Философия

В полном соответствии с глубинной эмоцией восточной культуры Шопенгауэр видел разрешение трагедии человеческой жизни в умерщвлении плоти и в угасании рациональных исканий человека. Более того, пессимистический волюнтаризм Шопенгауэра предполагал в качестве исхода апологию самоубийства. Недаром последователь Шопенгауэра Э. Гартман призывал даже не к индивидуальным, а к коллективным самоубийствам. Для Европы самоубийство всегда было грехом. Таковым оно осталось и для всех философских и идеологических систем, основанных на христианской культуре.

В заключение следует сказать, что Шопенгауэр был первоклассным писателем, блестящим стилистом. Чтение его произведений доставляет не только интеллектуальное, но и эстетическое наслаждение. Ни один автор философской литературы, по словам В. Виндельбанда, не умел формулировать философскую мысль с такой ясностью, с такой конкретной красотой, как Шопенгауэр. У него был дар представить в действительно блестящем и прозрачном изложении множество философских идей. (Видимо, этим объясняется, что в рабочем кабинете Л.Н. Толстого висел на стене портрет Шопенгауэра, единственного из всех философов.) Воззрения Шопенгауэра оказали большое влияние не только на отдельных крупных мыслителей, но и на ряд направлений философской мысли. Стоит заметить, что во многом под влиянием Шопенгауэра сформировались эстетические взгляды великого композитора Р. Вагнера.

2. С. Кьеркегор

Серен Кьеркегор (1813-1855) - датский теолог, философ, представитель философии жизни [1], и писатель. Как и А. Шопенгауэр, он высказывал недоверие к разуму. Он отрицал единое идеальное начало мира, - будь то воля, разум или что-либо другое из области абсолютизированных моментов сознания. Кьеркегор выдвинул идею "экзистенциального мышления". В отличие от научного мышления, исходящего из теоретических принципов (оно абстрактно и безлично), экзистенциальное мышление связано с внутренней духовной жизнью личности, с ее интимными переживаниями: именно такое мышление только и может быть подлинно конкретным, имеющим настоящий человеческий смысл. В то время как объективное мышление, согласно Кьеркегору, безразлично по отношению к мыслящему субъекту и его экзистенции, субъективный мыслитель как экзистенциальный заинтересован в своем мышлении: он существует в нем. В силу этого он не может относиться к реальности как к чему-то объективному как таковому, не "затронутому" человеческой субъективностью. Вместе с тем Кьеркегор обращал пристальное внимание на неустойчивость человеческого бытия, его обреченность на смерть, фиксируя это в понятиях "страх", "сомнение", "трепет" и т.д. Чрезвычайно сложная и полная противоречий человеческая жизнь не поддается усилиям рассудка понять ее, результатом чего является "бессилие мысли", подлинный "скандал для рассудка", а отсюда переход к мифу.

1 В истории философии принято именовать некоторые учения и таким словосочетанием, как "философия жизни". Это направление возникло как оппозиция классическому рационализму и как реакция на кризис механистического естествознания, базирующегося на принципе строгости и точности испытующего ума. Опираясь на традиции немецкого романтизма, "философия жизни", в лице, например, Ф. Ницше, А. Бергсона, О. ШпенгЛера подходит к жизни как первичной и исходной реальности в построении философских учений.

Относясь к человеку как к цели и смыслу мировой эволюции, Кьеркегор критиковал предшествующих философов, прежде всего Г. Гегеля, за слишком абстрактный подход к человеку. Философы, говорил он, превыше всего ставят всеобщее, дух, материю, Бога, прогресс, истину и этим всеобщим принципом стремятся подчинить реального человека вне его индивидуального бытия. Они ищут в человеке только его сущность, теряя из вида живую, уникальную индивидуальность с ее мыслями, чувствами, радостями и страданиями. Кьеркегор исходил из того, что у каждой эпохи свои умонастроения, свои особые моральные принципы и "своя безнравственность". Безнравственность своей эпохи он усматривал в том, что всякое индивидуальное "забывается в общем". Он призывал к тому, чтобы внимательнее "вглядеться и вчувствоваться" в реальную человеческую жизнь, в личные страдания. Индивид Кьеркегора самоценен и возвышен, но он же - одинок и беспомощен в этом мире, как узник, бьющийся в камере-одиночке. Многие, по Кьеркегору, суть критерии неистинности: каждый имеет свои критерии оценки, искреннее личностное заблуждение может превратить не-истину в истину.

Естественно, что долго удержаться на этой холодной и открытой для пессимистических выводов личностной вершине Кьеркегор не мог. В результате возвышающая идею человека личностная интуиция привела к апологии страха, для преодоления которого и утешения, полагал Кьеркегор, необходимо религиозное общение с Богом. Не приняв межчеловеческое общение за возможную форму выхода из личностного одиночества, Кьеркегор возвращается в лоно христианской религии, в которой Бог также обладает личностной формой. Кьеркегор противопоставил веру разуму как начало полностью иррациональное, коренящееся в воле, которая трактовалась им как предшествующий всякому разуму корень человеческого бытия.

Несомненная заслуга Кьеркегора заключается в постановке собственно человеческих вопросов, проблем субъективного бытия: он сосредоточил свое внимание на страхе и ужасе непосредственного бытия (Кьеркегор назвал одну из своих книг "Страх и трепет"). По словам Л. Шестова, он отошел от традиционного онтологического анализа бытия и сосредоточился на тончайших переживаниях личностью своего уникального бытия. Как уже говорилось, Кьеркегор остро критиковал традиционное понимание задач философии за то, что она теряет именно личностный аспект бытия, его субъективную сторону. И в самом деле: какой интерес математике или физике, да и вообще научному познанию до индивидуальных страданий людей, личных судеб, радостей, смеха и плача? Если в нескольких словах сформулировать заветные мысли Кьеркегора, следовало бы сказать: самое большое несчастье человека - безусловное доверие разумному мышлению. Во всех своих произведениях он на тысячи ладов повторял: задача философии в том, чтобы вырваться из власти разумного мышления и найти в себе смелость искать истину в том, что все привыкли считать парадоксом и абсурдом [1]. Это, конечно, крайность, быть может, оправданная крайностями противоположных позиций. Вероятно, в этом какая-то уникальная правда!? Говорят же в народе: чтобы выпрямить палку, нужно перегнуть ее в противоположную сторону! Даже величайший психолог Ф.М. Достоевский не мог избежать художественного обобщения, типизации всевозможных страданий и парадоксов именно индивидуальной психологии.

1 См.: Шестов Л. Умозрение и откровение. Париж, 1946. С. 238, 239.

3. Ф. Ницше

Фридрих Ницше (1844-1900) - немецкий философ и филолог, яркий проповедник индивидуализма, волюнтаризма и иррационализма.

Для творчества Ницше характерно необычное употребление общепринятых в философии понятий. Его идеи, как правило, облечены в форму фрагментов и афоризмов. Ему чужды всякие попытки построения философской системы. Согласно Ницше, мир есть постоянное становление и бесцельность, что выражается в идее "вечного возвращения одного и того же". Лишь понятие "вещи" выступает как некий момент устойчивости в хаосе становления. Вслед за А. Шопенгауэром Ницше в основе мира мыслил волю как движущую силу становления, как порыв, как "волю к власти", волю к расширению своего Я, к экспансии. Ницше переносил идеи Ч. Дарвина о борьбе за существование животных на жизнь человеческого общества. Центральным понятием у Ницше является идея жизни. Он родоначальник направления, именуемого философией жизни. В человеке он подчеркивал принцип телесности и вообще биологическое организменное начало. Интеллект же есть лишь высший слой, необходимый для сохранения организменных образований, в первую очередь инстинктов. По Ницше, интеллект не познает, а схематизирует мир в той мере, в какой это нужно для практической потребности. Мышление - метафорично, что в наибольшей степени связывает нас с реальностью. Каждый человек по-своему конструирует мир, исходя из своих индивидуальных особенностей: у каждого в голове - своя индивидуальная мифология в условиях его стадного бытия.

Теория познания в ее классическом смысле не была предметом особого внимания мыслителя. А некоторые его высказывания по этим вопросам проникнуты субъективизмом и агностицизмом. Ницше отвергает принципы демократии и исторического прогресса: он противопоставляет ему amor fati - любовь к судьбе; он отвергает также идеи равенства и справедливости как "разлагающие цельность человеческой природы". Ницше, будучи сторонником принципа социальной иерархии, развивает элитарную концепцию абсолютного господства "высшей касты" - тех "немногих", которые "имеют право" воплощать счастье, красоту и добро, господствовать над подавляющим большинством - серостью, которую не общество, а сама природа будто бы предназначила к тому, чтобы быть "общественной пользой".

Ницшеанский образ "сверхчеловека" воплощает его критику морали. Согласно Ницше, мораль играет разлагающую роль, предполагая послушание, терпение, совестливость: все это размягчает и расслабляет волю человека. А это резко претило воззрениям Ницше: он гипертрофировал волю, особенно волю к власти, в широком смысле этого слова. Читая работы Ницше, остро чувствуешь, как он "всласть описывает власть". Образ "сверхчеловека" - это культ "сильной личности", одержимой жаждой власти. По Ницше, все критерии морали носят чисто произвольный характер, а все формы человеческого поведения маскируют "волю к власти". У людей слабых она проявляется как воля к "свободе", у более сильных - как воля к большей власти или, если это не приводит к успеху, как воля к "справедливости", у самых сильных - как любовь к человечеству, чем маскируется стремление к подавлению чужой воли. Наконец, представление о хаотичности мира, об отсутствии в нем закономерного развития означает и бессмысленность морали. Для Ницше как философа жизни критерием оценки всех явлений духа служит степень автоматической включенности человека в стихийный и нерасчлененно-целостный поток бытия.

Ницше не только характеризовал "волю к власти" как определяющий стимул поступков человека, как главную особенность его

деяний, но простирал этот принцип на всю "ткань бытия". Чтобы понять, что такое "жизнь" и какой род стремления и напряжения она представляет, эту форму в одинаковой мере следует отнести как к дереву и растению, так и к животному. "Из-за чего деревья первобытного леса борются друг с другом? ...Из-за власти!" Характеризуя жизнь как "специфическую волю к аккумуляции силы", Ницше утверждает: жизнь как таковая "стремится к максимуму чувства власти" [1].