Фрязино
Шрифт:
Взгляды поневоле остановились на девушке. Никто, кроме нее, по эту сторону Купола не бывал.
– Я не помню, – виновато и даже вроде искренне ответила Лина. – Но, кажется, кто-то в окрестностях живет.
– Обязаны жить! – убежденно произнес Михаил и улыбнулся. – В Москве вообще жить невозможно, но мы-то живем! И не только мы. А по сравнению со столицей здесь вообще тишь да благодать. Хоть землю возделывай да скотину разводи, как наши далекие предки. Заметьте: ни одного Поля Смерти нам не попалось. Благодать!
– Зато жук-медведь, – буркнул Ярополк. – Не очень-то его возьмешь мечом или стрелой. Или тут склад гранатометов поблизости?
– Вряд ли, – признал Михаил. – Да и боеприпасы
– А радиацию пережить? Мы недавно вылезли, а тут что, получше с этим было? – вставил Денис.
Ему захотелось предстать перед Линой не только сильным, но и умным. И вроде перегорело все, но ведь нормальное дело: распушить перья в присутствии женщины, даже если ничего от нее не надо.
– Но мы пережили. В области тоже всякие убежища имелись. И не только в области. По всей стране. Кому-то элементарно по теории вероятности должно было повезти. Вопрос лишь, где это случилось и где они обосновались теперь. Второй важнее первого. Даже если соплеменники нашей красавицы позлодействовали всласть, найти всех они не могли. Как и мы никак не можем.
– Выжить реально только в какой-нибудь крепости. Монастыре, еще в чем-то подобном. Тут что-то такое есть? – подошел к вопросу с другой стороны Ярополк.
– Положим, биороботы тут водятся вряд ли, следовательно, условия чуть получше и времени побольше, построить укрепленный городок могли и с нуля. Камней навалом, леса тоже… Были бы рабочие руки, а умение придет. Так что будем искать. Ладненько, передохнули, и хватит. Поехали.
– Только куда? – уточнил Улугбек.
– А вот налево и двинем. Если что, вернемся и поедем прямо. Ну, или не прямо…
Глава 9
Переночевать пришлось прямо в поле. В лесу было бы хуже из-за ограниченности обзора. А тут пусть сам на виду, зато и подобраться к машинам незамеченным крайне трудно. Однако застывшие стальные машины никого не привлекали. В окружающих поле лесах раздавался рев вышедших на охоту хищников, отчаянный визг пойманной добычи, но в целом ночь прошла спокойно. Правда, спать пришлось сидя, но разведчики в походе привыкли и не к такому.
Даже утром ничего особенного не случилось. Михаил подсознательно ждал какой-нибудь подлянки вроде стремительно проросших и заклинивших ходовую часть древесных стеблей. Но то ли трава в этом поле относилась к обычной, не хищной, то ли подобными способностями не обладала, то ли не имела опыта и нужды пленять гусеничные машины, тронуться в путь удалось без проблем.
Очередной разрушенный город был относительно велик. Если впечатления не обманывали разведчиков – ненамного меньше какого-нибудь из московских районов… Был он явно не старым, построенным большей частью незадолго до войны. Наверняка здесь нашлись бы и более ранние постройки, но их руины терялись посреди других. Жизни по первому впечатлению здесь не было. По второму – тоже. Не считать же за нее вездесущую зелень да вынырнувшую откуда-то стаю крысособак особей так в двадцать. Бронированных машин животные раньше не видели, однако на всякий случай предпочли не связываться с дурно воняющими и рычащими незнакомыми существами.
Целью для удара во время войны подобные города быть не могли.
Важных объектов здесь не было, даже армейские подразделения стояли вряд ли…– Где-то здесь был аэродром, – проинформировал Кирилл. В его память было загружено многое. – А город этот, скорее всего, Щелково. А может быть, и нет. Если бы шли по основной трассе, точно бы вышли к нему, а с нашим петлянием толком не понять. Надо посмотреть, вернулись мы на прежнюю дорогу или нет.
Близость аэродрома объясняла многое. Город был обречен если не на ракетный удар, то на наземные бои, когда биороботы вторглись на территорию Подмосковья. Правда, противник подходил к столице с другой стороны и здесь мог ограничиться обстрелом. Повредил взлетно-посадочную полосу – вот, считай, и нет аэродрома.
Но неужели путаные дороги вновь вывели к покинутому шоссе? В бесконечных поворотах разведчики несколько утратили ориентацию, ехали туда, где можно было проехать, и теперь оставалось лишь гадать, в какую точку их занесло.
Но делать здесь было явно нечего. Москвичи лишь чуть повертелись по следам былых улиц в поисках возможной стоянки шайнов. Селиться постоянно среди развалин не стал бы никто, а вот остановиться на пути…
Никаких явных следов видно не было. Конечно, если бы речь шла о привале десятка человек, высматривать его на большой территории смысла бы не имело. Но после большого отряда просто обязан остаться какой-то мусор. С другой стороны, зачем авангарду большого войска останавливаться посреди развалин? Укрытием они служить не могут, даже от ветра не спрячут. Проще уж найти поляну. Хоть обзор будет лучше.
– Ладненько. Мне кажется, мы не там ищем, – вздохнул Михаил по внутренней связи – пусть его слышало лишь два человека. – Надо поискать какую-нибудь используемую лесную дорогу подальше от основного шоссе. Чтобы она и просматривалась, и в глаза не слишком бросалась.
– Или сразу через лес, – добавил Рамзан.
Но такой путь был неосуществим, а вот какая-то просека все-таки нашлось. Если она, разумеется, была не подобием предыдущей, по которой без толку проблуждали от погибшей крепости к разрушенному городу. Неясно, были ли это следы старой дороги, или же некто проторил ее гораздо позже войны и катастрофы. Узкая, так что иногда борта БМП раздвигали кусты, – но если ездить верхом, то вполне подойдет. Да и кусты могли вырасти гораздо позже. Во всяком случае, последнее время ее активно не использовали, но вот сколько…
Очевидно, ночевать придется где-нибудь в поле, так никого и не найдя. Вечер-то потихоньку надвигается, и дела придется оставить на следующее утро.
Поворотов хватало, и двигаться приходилось на малой скорости. И уж совсем плохо было с обзором. Видимость впереди порою не превышала сотни метров, по сторонам же вообще то и дело стремилась к нулю. Идеальные условия для засады, – если здесь было кому нападать и если он мог справиться с броней. Пусть не танковой, куда менее прочной, но все-таки…
Так прошло около часа, но вдруг лес справа расступился, и в триплексах показалось большое поле.
Нет, полей по дороге и раньше попадалось много. Заросшие травами с вкраплением кустарников, а порою и с отдельными деревьями, иногда – голые проплешины, на которых не росло вообще ничего, да, наверно, и не могло расти по каким-то причинам, в общем, всякие, какие только можно себе представить. Но это отличалось от всех.
Оно было возделано.
Солнце освещало какие-то злаки, и даже не разбирающемуся человеку было понятно: в природе таких не бывает. Здесь поработали чьи-то руки, обработали землю, посадили семена, старательно пропалывали, холили и лелеяли и скоро явно будут убирать урожай. Если уже не убирают где-нибудь с дальнего конца.