Газонокосильщик

— Да… — небрежно отмахнулась Линда. — Альфредо. Мой парень, вернее, один из… Он у меня военный — полгода без секса. Приехал в отпуск на пару дней, вот и дорвался, — девушка оглянулась через плечо. — Сейчас спит, как сурок. Натёр мне там всё. Засранец!

— Оу! Давай без таких подробностей, соседка! — возмущённо усмехнулся я.

— Как скажешь, — пожала она плечами. — Сам ведь спросил.

— А почему «один из»? — задумчиво поинтересовался я, сделав очередной глоток кофе и глядя вниз на проезжающую колонну полицейских автомобилей.

— Сам как думаешь? — хитро прищурилась Линда. — Я свободная девушка — с кем хочу, с тем и гуляю.

— Понятно… — покачал я головой.

— Слушай! — неожиданно бодро воскликнула соседка, словно что-то вспомнив. — А мы сегодня в бар с девчонками собирались. Не хочешь пойти с нами?

— Не, — отрицательно помотал я головой. — Я работу ищу, а не веселье. Но спасибо за предложение…

— Ну так я работу и предлагаю, бестолочь! Будешь за нами присматривать. Мы же по любому напьёмся, а у пьяных девок одно на уме — как бы ноги раздвинуть. Вот ты и будешь за нами присматривать. За нами и нашими… ногами. Ну, и ещё чтобы всякие козлы не приставали. После погромов сейчас в городе неспокойно.

— Сколько вас? — задумавшись над неожиданным финансовым предложением, поинтересовался я.

— Трое.

— Хм… И сколько платишь?

— Двадцатку.

— Двадцать два! — тут же сделал я ответное предложение и через мгновение добавил, заметив триумфальное выражение на лице девушки. — За каждую!

— Хм… Идёт! Тогда сегодня в восемь встречаемся в «Рыбе»! Это вот там, — неопределённо ткнула она пальцем в сторону пляжа.

— В «Рыбе»? — нахмурился я, проследив за пальцем брюнетки.

— Угу. Это местный бар — его тут каждая собака знает. На центральном пляже. Мимо не пройдёшь, не бойся.

— Договорились!

— Ладно, я побежала. Мне ещё на работу… До вечера, Алекс! — помахала мне на прощание соседка, снова прихватив с собой мою кружку. — Только ты смотри! Если планы поменяются или передумаешь — сообщи! А то подставлять девчонок как-то не по-мужски…

Да я и не собирался. Раз дал слово, придётся как-то выкручиваться.

Я допил кофе, вернулся в комнату, переоделся и двинулся на поиск постоянного и надёжного источника дохода…

* * *

День прошёл… Да никак!

Я потратил очередные 20 баксов на проезды и перекус в уличном кафе, побродил по городу, сделал неутешительные выводы и к шести вечера вернулся к себе.

Работники хоть и требовались, но ситуация с работой была неоднозначной. С одной стороны, это был мегаполис с множеством возможностей, но с другой — экономический спад и недавние беспорядки серьёзно ударили по рынку труда. И это ещё мягко сказано.

Я, конечно, как и все, следил за новостями о погромах и беспорядках, но даже не думал, что в реальности всё выглядело ещё хуже.

После дела Родни Кинга*, в конце апреля город охватила волна массовых протестов и погромов. Многие магазины, бизнесы были разграблены и сожжены. Компании либо закрывались, либо временно сокращали персонал. Из-за хаоса и неопределённости некоторые работодатели не нанимали новых людей, хотя объявления в газетах и на столбах давали и развешивали с регулярным, упрямым постоянством.

Да уж… Неудачное время я выбрал. Хотя, по большому счёту, я ничего не выбирал — оно само меня выбрало.

А в самом городе царил хаос! Нет, не так. ХАОС!

Центр Лос-Анджелеса, в отличие от Венис-Бич, в котором я остановился, выглядел, словно после военных действий.

Многие магазины, банки и бизнесы были разгромлены и разграблены, на первых этажах зданий зияли разбитые витрины, на стенах и бордюрах виднелись чёрные следы копоти. Некоторые здания сгорели дотла — от них остались лишь обугленные скелеты и полуразрушенные руины. Город патрулировали огромное количество полицейских, Национальной гвардии и даже морпехов США. На некоторых перекрёстках стояли военные Хаммеры, хищно ощетинившись чёрными дулами смертельных орудий.

Центр Лос-Анджелеса выглядел, словно постапокалиптический мегаполис, который ещё вчера пылал, а сегодня затаился в страхе и ожидании, что будет дальше…

Нет, работа была, особенно если отойти подальше от центра. Всё же, город не бросили и восстанавливали его в сумасшедшем темпе. Но! Как всегда, есть маленькое «но», и не одно.

Условно, я бы поделил местный рынок труда на три типа.

Первый тип. Неквалифицированная и малооплачиваемая работа: разнорабочие, официанты, курьеры, доставщики пиццы или газет, заправщики на АЗС, кассиры… Платили за эту работу настолько мало, что едва хватило бы на жизнь, а условия были жёсткие, вплоть до 15-ти часового рабочего дня.

Второй тип. Такси, водители автобусов, грузовиков. Здесь платили больше, но требовалась лицензия, которой у меня не было. Секретари, клерки, офисные работники тоже получали на порядок выше рабочих из первой категории, но конкуренция в этом секторе была настолько высокой, что без рекомендации или протекции попасть туда было практически нереально. Все хотели работать в чистеньком и уютном офисе с восьми до шестнадцати, иметь законный перерыв на обед и два выходных в неделю…

Третий тип работ, который не только хорошо оплачивался, но и считался очень престижным. Сфера развлечений — ТВ-студии, радио, музыка… Всё, что связанно с Голливудом. Попасть туда простому парню — было сродни выигрышу в лотерею. Об этом я уже говорил.

Ну и оставался ещё сектор компьютерных технологий, бизнес, биржи и недвижимость. Но как в них попасть с улицы, без денег, без стартового капитала, я пока представлял смутно. Вернее, даже не представлял.

Вот и думай… Пищи для раздумий у меня появилось предостаточно. Если было образование и связи — найти работу было проще, но рынок всё равно переживал трудные времена.

Связи… Всё решали связи. Всё, как и всегда…

Я купил хот-дог с колой, уточнил время у продавца и неторопливо двинулся в сторону пляжа. До встречи с девчонками в баре «Рыба» оставалось чуть больше часа. Время немного побродить по песку и поразмышлять у меня ещё было…

* * *

Я сделал уже два или три круга по этому чёртову пляжу, но бара с названием «Fish» так и не нашёл. Спрашивал у местных, но те лишь загадочно ухмылялись и разводили руками. Складывалось ощущение, будто они что-то знали, но упорно не собирались меня в это посвящать. Гады!

Рыба… Рыба… Где же ты, рыба?

— Алекс! — окликнул меня знакомый голос моей соседки, заставив резко обернуться и недоумённо нахмуриться.

Линда, в короткой пышной юбке и чёрной кожаной курточке, стояла в дверях шумного байкерского бара, всего десятке метрах позади меня. Девушка гневно расставила ножки в стороны, упёрла руки в бока и нахмурила свои чёрные брови, не сводя с меня сердитого взгляда.