Генезис

— И дорого стоила? — пробасил кто-то рядом.

Оторвавшись от каши и «кофе», я увидел тройку второкурсников. Говоривший был среднего роста, средней комплекции, и даже наружность у него была какая-то средняя. Такого в толпе увидишь — и не заметишь даже. Прямо прирожденный мастер «скрыта». Рядом с ним стояли еще двое. Один с глуповатой физиономией и широкими ручищами, а другой обладал орлиным носом и цепкими глазами. Все трое носили медальоны боевого факультета. И как-то сразу в голове встала вся схема. Сейчас народ будет пытаться разрушить мой статус-кво. А то как же — смерд, а жизнь у него слаще меда. Надо бы подпортить малину и подпалить шкуру. Интересно, а он меня кем обзовет, обезьяной или псом?

— Не понял, — спокойно проговорил Дирг.

Как я уже говорил, титулы титулами, а по этикету говорить должен самый титулованный мужчина. И именно поэтому мне неясен принцип наследования в родах.

— Ну вот эта шавка дорого вам стоила? — Это я такой умный или этот средний такой банальный? Парень, ткнув в меня пальцем, продолжил, как ему казалось, свою весьма уничижительную речь: — А то сидит, не лает, всегда рядом ходит! Вроде ошейника не видно, неужто так хорошо выдрессировали?

Эх, не знаю, что он там еще хотел сказать и что хотел ответить закипающий Дирг. Да и от девчонок магией повеяло. Но я привык со своими проблемами разбираться сам, да и друзьям так спокойней будет, все же все шишки, ежели что, будут мои. Ускорив ритм сердца, взвинчивая убыстрение до максимума, я схватил со стола нож для масла и, вставая, резанул сверху вниз прямо по пальцу, который так нагло пихали мне в лицо. Еще не успела столовая огласиться визгом раненого, как у Орленка по горлу потекла алая струйка. Это я, встав параллельно с ним, приставил к горлу импровизированный клинок. Мгновением позже на каменный пол упал обрубленный палец, а заводила, согнувшись в три погибели, пытался унять маленький алый фонтанчик.

— Дурак ты, Вася, — выдохнул я, восстанавливая спокойный ритм. Как бы то ни было, получилось это у меня не сразу. Можно сказать, что-то во мне радовалось такому повороту дел, снова в голову бил адреналин, а в руки просились сабли. Давно я не сражался, давно не сходился со смертельным противником. И оттого жизнь стремительно серела, а я этого и не осознавал. — Только дурак будет собаке палец подставлять. А ну как укусит?

Глуповатый задвинул руки за спину, но по его плечам я видел, что он активно шевелит пальцами. Ритуалист.

— Спокойней, — прошипел я и надавил на горло Орленку. — Лекари у нас, может, и рукастые, но вскрытая артерия — это тебе не проклятие свести.

— За открытое намерение убить тебя исключат, — холодно произнес мой заложник. Не зря я его глотку сейчас щекочу, сразу он мне не понравился, больно умный. Даже коварный.

— Вообще-то нет, — склонил я голову набок. — Я же чертильщик, максимум, что сделают — запрут где-нибудь на сезон, да и все.

Народ, услышав про то, что некто решился напасть на чертильщика, зашептался и характерно закрутил пальцами у виска. Еще бы, мы же люди неадекватные, можем и «бабахнуть».

— Эм… — прозвучало из-за стола. Как нетрудно догадаться, мычащим оказался Дирг. — Может, ты отпустишь ребят? Они все поняли. Все уяснили. Разойдемся мирно. Только рисовать не вздумай.

Как только прозвучало «рисовать», зал буквально зазвенел от магии. Каждый счел необходимым воздвигнуть защитные заклинания.

— Ну не знаю, — протянул я, решив поддержать игру. — Мне тут вчера такая классная печать придумалась.

Орленок напрягся. В зале запахло озоном. Я уж было хотел отпустить хамов, но, как говорят актеры, кетчупа вылилось слишком много. Войдя в роль, я забыл, что не могу даже жгут вытянуть, и именно поэтому потянулся к источнику привычным волевым усилием. Как ни странно, но мне удалось. Вот только вместо тонкой нити из правой ладони выстрелил серебряный кнут. По голове как пыльным мешком ударили. Руки ослабли, задрожали негнущиеся коленки. Налицо все признаки магического истощения. Кажется, я лишь чудом удерживаюсь на грани.

— Не сметь!!! — проревел в зале знакомый голос.

Так и есть. В столовой показался глава боевиков — тот самый улыбчивый парень, что присутствовал на моем вступительном экзамене. Этот местный вундеркинд умудрился получить к двадцати четырем годам бронзовую цепь. И, надо отметить, при необходимости мог убить меня с той же легкостью, что и Сонмар.

— Студиозус Ройс, отпустите студиозуса Саймана.

Словами не передать, с каким облегчением я убрал нож и вернулся за стол. Тут же Орленок подхватил пострадавшего, и троица умчалась в известном направлении. Видимо, у лекарей будет непростое утро.

— Всем приятного аппетита, — пожелал гений и был таков.

Ну а чего я хотел? Сонмар ведь предупреждал — здесь как в джунглях. Разве что смертей стараются не допускать. Но есть и свои плюсы. Во всяком случае, я узнал, что сильнее не стал. А вот вернуть контроль над силой, чтобы больше не выходило таких казусов, — задача номер один.

— Ну не можешь ты спокойно себя вести, — проворчала Лейла.

Я от подобного заявления даже булочкой подавился. Меня тут, понимаешь ли, буквально опрокинуть хотели, а мне что, лапки кверху и на убой? Да ежели слабину покажу, так все — считай, пропал.

— Во-во, постоянно на рожон лезешь, — поддакнула ей Лизбет.

Настроение стремительно катилось к демоновой бездне.

— Это было просто нечто. Да ты прямо тенью размазался, когда рванул к ним, — вставил воодушевленный Дирг.

Во второй раз за завтрак поперхнувшись булочкой, я уткнулся носом в тарелку и принял скорбящий вид. Впрочем, посуда стремительно пустела, и вот спустя десять минут мы уже шагали в сторону полигона-арены, где нам будут давать вводную лекцию и где пройдет первая учебка с оружием.

Мы шли по узкой аллее с утоптанной дорожкой и редкими, чуть несимметричными клумбами. И от этой видимой дисгармонии частенько хотелось остановиться, задержать взгляд и убедиться, что зрение тебя не обманывает. Но каждый раз, когда я чуть замедлял шаг, то был вынужден ускориться, дабы не отстать от друзей. Графиня Норман и леди Гийом в этот раз обсуждали приближающийся бал. Вообще балы как таковые проводились всего четыре раза в год, а все остальные празднества можно было обозвать как угодно, но балами они от этого не становились. И этот бал считался одним из самых важных. В десятый день пятого сезона состоится празднование прихода весны, чествование богини Аладоны, а еще на этом самом балу произойдет открытие Турнира.

И раз уж речь зашла об этом весьма знаменательном событии, то стоит рассказать о нем чуть подробнее. Наверное, первая ассоциация, которая приходит на ум, — Олимпийские игры. Да, пожалуй, так будет точнее всего. Принцип один и тот же. Со всего света в Империю съедутся разные умельцы: спортсмены, воины, маги и прочие. Проходит сие великолепие раз в семь лет, и принимает всегда одна страна — Империя. Традиция давняя и имеет ту же подоплеку, что и праздник Харты. На время Турнира смолкают все горны, луки вешают на стены, сушат весла и спускают флаги. Целых три сезона каждые семь лет Ангадор спит спокойно.

Что же происходит на самом Турнире? Я не столь в этом сведущ, но, по слухам, там есть три отделения. Первое — общее, где соревнуются все и во всем. Второе — военное, и, учитывая местный менталитет, глупо было ожидать чего-то другого. Ну и напоследок — спортивное. Хотя называется оно чуть по-другому, но скачки, бег, метание ядра и прочие забавы характеризуются именно так. Насчет участников — тут все проще. Заплати тысячу золотых — и вперед, покоряй сердца и разумы. Как можно понять, раз в семь лет имперская казна имеет неслабый бонус в виде иностранных капиталовложений.