Фестиваль
Шрифт:
Глава 32
В понедельник утром какой-то мужик громко сказал пассажирам в переполненном вагоне московского метро: "Как же я по вам всем соскучился!"
Не помню откуда.
Жизнь моя - железная дорога, вечное стремление вперед!
Маргарита Алигер, поэтесса.
12 августа 1951 года. Горький.
Воскресенье. Утро. На вокзале нас встречает Лёша Кореляков и мы с Колобком на клубном автобусе едем на тренировочную базу.
Бурная встреча с одноклубниками в столовой. Лёгкая тренировка в день матча и в 12-00 мы выходим на поле переполненного стадиона. Наши сегодняшние соперники - "лётчики", "ВВС"(Москва). У них огроменные проблемы с составом. Отстранены от матча Крижевский, Бобров, Шувалов, Анисимов и ещё
В игре против лидера Первенства такие пертурбации на пользу не идут. А мы - теневые лидеры. Перед 24-м туром у нас 28 очков, а у московского "Динамо" - 29, но они пропускают игру этого тура. Так что в случае победы - мы на первом месте.
В споре бомбардиров у меня перед этим матчем - 29 забитых мячей. Близко в Первенстве и рядом никого нет. Как я узнал у Гранаткина, в закончившемся чемпионате Испании бомбардир Тельмо Зарра забил 38 голов. А в Албании, как мне поведал спортчиновник, какой-то артист навтыкал в своём Первенстве аж 59 мячей. Но УЕФА отказалось регистрировать этот цирковой результат, так как получило письмо о нарушениях в оформлении протоколов матчей чемпионата Албании. У меня впереди, вместе с этой, - семь игр. Нужно забить десять или на крайняк хотя бы девять мячей, чтобы претендовать на титул лучшего бомбардира Европы.
Увеличиваю размер призовых за голевую передачу до ста пятидесяти рублей. Партнёры, услыхав такое перед матчем, радостно потирают руки. Ведь почти все игроки основы, включая голкипера Яшина, уже получили от меня бонусы. Чувствую, что и сегодня придётся раскошелиться. Ничего, завтра в бухгалтерии у Шестернёва ещё кучу денег получу. Я же теперь дольщик нескольких процветающих артелей. Деньги совковой лопатой гребу...
Слышу, как соскучившиеся по общению Амосов и Колобков говорят о своём, о главном...
Вспоминают, вовлекая в разговор развесивших уши, как их обзывали бывшие подруги при расставании.
– Фёкла... Вы её не знаете. Назвала меня "куском дерьма", - хвалится Колобок.
– А меня одна кандидатка наук назвала "вагиальным престидижетатором"....
– парирует Серёга.
– Просто... кем?
– делает "умное" лицо Васечка.
– Ну, типа, "фокусник постельный"...
– Не... "Кусок дерьма" побеждает...
Первый гол мы "завели" в ворота Пучкова, играя с Васечкой в "спартаковскую стеночку". Наши крайние нападающие и "столб" Федосов увели к бровкам своих опекунов и мы с Колобком, перепасовываясь, прошли разряженную штрафную и дошли до ворот. Васечка лихо обвёл бросившегося в ноги Колю Пучкова и выдал мне пас на "ленточку". Я не стал выделываться с вывертами, а просто пнул мяч в сетку. 1:0.
"Лётчики" занервничали, попытавшись навалиться на ворота Яшина, но наша закалённая защита, под крики нашего прыгучего голкипера, выдержала натиск. Лев, ликвидировав угрозу для ворот, рукой привычно забрасывал мяч к центру поля в ноги нашего плеймейкера. Васечка тут же разгонял атаку пасами в свободные зоны, а крайние нападающие, сделав стремительный рывок, делали точные передачи на меня или на высокого Федосова. Вот и в этот раз Генрих, выиграв борьбу на втором этаже, перевёл на меня передачу Емышева. Я без помех вошёл в штрафную и, подработав мяч, послал кожаный снаряд в угол ворот. "Хоккеист" Коля прыгнул, но не достал. 2:0.
Затем меня грубо "срубили" в чужой штрафной. Пока Таранка за пределами поля обрабатывала мне царапину на бедре, Васечка умудрился пережить горе и радость. Одиннадцатиметровый он пробил с паузой, на которую покупались почти все вратари Первенства, но Пучков по неопытности стоял, как вкопанный. Поэтому и отбил мяч пущенный по центру ворот. Васечка, как коршун, налетел при добивании и пустил круглого в угол ворот. 3:0.
Уходим на перерыв. Стадион ликует и аплодирует.
Выходим на второй тайм. На первом же угловом происходит страшное... Амосов, пытаясь сыграть в верховой мяч, в борьбе с соперником со всей дури врезается в штангу. "Не дышит" - кричит пришедший в себя Колобок, наклонившись над Серёгой. Таранка, неровно дышащая к Амосову, бежит по полю со всех ног. Приказывает мне синхронно вдохам давить на грудную клетку, а сама, зажав нос пострадавшего, дышит Серёге в открытые посиневшие губы...
Через минуту Амосов дёрнулся, захрипел и открыл глаза. Прибежавшая Граевская с трудом успокоила рыдающую Ленку, а пострадавшего унесли на носилках в скорую.В раздел "Спасатель" начислено ещё пять баллов.
Замена. Вышел Валентин Бубукин. Он, по заданию Маслова, играл выдвинутого центрального защитника, помогающего поддавливать соперника. И в первой же атаке он так приложился к выскочившему из штрафной мячу, что у Пучкова не было шансов... 4:0.
Не выдержав высоких скоростей "лётчики" к середине второго тайма сдуваются и просто играют на отбой. Пучков же, поймав кураж, вытаскивает один мёртвый мяч за другим. Наш вингер Емышев прорывается по флангу и навешивает на Федосова. Тот из района одиннадцатиметровой отметки бьёт без помех. Штанга! Мяч отскакивает на газон перед упавшим голкипером и летит к "точке". Федосов, толкаясь с защитником, вновь наносит удар головой в падении. Перекладина! Столпотворение во вратарской... "Малыш" Татушин оказался быстрее всех и, падая, наносит удар головой с трёх метров. Крестовина! Мяч, перелетев через толкающихся "в партере" футболистов, катиться в район одиннадцатиметровой отметки...
Пора прекращать это безобразие!
Кручусь юлой, освобождаясь от захвата соперника и в два шага пересекаюсь "на точке" с отскочившим мячом, посылая его назад, аккурат между штангой и упавшей друг на друга кучей-малой... 5:0.
Трибуны издают победный вопль, который, вероятно, горьковчане услышат у памятника Козьме Минину.
Концовка матча. Все устали до смерти. Васечка вЕрхом пасует на Федосова. Тот скидывает в штрафную на выход Татушину. Воротчик "лётчиков" Пучков бросается к мячу, но наш нападающий убирает мяч под себя и обводит вратаря... Затем форвард цепляется за какую-то кочку и падает пластом на "круглого", спружинив при падении. Вратарь пытается руками вытащить мяч из под Бори, но не тут то было. Наш нападающий, прижав мяч животом к земле и пресекая локтем попытки несанкционированного захвата, перебирает ногами, на коленях всё ближе подползая к "ленточке" с болтающимся под пузом мячом. Тут Коля Пучков, понимая, что это его последний шанс, хватает нападающего за трусы и стягивает их вместе с плавками на бёдра. Другой бы возмутился приключившейся голозадости, и дал бы хулигану сдачи, но Татушин, поглощённый предвкушением гола, не остановился и, обеструсенный, продолжил движение на карачках к воротам соперника. Судья, подбежав к штанге, наблюдает за заползанием мяча в ворота. Как только кожаный снаряд пересёк линию ворот, последовала трель судейского свистка, а затем громкая трель Бориного кишечника, вздыбившая чёлку на голове прицепившегося Коли Пучкова... 6:0! Подбежавшие к Татушину наши одноклубники, хлопали его по музыкальному заду, с хохотом зажав свои носы...
Э! Так не бывает, - скажут некоторые читатели.
Бывает, - отвечу я, - В жизни происходят вещи и похлеще этого...
Вечером радостная Таранка, приехав из больницы от Амосова, присоединяется к нашему празднованию в ресторане. Я почти не пью и периодически одёргиваю Васечку. Ребята тоже, хоть и горланят песни, но, предупреждённые Эпштейном о штрафе за невыход на утреннюю тренировку, пьют без фанатизма...
Леночке же на тренировку не нужно было. Ей за врачебное геройство дали выходной на завтра, поэтому юная врачиха основательно набралась. Васечка, подмигнув Лене на прощание, подрядился провожать какую-то знакомую ему девицу, а одинокому мне выпало тащить из ресторана Таранову. Лена хоть и не была слишком тяжёлой, но, на хрена мне это? Чуть два раза не споткнулся, пока нёс её с остановки трамвая на руках. Она жила в знакомой мне гостинице "Волна". Только бросил её на расчехлённую кровать, как у неё начались рвотные позывы. Быстренько оттащил в туалет(не хватало мне ещё за нею убирать) и держал её дурную голову за волосы над толчком, чтобы ничего себе не разбила при яростном изрыгании. Умыл и уложил в койку. Сижу на стуле, вытираю пот со лба.
Присвоено звание "Помощник-доброволец при чистке желудка".
– Юрка, я тебя никогда не предам, - хрипит шёпотом изрыгательница-Лена и протягивает в мою сторону кулак с оттопыренным указательным пальцем.
Что ещё за хрень?– подумал я, но на всякий случай отзеркалил её движение. Когда наши указательные пальцы встретились, Лена улыбнулась и, закрыв глаза, засопела счастливая.
13 августа 1951 года. Горький.