Философия

14. Доказательство и опровержение

На крыльях интуиции, а не только по лестнице логики осуществляется интеллектуальный скачок от старого знания к новому, открытия в науке, изобретения в технике и созидание в области искусства. Интуиции бывает достаточно для усмотрения истины, но ее недостаточно, чтобы убедить в этой истине других и самого себя. Для этого необходимо доказательство.

Истинность или ложность того или иного положения науки, как правило, не обладает очевидностью. Только простейшие суждения нуждаются для подтверждения своей истинности лишь в использовании чувственного восприятия: нет необходимости доказывать то, что можно показать.

Подавляющее число положений науки принимается за истинные не на уровне чувственного познания и не отдельно от всех других истин, а на уровне логического мышления, в связи с другими истинами, т. е. путем доказательства. Доказательность — жизненный нерв научного мышления.

Во всяком доказательстве имеются тезис, основания доказательства (аргументы) и способ доказательства. Тезисом называется положение, истинность или ложность которого выясняется посредством доказательства. Доказательство, посредством которого выясняется ложность тезиса, называется опровержением. Все положения, на которые опирается доказательство и из которых необходимо следует истинность доказываемого тезиса, называются основаниями или аргументами. Последние состоят из положений о достоверных фактах, определений, аксиом [387] и ранее доказанных положений.

387

Аксиомы — положения, не доказываемые в данной науке и играющие в ней роль допускаемых оснований доказываемых истин.

Часто доказать истинность положения — значит показать, что оно есть прямое следствие из положений о хорошо проверенных фактах. Однако жизнь столь сложна, что в подтверждение очень многих положений, даже явно нелепых, можно собрать немалое число отдельных фактов. При этом то обстоятельство, что имеются одновременно и такие факты, которые опровергают эти же положения, свидетельствует о том, что сами по себе единичные факты, взятые в отрыве друг от Друга и от окружающих условий, ничего не доказывают. Утверждения о фактах получают значение оснований доказательства, если они рассматриваются во взаимосвязи, а также как носители законов, в них проявляющихся и ими управляющих.

В число оснований доказательства входят определения основных понятий данной науки. Это не значит, будто определению подлежат все понятия данной науки. Определить — значит свести неизвестное к известному, сложное к простому.

В число оснований доказательств, на которые опирается доказываемый тезис, кроме определений основных понятий науки и аксиом входят еще доказанные ранее положения науки, необходимые для обоснования тезиса. Чем дальше наука развивает доказательства своих положений, тем большим становится число предшествующих оснований доказательства каждого нового положения.

По словам В.Ф. Асмуса, связь оснований и выводов из них, имеющая результатом необходимое признание истинности доказываемого тезиса, называется способом доказательства. Доказательство одного и того же положения науки может быть различным, основанным, например, на дедукции, индукции, использовании аналогий, моделирования и т. п. Связь оснований, ведущая к истинности доказательного тезиса, не единственная. Поскольку она не дана вместе с самими основаниями, а должна быть установлена, постольку доказательство — теоретическая задача. В ряде частных случаев задача доказательства оказывается настолько сложной, что разрешение ее требует от ученых огромных усилий на протяжении целых десятилетий или даже столетий. В течение почти 2500 лет оставалось недоказанным существование атома, пока успехи экспериментальной и теоретической физики наконец не доказали этого. Гениальная догадка Джордано Бруно о существовании планет, обращающихся вокруг других звезд, получила доказательное подтверждение только в последнее столетие.

От примитивных способов доказательства, опиравшихся на неточные, приблизительные и потому часто ошибочные наглядные представления, до современных доказательств, опирающихся на удостоверенные факты, точно определенные понятия, на свободные от противоречий и достаточные в своем числе аксиомы, а также на уже строго доказанные ранее положения, практика доказательства прошла большой путь совершенствования, подняв умственную культуру на уровень современной науки.

Итак, рассмотрением проблем теории познания и некоторых вопросов логики мы завершили изложение содержания тех вопросов, которые составляют, будучи вместе взятые, основы общей философии и включают в себя учение о бытии, категориальный строй философского разума, проблемы философской антропологии, т. е. учение о человеке и его бытии в мире, прежде всего духовный мир человека. Этот круг проблем вполне логично вывел нас на проблематику теории познания, анализом которой мы и завершаем весь этот крупный блок фундаментальных философских проблем. Теперь мы должны перейти к следующему и последнему разделу книги — к социальной философии и философии истории. Оба эти раздела, которые предваряются достаточно большим разделом истории философии, и образуют, как нам думается, всю систему философского знания в ее учебном курсе.

Раздел третий ОСНОВЫ СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ И ФИЛОСОФИИ ИСТОРИИ

Глава 13 ИСТОРИЯ СОЦИАЛЬНОЙ ФИЛОСОФИИ И ИСТОРИОСОФИИ

Предметом социальной философии являются наиболее общие, прежде всего мировоззренческие и методологические принципы жизни и развития человеческого общества. Социальная философия не тождественна социологии, которая является эмпирической наукой, исследующей общественную жизнь в разных ее аспектах, используя всевозможные конкретные методы и частные методики для анализа конкретных событий общественной жизни и их обобщения. Социальная философия опирается на социологические исследования и осуществляет свои собственно философские обобщения. Аналогичные отношения существуют между философией истории и историей как конкретной областью знания: философия истории (историософия) образует особую грань социальной философии.

В чем заключается проблема социальной философии как фундаментального раздела философии? Очевидно, в том, чтобы философски осмыслить, что такое общество, какое значение оно имеет в жизни человека, в чем состоит его истинное существо, к чему оно обязывает человека и в свою очередь каковы обязанности человека перед обществом. А. Сен-Симон так характеризовал основную, практически ориентированную задачу социальной философии: эта задача «заключается в том, чтобы постигнуть наилучшую для данной эпохи систему общественного устройства, чтобы побудить управляемых и правящих понять ее, чтобы усовершенствовать эту систему, поскольку она способна к совершенствованию, чтобы отвергнуть ее, когда она дойдет до крайних пределов своего совершенства, и построить из нее новую при помощи материалов, собранных учеными специалистами в каждой отдельной области» [388] . Социальная философия в единстве с историософией изучает общие принципы жизни и развития общества, закономерности всемирной истории человечества, опираясь на весь массив гуманитарных наук, прежде всего истории, социологии, теории государства и права, политической экономии, политологии и др. Социальная философия и историософия имеют своим общеметодологическим основанием принципы, категории и законы, выработанные всей историей развития философской мысли в полном объеме ее категориального строя [389] . Исходя из этого, мы считаем вполне правомерным рассматривать историю социально-философской мысли в единстве с анализом становления идей философии истории.

388

Сен-Симон А. Избранные сочинения. М.; Л., 1948. Т. 11. С. 273–274.

389

«Социальная философия: 1) в широком смысле: раздел философии, включающий рассмотрение качественного своеобразия общества (отличие от природы, отношение к государству, религии, морали, духовной культуре), его целей (общественных идеалов), генезиса и развития (социальной истории), судеб и перспектив; 2) в узком смысле: раздел общей социологии, содержащий исследования названных проблем с помощью категорий теоретической социологии и пограничных с нею научных дисциплин — политической экономии, антропологии, психологии, культурологии и т. д.» (Современная западная социология: Словарь. М., 1990. С. 319–320).

1. Зарождение социально-исторического сознания

Прежде чем перейти к существу основных направлений в истории социально-философской мысли, сделаем несколько предварительных замечаний, посвященных анализу зарождения исторического сознания.

Элементы исторического сознания возникли вместе с формированием человеческого общества. Стадный человек осмысливал мир в рамках того, что он видел и слышал. Сообщества людей в глубокой древности центром мира считали место своего обитания. Они разделяли мир на свое стойбище, на место своей охоты и на «все остальное». Человек мог знать тогда лишь незначительное количество окружающих его людских сообществ, с которыми ему по тем или иным причинам приходилось вступать в контакт.

Узок был и временной диапазон жизни первобытного человека. Более или менее отдаленное прошлое уходило в небытие, не оставляя о себе и следа в памяти человека, а отдаленное будущее мало тревожило его воображение. В силу низкого уровня развития производства, общественных отношений и культуры у человека, по-видимому, еще отсутствовала жизненная потребность в воспроизведении перспективы прожитых лет. Подобно животному, он еще жил минутой и отдавался мгновению, хотя суровая реальность бытия заставляла его заглядывать в недалекое будущее, например, заготавливать продукты потребления впрок, и обращаться к опыту прошлого — преданиям и советам старших.

Усложнившаяся жизнь родоплеменного периода обусловила появление потребности думать о прошлом семьи, рода, племени. Осознание истории жизни своей семьи, рода и племени включает в себя установление хотя бы элементарных датировок. Колоссальную роль в этом сыграл язык, особенно зачатки письменности. Фиксируя опыт людей и передавая его из поколения в поколение, письменность вместе с орудиями и результатами труда создавала культурно-историческую традицию, преемственность, формировала обычаи и нравы. С помощью письма люди стали фиксировать и датировать наиболее значительные в жизни общества события, чтобы, как говорили древние историки, во времени не изгладились деяния людей и не были преданы забвению великие и достойные удивления подвиги.