Генератор чудес

Однако, как мы убедимся в дальнейшем, мощность мозговых импульсов не всегда одинакова…»

Ридан перелистывает много страниц, находит место, где наверху написано: «О распространении лучистой энергии за пределы мозга». Глава называется «Факты». Он внимательно просматривает ее.

«Итак, мы ознакомились с обширной группой фактов, которые не могут быть объяснены с точки зрения положений современной биологии. В самом деле, возьмем ли мы приведенные нами свидетельства Фабра о несомненной связи между насекомыми, находящимися на расстоянии нескольких километров одно от другого, или примеры странного гипнотического влияния змей на лягушек, птиц и млекопитающих, подобные же факты из жизни рыб, наконец, целую вереницу явлений, связанных с поведением и представлениями человека под влиянием так называемого внушения или просто упорного взгляда — все эти факты не находят себе достаточно удовлетворительного объяснения в нашей науке. По-прежнему остается неразгаданной сущность гипноза. Смысл чрезвычайно многих столь же загадочных фактов принято «пояснять» такими терминами, как «интуиция», «инстинкт», которые ничего по существу не объясняют.

Все рассмотренные нами явления одного порядка. Мы видим, что они широко распространены в животном мире и, очевидно, свидетельствуют о существовании какой-то совершенно новой для нас сферы проявления жизнедеятельности организма. Можно только удивляться упорству, с каким наука до сих пор игнорировала эту сферу. Однако любое из указанных явлений, будучи подвергнуто серьезному научному анализу, приводит к выводу о существовании лучистой энергии мозга, распространяющейся далеко за пределы его оболочки.

Среди приведенных выше многочисленных фактов, обследованных мною лично с возможной объективностью и осторожностью, был приведен ряд случаев, в которых действие одного мозга на другой сказывалось на весьма значительных расстояниях. Позволительно задать вопрос: правдоподобно ли, чтобы импульсы мозга, ничтожные по своей мощности, могли преодолевать столь огромные пространства, не теряя своей действенности? На первый взгляд это кажется невероятным.

Однако обратимся к физике, помня, что излучения мозга есть не что иное, как электромагнитные волны, и что частота их колебаний колоссальна; она значительно превосходит частоту радиоволн и почти достигает частоты рентгеновых лучей.

Во-первых. Интенсивность излучения всякого радиопередатчика постепенно уменьшается по мере удаления от антенны. Но можно ли утверждать, что на каком-либо определенном расстоянии это излучение исчезает вовсе? Очевидно, нет. Если примитивный детекторный приемник улавливает передачу крупнейшей радиостанции Москвы не дальше, чем в шестистах километрах от нее, то простейший ламповый приемник обнаруживает ее сигналы уже на расстоянии до двух тысяч километров, а чувствительность наиболее совершенных супергетеродинных приемников практически почти не ограничена расстоянием. Таким образом, ясно, что дальность действия электромагнитных волн столько же зависит от мощности их источника, сколько и от совершенства приемной аппаратуры.

Пусть с точки зрения современной радиотехники интенсивность мозгового излучения ничтожна. Но ведь именно к этой ничтожной интенсивности и приспособлены природой приемные элементы мозга. И вполне естественно, что они гораздо более совершенны и чувствительны к волнам мозга, чем современные приемники — к волнам радиостанций.

Во-вторых. Посмотрим, какую роль играет частота колебаний в распространении электромагнитных волн. Длинноволновая радиостанция должна обладать огромной мощностью, чтобы быть слышной далеко. Длинные волны не проникают ни за пределы земной атмосферы, ни сквозь толщу земной коры, а поглощаются ими.

Короткие волны, обладающие большей частотой колебаний (до 30 миллионов колебаний в секунду), уже почти не поглощаются ни верхними, ионизированными слоями атмосферы, ни землей, а отражаются ими. Поэтому они даже при очень незначительной мощности передатчика способны перекрыть расстояние в десятки тысяч километров.

Ультракороткие волны, частота колебаний которых достигает сотен миллионов колебаний в секунду, распространяются на еще более далекое расстояние даже при ничтожной мощности передатчика. Они еще не могут проходить сквозь земную кору, но пробивают ионизированные слои атмосферы и исчезают в космическом пространстве.

Что ж удивительного, если волны мозга, частота которых достигает нескольких квадрильонов колебаний в секунду, окажутся способными свободно проникать сквозь толщу земли и достигать любой точки на ее поверхности по прямой линии, не затухая, не ослабляясь сколько-нибудь заметно? Количество переходит в качество. Колоссальная частота колебаний как бы заменяет собою мощность их генератора — мозга.

Существуют, однако, факты, указывающие на то, что и мощность мозгового излучения далеко не безучастна к процессу передачи импульсов от одного мозга к другому. Еще в 1930 году В.В.Лепешкиным в Барселоне были открыты так называемые некробиотические лучи, испускаемые организмом в момент смерти. Природа этого излучения так и осталась неразгаданной. Теперь мы можем допустить, что это обычные для нервной системы электромагнитные волны. А самый факт их обнаружения указывает на то, что момент смерти — момент прекращения генерации лучистой энергии мозга — сопровождается мгновенным и, очевидно значительным повышением мощности излучения.

И это далеко не единственный факт, убеждающий в том, что мощность мозговых лучей непостоянна и от ее колебаний зависит степень воздействия на другой мозг, точно так же, как от колебаний мощности радиостанции зависит сила сигналов, улавливаемых приемником. Дальше мы увидим, как внушение и гипноз — явления, широко распространенные в животном мире, — объясняются способностью некоторых видов животных и некоторых людей произвольно усиливать мощность своего мозгового излучения и свободно направлять его поток.

Обычно при спокойном состоянии мозга мощность его излучений не выходит за рамки определенной нормы; в моменты психических напряжений она повышается в разной степени. Сообразно этому и влияние мозга сказывается с большей или меньшей силой воздействия на подсознательную сферу другого мозга.

Некробиотические лучи, очевидно, представляют собой одну из наиболее высоких степеней мощности излучения, ибо у человека их воздействие способно вызывать галлюцинации и, следовательно, частично выключать сознание. Здесь воздействие приходящих сигналов чужого мозга настолько сильно, что приемные элементы мозга-приемника начинают вибрировать в резонанс с ними».

Ридан переворачивает страницу, и в этот момент часы в столовой бьют один раз. Профессор хмурится, вынимает свои карманные часы. Половина второго…

Его нога нервно прыгает под креслом, ритмически поскрипывая ботинком. Давно прекратился дождь.

Нет, не рукопись задерживает профессора в этот поздний час у стола.

Он продолжает читать:

«Открытие некробиотического излучения приближает нас к пониманию наиболее «таинственных» фактов из числа описанных мною в предыдущей главе. Я имею в виду случаи смерти, «почувствованной» на расстоянии и вызвавшей своеобразные галлюцинации у близких людей. Однако, чтобы уяснить себе механику этого процесса, необходимо разобраться в его деталях. Может показаться странным, почему мы не ощущаем непрерывно этих «сигналов смерти», которыми должно быть переполнено пространство, окружающее нас. И почему только близкие нам люди, да и то чрезвычайно редко, сообщают нам о своей гибели таким удивительным способом?

Да, бесконечное множество сигналов, и не только смерти, но и самой обыденной жизни, ежеминутно принимает мозг непосредственно, без всякой помощи наших органов чувств. Вот два человека — мать и ребенок или муж и жена. В течение ряда лет они почти ежедневно бывают вместе. Мозг каждого из них своими нормальными импульсами воздействует на мозг другого. Каждое движение мысли, каждое желание, вспышка гнева, воли, впечатление — все это дает свою гамму излучений, воспринимаемых, помимо сознания, мозгом близкого человека. Эти излучения систематически заставляют резонировать приемные элементы другого мозга в своеобразных комбинациях, характерных только для данного человека.