Формула смерти

* * *

Как только Майкл расстался с Колином Греем, он зашел в телефонную кабину и набрал номер Макса Фаррелла. Было очевидно, что собственными силами Джинни Карамис ему не найти. Немного поразмыслив, решил рассказать Фарреллу все, что ему удалось узнать. Пускай действует, а он посмотрит, каков Макс в деле.

Он сразу же дозвонился до Фаррелла и воспринял это как добрый знак.

— Слыхал, слыхал, как вы вчера покувыркались, — засмеялся детектив, как только снял трубку. — Как понравился наш несравненный Рэй?

— Он… необычный, — Майклу показалось, что это самое подходящее слово. — И он мне очень понравился.

— Итак, что я могу для тебя сделать?

Майкл рассказал ему все, что узнал. Сначала о переводе денег с одного счета на другой и расследовании в «Колони Сэксон», а затем о причастности Джинни Карамис к финансовым аферам. Когда он закончил, его встретила долгая тишина, которой он немало удивился. Майкл даже подумал, что с телефоном что-то не в порядке.

— Черт побери! — заорал наконец Фаррелл. — Ты слышал, что я тебе втолковывал битый час?

— В чем дело? — позвонив детективу и сообщив ему все, что знал, Майкл никак не рассчитывал вызвать у него такую вспышку беспричинного гнева:

— В чем дело, в чем дело! Как вбить тебе в голову? Кто из нас сыщик, ты или я?

— Ты, Макс, но…

— Ну и теперь-то ты понял? Так что я говорил тебе, когда ты сидел передо мной в моем кабинете? Ты хочешь запутать расследование? Этого ты добиваешься, мистер Фридлэндер? О Боже мой! Давай договоримся на будущее. Если ты считаешь, что с кем-то нужно поговорить, не будь задницей и не строй из себя частного детектива. Приди ко мне и скажи об этом. Договорились? Если такая постановка вопроса тебе не нравится, тоже скажи, и я не буду мешать тебе самому расследовать это дело. Ясно?

Пристыженный, Майкл уверил Фаррелла, что будет во всем его слушаться, но если он думал, что гроза миновала, то глубоко ошибался.

— Кто твой источник информации? Кто рассказал тебе о переводе денег со счета на счет, о Джинни?

— Мне не хотелось бы этого говорить.

— Тебе не хотелось бы говорить! Вы послушайте его! А как, черт возьми, по-твоему, я прослежу твою информацию, если ты не скажешь, кто тебе ее дал? Если ты решил исключить меня из расследования, так и скажи. С меня довольно!

Майкл понимал гнев детектива, но не хотел открывать источник информации, зная, что Колин будет взбешен, если он это сделает. Но, конечно, Макс сможет вытянуть из брокера побольше сведений. И Майкл назвал имя.

Глава 12

Жители Брод-Ченнел по вполне понятным причинам недоумевали: многие из них ловили рыбу, для некоторых это была почти единственная пища, и вот, — надо же такому случиться, — она начала дохнуть. Единственное объяснение этой напасти находили в отравленной воде. После телефонных звонков в соответствующие учреждения в Брод-Ченнел приехали представители здравоохранения и специалисты по охране окружающей среды.

Посмотрев на плававших вверх животами и разлагавшихся на жаре палтусов и мерлангов, специалисты признались, что причины этого явления им неизвестны. Взяв пробы воды и несколько рыб, они увезли их в свои лаборатории.

Брод-Ченнел всегда представлял очень странное место: скопище ветхих домов, полуразвалившихся пирсов, которыми заканчивались улицы, с долей самоиронии именовавшиеся местными жителями Бродвеем, Уолл-стритом, Пятой авеню и Бауэри. Хотя он и являлся частью Нью-Йорка, но больше напоминал небольшие поселки штатов Мэн и Массачусетс.

Как и ожидалось, лабораторные анализы не дали никаких результатов, не обнаружив ни вирусов, ни бактерий, ни канализационных или промышленных выбросов. Причина гибели рыбы оставалась неясной. Поползли суеверные слухи о грядущей эпидемии, а рыба — только предзнаменование.

Прошло три недели, и Эван Кейлер решился-таки позвонить в полицию, зная, что скрывали воды в своих глубинах и догадываясь о причине постигшего Брод-Ченнел несчастья.

На его вызов явилось двое полицейских, которые нашли Кейлера на пристани, со скорбным видом смотревшего на волны, словно решившего проникнуть взглядом сквозь толщу воды и увидеть то, что там скрыто.

Полицейские отрекомендовались офицерами Финном и Катрильо. Их молодость дала Кейлеру основание относиться к ним с некоторой долей недоверия. Вопросы задавал по большей части Катрильо.

— Итак, мистер Кейлер, уточним, правильно ли мы вас поняли, — Катрильо говорил медленно, проявляя терпение, необходимое, как его учили, в общении с пожилыми людьми. — Вы сказали, что ночью одиннадцатого числа вас разбудил шум автомобиля?

— Нет, — запротестовал Кейлер. — Разбудил звук захлопнувшейся дверцы автомобиля и голоса.

— Где находился автомобиль?

Кейлер указал на место у начала пирса, в двадцати ярдах от его дома.

— Там и стояла машина? — спросил Финн.

— Да, машину они оставили там.

— А не могли бы вы назвать марку машины или сказать, Как она выглядела?

Старик покачал головой:

— Было еще темно.

— В котором часу вы проснулись?

— Может быть, в три или в половине четвертого.

— Их было двое?

— Да, двое мужчин и женщина. Сначала я подумал, что они помогают ей идти, но потом понял — ее волокли.

— Вы разглядели их? — спросил Катрильо. — Могли бы при необходимости узнать?

Кейлер замахал руками:

— Нет, нет. Такая темень! Да и глаза мои уже не те, сынок. Нет, я не смог бы их узнать.

— Что было потом?

— Они дошли до конца пирса.

— Пожалуйста, продолжайте.

— Не берусь утверждать, но женщина упала на доски пирса, может, мне так показалось — глаза иногда подводят. А то, что было дальше, видел отчетливо. Они подняли ее и сбросили с этого чертова пирса, — Кейлер сделал многозначительную паузу и добавил: — Я слышал всплеск.

— Всплеск?

— Да, громкий!

— Они сбросили женщину с пирса? Вы в этом уверены?

— Конечно, — пробурчал Кейлер. Теперь, когда он наконец-то рассказал о событиях той ночи, ему было обидно, что кто-то сомневается в правдивости его слов. — А потом они вернулись назад сели в машину и укатили.

— Вы не слышали криков о помощи?

Кейлер отрицательно покачал головой:

— Никаких криков, только громкий всплеск.

— Почему, мистер Кейлер, вы сразу не сообщили обо всем в полицию?