Филант
Шрифт:
– Правильно сказал, и не называй больше никому, - сдавленным, севшим голосом сказал Базиль и, вылив остатки пива в стакан, опустошил его залпом.
– И вообще, молчи. Ты - немой, забыл? Откроешь рот на людях, лично тебе шею сверну, тут же. Всосал?
Мальчик кивнул.
– Вот и хорошо... иди пока..., - и снова ушёл в размышления.
– Не торопись, Рябый, с выводами, война войной, но цель её вовсе не та, которую нас схавать пытаются заставить. Нажива там банальная, территория им нужна, а мутанты эти - лишь ширма красивая для отвода глаз.
– Откуда уверенность такая?
– рыжий парень сидел на мягком кожаном диване, вольготно раскинув ноги, и курил, держа в другой руке стакан с бренди.
– Не вчера родился и думать умею... в отличие от тебя. Иногда удивляюсь, как ты стабом управляешь со своими мозгами.
Базиль явно нервничал. Взвинченное состояние не давало покоя ногам и рукам. Он то дробь каблуком отстукивал, то стакан на столе крутил и курил больше обычного.
– Твоими пользуюсь, - усмехнулся крутой парень.
– Оно и видно. Вот и сейчас воспользуйся, я настаиваю.
– И что ты предлагаешь? Отказаться от такого куска?
– Рябый оторвал спину от дивана, уперев локти в колени, вопросительно, но с прищуром, уставился на товарища.
– Смотри, как бы он поперёк глотки тебе не встал, этот кусок.
– Буркнул Базиль и снова закурил.
– Думай Рябый, хорошо думай, прежде чем подписаться на такое.
– Я уже подписался.
– Ещё не поздно дать задний.
Рябый бросил на друга уничтожающий взгляд.
– Не зыркай на меня. Жизнь дороже.
– За мной стаб... А за тобой только ты.
– Вот именно!
– Я семь лет себе имя зарабатывал!
– Прорычал севшим голосом Рябый, глядя на Базиля исподлобья.
– Ты - мур, и этим всё сказано. Как не карячься, но чистым не станешь...
Разговор длился до поздней ночи, Базиль вернулся задумчивый и злой. Заглянув в каморку, где спал Взрывник, мужчина постоял немного в дверях, пошатываясь, поправил одеяло и вышел, тихо притворив дверь. На кухне достал из холодильника водку, поставил на стол рюмку, вынул резной серебряный портсигар, положил перед собой в открытом виде и долго на него смотрел. Провёл пальцем по фотографии, закрыл и убрал во внутренний карман. К водке так и не притронулся, всю ночь просидев на стуле, глубоко уйдя в себя, пока не захрапел.
Утром Взрывник не стал будить уснувшего за столом Базиля. Написал записку:
«Ушёл за пивом и едой к Чафе. Взял карту. 7: 15» - И вышел в магазин, а точнее, в торговую лавку, хозяином которой был толстый азербайджанец Чафа. Десять минут туда, десять-пятнадцать там и обратно десять, и то это с запасом, не спеша. Взрывник шёл весь в мыслях о Доке, Алёнке, меченых мутантах и вчерашнем разговоре с Базилем, и не заметил, что за ним следят. Как сунули ему в карман мешочек со споранами, он тоже прозевал, очнувшись лишь тогда, когда почувствовал, как его грубо схватили за шкирку и, трепля в разные стороны, противный голос заорал почти в ухо:
– А-а-а! Попался, сучёныш!!! По карманам лазать надумал!!!
От неожиданности он чуть не ляпнул, что он не лазал никуда, но вовремя опомнился и лишь громко замычал. Мужик неопрятного вида, с явными признаками бомжевания, трепал пацана и причитал, что
его обокрали и вор пойман с поличным.Собралась толпа зевак.
– Да что у тебя красть, Бичара?
– заржал кто-то из толпы.
– Если только паразитов?!
– Украл! Кошель мой украл! А я вчера три спорана заработал, вот, пришёл к Чафе, за покупками, хвать, а кошелёчка-то и нету! Тю-тю кошелёчек!
– распинался вонючий мужик.
– А этот вот тёрся рядом, я сообразил, что он подрезал!
– Да гонишь ты, это же тот малой, с арены, - крикнули из толпы.
– Да, да точно, - подтвердил рядом стоящий рейдер, - видел я его, хорошо дрался.
– Базиля это пацан, - вышел Чафа из-за прилавка.
– Пусти пацана, падаль!
– Да ты глянь на него, это не щипач, гонишь ты, Бичара, - заржал какой-то подросток.
– А вы кармашки его проверьте сначала, а потом заступайтесь, - язвительно заявил бомж, держа «вора» за свитер.
– А ну, малой, выворачивай карманы!
– приказал Чафа.
Взрывник со спокойной душой сунул руки в брюки и в удивлении замер. Да, там, действительно, лежало то, чего быть не должно было.
– Вот! Вот он мой кошелёчек!
– задёргался и завопил бомж.
– Три спорана там! Вчера у Мулы заработал, можете спросить!
Чафа взял тряпичный мешочек с тесёмками из руки Взрывника и высыпал на свою ладонь ровно три спорана. Люди забубнили.
Мальчик задёргался и замычал, это была явная подстава. Как он хотел сказать всем об этом и ещё сказать, чтобы позвали Базиля, он-то точно разберётся в этой ситуации.
– Чего делать будешь с вором?
– спросил знакомый противный голос.
– А чего с ним делать, на органы загоню или продам кому. Хочешь - купи раба!
– радостно предложил Бичара, сияя от счастья, и закатил глаза к потолку, делая вид, что думает, - за три горошины!
– Добро!
– тут же ответил мужик, похожий на крысу, и торопливо пожал бомжу руку, фиксируя сделку.
В толпе прошелестели удивлённые возгласы.
– Подстава, явная подстава, - переговаривались свидетели.
– Даю пять!
– крикнули из толпы.
Все оглянулись - кто это там такой щедрый?
Бомжара скуксил печальную мину и тоскливо посмотрел на свою руку, которая ещё была в руке Кидиса. Распихивая народ, в центр вышел тот самый пожилой мужчина, который орал на ринге в матюгальник.
– Бичара, десять. Даю за пацана десять гороха!
Кто-то присвистнул.
Бомж заскулил и задёргал руку, но Кидис держал крепко, как удав, сверля нового покупателя злым взглядом.
– В пролёте, Риггс, пацан мой, сделка состоялась, все видели.
– Тогда тебе даю.
Тот с ухмылкой отрицательно покачал головой и, перехватив Взрывника у кислого бомжары, поспешил покинуть тесное помещение, с трудом пропихиваясь, тащил мальчика за собой.
– Постой! Пятдесят!
– крикнул ему в спину Риггс.
Кидис остановился, смерил насмешливым взглядом глашатого, плюнул сквозь зубы себе под ноги и запихал Взрывника в багажник машины. Молча сел за руль и уехал.
– УБЬЮ-Ю-Ю, ТВАРЬ!!!!!
– бесновался Базиль, получив известия от запыхавшегося Риггса.