Где нас нет
Шрифт:
– Ты сейчас куда?
– На допрос. А потом в комиссию по делам несовершеннолетних.
***
Я стоял на улице, смотрел на валяющийся на брусчатке розовый камень и курил. Это был ****ец, друзья мои. Собрание в комиссии по делам несовершеннолетних выглядело так: по очереди вызывают родителя с подростком и отчитывают. Ребёнка вслух оценивают в целом как плохого. Родителя так же – оценивают. Им не говорят о том, что у них есть шанс на исправление. Нет. Их оценивают, запугивают, а ещё им запрещено сидеть. В кабинете два пустых стула, но сидеть не разрешается.
На что мне ответили – так не положено. А положено – осуждение и запугивание!
Я бросил окурок, нашёл ближайший самокат и отсканировал qr-код. Что меня ждёт в нашем центре – я уже догадывался.
– Стрелецкий!
– Тебе что-то нужно, Наташа?
Наташа, начальник нашего отдела, зашипела на меня, взяв за грудки:
– Ты забыл, что я – Наталья Сергеевна?
– Знаешь, Наталья Сергеевна, мне кажется, что ты берёшь меня за грудки только потому, что знаешь: я не отвечу тебе на это хотя бы аналогичным насилием. А я бы мог.
Минута молчания. Наталья Сергеевна отпустила меня. Я сделал приглашающий жест рукой.
– Пройдём в кабинет?
Мы вошли, Наталья села в кресло пошире (рассчитаное на две персоны) и облокотилась на подушечку, закинув ногу на ногу. Я расположился в обычном кресле напротив.
Наталья снова «зашипела»:
– На тебя пошли жалобы, твою *ать. На прошлой неделе ты учил судью не использовать психологическое насилие! Ты в своём уме? За прошедший месяц как минимум один следователь почти из каждого полицейского участка, где ты был, жалуется на тебя.
– И?
– А то, что было сегодня – это уже перебор! Я понимаю, что сидеть в одной позе на допросе в течении 9-ти часов это тяжело…
– Ты права, Наташа, это очень тяжело! А ещё это очень тяжело для ребёнка.
– Именно поэтому скандалил, а потом смотрел ютуб?
– В мои функции на допросе входит защита ребенка от давления со стороны следователя. А ещё – помощь в общении с «неразговорчивыми детьми», ты мне обьясняла это так. Если бы я знал, что в мои обязанности будет входить «ничего не делать в течении 9-ти часов», я бы не пошёл к вам работать.
– Тебя хочет видеть начальство.
– Опять? А я его видеть не хочу. Наше начальство видит дедов морозов там, где их нет, поэтому я не считаю наше начальство компетентным.
Я вышел из кабинета, спустился по лестнице и, постучавшись, зашёл в кабинет с табличкой: «Отдел кадров».
В кабинете было три стола, за одним сидела полная женщина, за другим – худая, за третий – сел я. Я взял лист бумаги и написал заветное «прошу уволить меня по собственному желанию».
На улице похолодало. Я достал сигарету, и вдруг зазвонил телефон:
– Привет, Юра! Помнишь меня?
– Нет.
– Я твоя однокурсница, Лена Утина.
– Аааа.. Помню твою защиту, она была классной.
–
Спасибо, Юра. Я слышала, что ты устроился по специальности!– Ага.
– И как?
– Сегодня уволился.
– Из «Отрады» ? Странно, говорят, место классное.
– Классное, но – государственное, увы.
– И что это значит?
– Это значит, что ПСИХОЛОГОМ тебе не придётся там работать. Даже не мечтай.
Лена смеётся:
– Я, кажется, поняла о чём ты. Меня давно звали в «Отраду», сегодня была на собеседовании, и было некомфортно. Меня спрашивали пою ли я, спрашивали про вредные привычки…
– Ооо да, курящих моё начальство не любит.
– А ещё меня зовут в частную школу Монтессори «Радуга».
– Иди в «Радугу», не пожалеешь.
– Хм, ну ладно. Спасибо тебе.
– Если хочешь, можем увидеться потом. Расскажешь, как тебе «Радуга».
– Отличная идея! Пока! И, кстати… с днём рождения!
– Спасибо.
Глава 2 -Скальпель разума-
Я зашёл в квартиру. Похоже было, что Амалия кормила Славу грудью и уснула. Я подошел к кроватке Леши и увидел, что тот лежит с открытыми глазами.
– Привет, папа!
– Не кричи. Чего не спишь?
– Сказка скучная.
– Правда? Алиса, стоп!
Комнату наполнила тишина.
– Тогда я могу сочинить сказку для тебя, как обычно.
– Урааа!
– Я же сказал, не кричи. О чём будет сказка?
– Сказка будет про то, откуда мы все взялись.
– Вот как? Ну хорошо. Тогда слушай.
Я немного подумал и начал.
– Сначала был только космос.. и…
– Камни!
– Какой ты догадлвый. Верно сынок, космос и камни. Но что произошло потом?
– Камни сталкивались друг с другом! Вот так! Бдыщ!
– Точно. И так появилось что?
– Не знаю.
– Космическая пыль. А что было потом?
– Из этой пыли получились звёзды?
– Молодец. Да, из этой пыли появились звёзды, но это было не так быстро. Так что они делали, звёзды наши?
– Не знаю.
– Они рождались, жили и умирали. С тех пор в бытии есть у всего начало, середина и конец. Кстати, сынок, что такое бытие?
– Это сказка, которую ты мне сейчас рассказываешь?
– Нет, это не сказка, это – правда. А бытие – это просто… всё, что мы можем увидеть и потрогать.
– Пап, а мы умрем, как звёзды?