Фонарь Диогена

Монотонный голос ответил с какой-то упрямой ноткой:

– Заключение не ошибочное.

Председатель не имел опыта разговора с машинами. Вместо того чтобы спокойно объяснить роботу его ошибку, он вспылил и сказал излишне громко:

– Заключение в корне неверное! Во всяком случае, у нас сложилось совсем другое мнение об Игоре Шведове.

Электронный агрегат замолчал на несколько мгновений, потом так же бесстрастно произнес:

– В таком случае прошу изменить мою программу норм человеческой этики. Иначе подобные ошибки будут повторяться.

Члены комиссии почувствовали неладное. Председатель спросил неуверенно:

– При чем здесь нормы этики?

– Кандидат в контактеры должен отвечать всем требованиям, - ответил робот, - а Игорь Шведов не прошел самого главного экзамена. Он нетолерантен!

– Нетолерантен...
– повторил председатель растерянно.
– Вот тебе и на! Обвинение достаточно серьезное. Ты располагаешь какими-нибудь сведениями?

– Да, - ответил робот.
– Я располагаю данными об Игоре Шведове, начиная со второй недели его внутриутробной жизни и до настоящего времени.

– В чем выражается нетолерантность Шведова?

– В основном, в мелочах. Но достаточно часто, чтобы вызвать тревогу. Тем более, что он является кандидатом в контактеры. Шведов нередко высказывает враждебность к чужому вкусу только потому, что тот расходится с его собственным. Мне не нравится, значит, плохо - вот критерий Шведова...

– Но ведь вкусы у него безукоризненные!
– крикнул Геннадий.

Робот холодно отчеканил:

– Никакой человек не может подняться выше человечества. Если это не так, прошу меня перепрограммировать.

– Продолжай, - сказал председатель.

– Борьба мнений, борьба вкусов всегда останется в развивающемся обществе. Но только в виде соревнования и уважения чужих точек зрения. Никакой гений не волен навязывать свои вкусы другим. Он волен их только пропагандировать. Вот пример: Шведов, что вы сказали двенадцатого декабря прошлого года Артемьеву?

Шведов пожал плечами. Только электронная машина могла запомнить, что он делал в тот или иной день год назад.

– Вы, - продолжал греметь робот, - сказали ему: "Или сбрей свою дурацкую бороду, или я не допущу тебя до экзаменов".

Шведов вскочил. По его лицу пошли красные пятна.

– Но у него в самом деле была дурацкая бороденка!
– крикнул он яростно.
– Артемьев это понял и через месяц сам ее сбрил!

– Верно, - подтвердил робот.
– Это так и произошло. Но в тот самый день он предпочел уйти от вас. А разве не вы считали его самым талантливым из молодых экзотермистов?

– Я и сейчас так считаю, - сказал Шведов.

– Так почему же вы судили о нем не по таланту, а по декоративной бородке?

И Шведов впервые промолчал.

– Неосознанная уверенность, - продолжал робот, - что только его взгляды правильные, - основа первобытного хамства. В истории человечества уже бывало, что индивидуальные заблуждения превращались в коллективные. Вы знаете, что я напоминаю о шовинизме, расизме, фашизме. "Мы лучше всех, и все обязаны подчиняться нам и поступать так, как мы желаем". Все помнят, какие ужасы принесли человечеству эти явления, поэтому мы не должны проходить мимо даже самых микроскопических проявлений нетолерантности.

В зале стояла мертвая тишина. А звук, размеренный и мощный, падал в зал.

– Поэтому, исходя из человеческих законов, я отклоняю кандидатуру Шведова. В Галактическом Совете нам придется иметь дело с самыми различными мыслящими расами. Их облик, способы мышления, цели бытия могут показаться, да и наверняка покажутся странными и чуждыми. Но мы обязаны уважать чужие мнения и не навязывать свои. И подчиняться решениям Совета, даже если во главе будет стоять, например, мыслящий паук...

– Чепуха, - сказал Геннадий громко, - разумные существа могут быть только человекоподобными.

– Пусть так. Но что, если у председателя Совета будет, например, рыжая бороденка? Как у Артемьева?

– Это же совсем другое дело!
– крикнул Геннадий.

– Пусть так. Я не утверждаю, что Шведов начнет пропагандировать нехорошие взгляды. К счастью, эти тяжелые болезни роста человечества навсегда канули в прошлое. Но Шведов предрасположен к нетолерантности! И мы не имеем права рисковать. К звездам полетит другой человек!

Теперь я спокойно читаю прогнозы о возможном засилье роботов. А что? Вполне возможно. Прецедент уже был!