нашего спасения. Ещё выпили. Крижевский сгонял за гитарой. Меня начало понемногу отпускать и я смог спеть песню так сказать в тему... https://youtu.be/OohqwcogSm4
А утром в местных газетах поместили фото с места трагедии.
Все, кто пошёл вверх погибли. А так же трое спускавшихся им навстречу спасателей...
Глава 17
"Музыка глушит печаль."
Уильям Шекспир.
"Если попытаться преградить воде путь, то она потечёт в другом направлении."
Жизненное наблюдение.
6 июня 1951 года. Инсбрук.
На мой вопрос про виновника пожара, Наблюдатели мне ответили, что злоумышленника устроившего пожар в туннеле обнаружили утром в автобусе на границе с Италией. Им оказался местный уроженец Герберт Штрикнер, служивший во время войны офицером СС. Он сумел убежать после войны из западной зоны оккупации и по поддельным документам устроился в железнодорожную бригаду своего отца. Узнав о его прошлом, руководство предприятия в свете денацификации недавно решило уволить его и его отца, незаконно взявшего сына в свою бригаду. Отец эсэсовца от стресса умер, а нацист взял билет на автобус в итальянский Милан и в свой последний рабочий день, перед сдачей смены, заложил небольшие часовые бомбы у масляных баков в головном и у движка на замыкающем вагоне фуникулёра. Решил так разорить ненавистную фирму страховыми выплатами за погибших. Преступника задержали. Из 105 пассажиров поезда погибло 53 человека .