Фрязино

Что до убитых противников, хоронить их никто не собирался. Живности в лесу полно, ей тоже питаться надо, лучше пусть жрет мертвых, чем живых. Когда мертвецы – чужие.

– Вроде это не соседи, – с сомнением оглядел покойников Изяслав. – Наверное, банда какая-то. Зато как вооружены были! И откуда только пришли? Может, ногинские пожаловали? Рановато…

Одежду с кио содрали. Жизнь приучила людей не брезговать ничем. Камуфляж можно и отстирать, даже прокипятить на всякий случай. Внешне киборги были совсем как обычные мужчины. Но они и не должны были выделяться в глазах несведущих людей.

– Одежду берите себе. И ножи тоже, – не коллекционировать же клинки! Сколько может унести на себе человек? И рук лишь две, так что если повесить на пояс штук пять кинжалов, три из них окажутся бесполезны.

Зато горожане были искренне рады всему, что им выделили. Когда каждый кусочек железа дороже, чем раньше – золото, отличная сталь вообще не имеет цены. Взять-то ее негде. Тут не Москва, когда-то – место обитания миллионов людей, и уже потому сохранившая многое. Жителей в районе было намного меньше, меньше было и предметов, как уцелевших, так и потенциально годных на перековку и переделку.

Работать стали еще быстрее, без перерывов. И мужчины, и женщины изредка с опаской косились на лес и вновь возвращались к привычному занятию. Зато повозки были загружены гораздо раньше, чем вчера. На них уложили обоих раненых и сразу тронулись в путь.

– Как ты? – Катя шла рядом с лежащим на горе травы Ростиславом.

– Нормально. До свадьбы заживет, – и почему-то улыбнулся.

– Лезешь вечно вперед, словно без тебя никуда, – девушка выговаривала так, словно имела на это полное право. Только особого осуждения не было. Мужчина – тот, который сражается с любой напастью, а уж с врагами ему драться сам Бог велел. Вот сожаление было. И в ночной схватке ранен, и сейчас… Может, хронически невезучий? Но такими темпами он давно был бы в могиле, а между тем старых шрамов на теле Ростислава почти не было. Так, в меру, как практически у каждого воина.

– Работа такая, – Ростислав попытался пожать плечами, но сумел пока только одним. Второе отдавало болью и должно было пройти не раньше, чем к полуночи. В крайнем случае – завтра. Как раз к отправлению в дорогу. Ну или в дороге, если процесс заживления будет идти особенно долго.

Катерина вздохнула и вдруг с неожиданной решимостью, словно бросаясь в ледяную, полную чудовищ воду, произнесла:

– Останься.

– Как? – не сразу понял разведчик. Для него верность товарищам и спутникам была важнее всего на свете.

– Просто. Ты многое умеешь, быстро станешь одним из самых уважаемых людей в городе. Сам же говорил, что у нас намного лучше, чем в Москве.

Гораздо легче броситься на жука-медведя с одним ножом, чем сказать женщине, что ты обязан ее покинуть.

– Понимаешь, – после паузы осторожно начал Ростислав. – Нас послали сюда с конкретным делом. И мы обязательно должны вернуться и доложить.

– Доложить могут и другие. Ты же не один. Или кроме тебя никто машину водить не умеет?

– Умеют. Но у меня лучше получается, – не без гордости ответил разведчик. – Почти как у Улугбека, а он вообще самый способный в этом деле. Но если что чинить, то лучший я. У меня есть чутье. Иногда объяснить толком не могу, но понимаю, что именно надо сделать.

– Ты меня совсем не любишь, – Катя едва сдержалась, чтобы не сказать это с резкостью. Она бы сказала, если бы не ранение.

Иногда бывает прямая польза и от ран.

– Почему? Но у меня есть обязанности. Но я сделаю все, чтобы вернуться. Как только смогу. А хочешь, мы тебя заберем на обратном пути? Москва – опасный город, но у нас в монастыре обычно тихо и спокойно. Даже тише, чем у вас. Если не выбираться за его границы. Большинство и не выбирается. Увидишь древнюю столицу, место, где когда-то жило столько людей, что никто представить не может. А еще у нас огромная библиотека. Наши предки собирали ее везде, где могли, часто с риском для жизни. И электричество у нас есть. Вообще, столько чудес… А еще прокатишься на боевой машине пехоты. Там, под броней, может, не так удобно, зато абсолютно безопасно…

Кому же не приятно слушать такие речи? Только…

– Почему на обратном? Тогда я поеду с вами прямо сейчас. Родителей я уговорю. Они поймут…

Катерина была вдовой, ее муж погиб еще в прошлом году, а детей у них не было.

– Но сейчас это опасно. Мы же не знаем, что ждет дальше.

– Ты сам сказал, что под броней безопасно. А если что, я умею драться мечом, стрелять из лука и арбалета, и бояться за меня не надо. Или надо – когда я одна.

И как ее убедить?

– Значит, все-таки выследили, – Михаил почесал бороду. – Ладненько. Наверное, прошли по нашим следам до Врат, сумели понять, когда они сработают, или же просто оказались там в нужное время, а дальше – проще простого. Тут давно никто не ездил. Только подумать, не задержались бы, и ничего этого бы не было!

– Ну, было бы потом. Так, наверно, лучше. Все позади, – ответил Ярополк.

На этот раз они подводили итоги вчетвером, включая Рамзана и невольного виновника случившегося. Петр занимался врачеванием и сегодняшних раненых, и вчерашних.

– Все хорошо, что уже позади, да? Жаль, меня там не было.

– Там многих не было, – философски заметил Михаил. – Слушай, Ярополк, ты же говорил, что местных лесов боишься почти как московских. Как же ты бежал по нему?

– Ну, если честно, я просто забыл. Стреляли же, – под общий смех пояснил пластун.

– Ладненько. Ты хоть в следующий раз не забывай. Древесных хищников здесь меньше, однако они все-таки есть. Попадешься – мало не покажется. А тебе, Кирилл, урок. Близко к Москве для тебя находиться опасно. Ох, и взъелся на тебя мозговитый профессор!

– Ничего. Я тоже кое-что умею, – буркнул киборг. – Об одном жалею: что мозг не уничтожил. Сразу никаких проблем.

– За проблемами дело не встанет. Не будет одних, появятся другие.

– И их решим.

– Решим, куда же денемся? Но по долгому опыту – решать проблемы легче сообща.

– Но тут проблема как раз во мне. Не было бы с вами меня, не было бы и нападения.

– На нас – возможно. А вот на тебя – обязательно бы напали. Условия и обстоятельства были бы хуже. При здешних технологиях помочь тебе аборигены не смогут. С мечом на автомат не попрешь.

Как ни странно, на маловыразительном лице киборга появилось изумление. Он не привык думать о ком-то, кроме себя. В крайнем случае – о спутниках, выживание обычно – общее дело. Кирилл уже признался, что собирается покинуть группу там, где найдет для себя перспективы. Но сожаление касалось именно его дальнейшей судьбы!

– Ладненько. Завтра увидим, что нас ждет во Фрязино. Но тебя бы лучше доставить подальше, чтобы уже точно не нашли. Не Москва, однако пешочком и здесь особо не погуляешь. Да и не настолько много у Кулагина слуг, чтобы отправлять их партиями в погоню за одним-единственным, с его точки зрения, предателем. Без вас он никто. Помимо ума для выживания необходима еще и физическая сила. Телекинезом профессор, к счастью, пока не овладел. Значит, скоро вынужденно махнет, ну не рукой, так хоть мыслью. Любой ушедший – без вести пропавший. Ждать его можно, а вот дождаться – не всегда.