Гении Барсума
Шрифт:
Я ринулся в темное отверстие, обнажив меч, но в коридоре никого не было…
Глава VII. Смерть
Во главе с Фао мы пошли по коридору к кабинету Е Сено. Когда мы добрались до него, Фао остановилась и прислушалась, чтобы понять, есть ли кто-нибудь в кабинете. Было тихо, как в могиле.
Мы остановились, и Фао, попрощавшись с нами, приоткрыла панель и выскользнула из коридора, а мы с Тавией погрузились в полную темноту.
Долгие часы ожидания в кромешной тьме могли бы показаться бесконечными. Но мы с Тавией удобно устроились, сидя на полу и опираясь на стену, и шепотом разговаривали.
Мы прошли по пустому коридору, спустились по лестнице. Все было спокойно. Мы не встретили ни единого человека. И вот, наконец, Фао открыла перед нами двери покоев принца и пригласила войти.
Но, когда мы вошли, сердце мое упало: вдоль стен стояли воины, поджидавшие нас. Я спрятал за себя Тавию и бросился с нею к двери. Но весь коридор уже был наполнен воинами. Обратного пути не было.
Мы были обнаружены. И моею первой мыслью была мысль о предательстве Фао, которая заманила нас в западню. Нас затащили в комнату, окружили. И тут я увидел Е Сено. Он стоял, злобно ухмыляясь. Но Тавия заверила меня, что он не причинил ей вреда, и поэтому я сразу же не бросился на него, хотя в противном случае я не посмотрел бы и на десяток мечей, направленных на меня.
— Ну? — сказал Е Сено, — вы хотели одурачить меня. Но я не идиот. Я понял ваш план и проследил за вами. Я слышал все. Теперь вы в моих руках. — Он показал на маленькую дверь и приказал воину:
— Давайте сюда и этого!
Воин открыл дверцу. В шкафу стоял связанный Нур Ан с кляпом во рту.
— Освободите его, — приказал Е Сено. — Он уже никого не сможет предупредить.
Мы все четверо стояли перед Е Сено и ухмылка на его лице сменилась взглядом, полным ненависти.
— Вы двое были приговорены к Смерти, как это было положено воинам. Нет более ужасной смерти. Но за то, что вы убили двух наших товарищей, вам придется страдать еще больше.
Значит, они нашли убитых охранников. Ну и что же? Что еще более страшное они могли уготовить нам? Мы приговорены к Смерти, а это — самое страшное.
— У вас есть что сказать? — спросил Е Сено.
— Мы еще живем! — сказал я и рассмеялся ему в лицо.
— Вскоре вы будете молить богов, чтобы они послали вам смерть, — прошипел хранитель ключей. — Но она не придет к вам так скоро, а никто не знает, сколько времени Смерть убивает человека. Мы не можем добавить вам физических мучений, но мы увеличим ваши душевные страдания, не сообщив вам, какая судьба ждет ваших сообщниц, — и он кивнул в сторону Фао и Тавии.
Это был хорошо рассчитанный удар. Но я не дал ему возможности насладиться своей болью и снова рассмеялся ему в лицо. Его терпение достигло предела, так как он повернулся к падвару и приказал увести нас.
Когда нас выводили из комнаты, Нур Ан крикнул слова прощания Фао.
— Прощай, Тавия, — крикнул я. — Помни, мы еще живы!
— Мы еще живы, Хадрон из Хастора, — прокричала в ответ Тавия и исчезла из виду. Нас повели по коридору.
Затем мы спустились по лестницам, ведущим в самые глубины подвалов дворца, и, наконец, оказались в огромной подземной комнате. Здесь я увидел Хай Озиса, сидящего на троне в окружении советников, придворных и вождей. Совсем, как при моей первой аудиенции.
Против трона, в центре комнаты, на тяжелой цепи висела железная клетка. Нас втолкнули в нее, закрыли дверь на замок. Я не понимал, что это все значит и имеет ли это отношение к Смерти. В это время десять
солдат убрали тяжелую плиту из-под клетки. Снизу пахнуло холодным затхлым воздухом, и все тело мое пронизала дрожь. Мне вдруг показалось, что я нахожусь в холодных объятиях Смерти. До моих ушей донеслись отдаленные вопли и вой.Не было сказано ни единого слова, но по жесту Хай Озиса воины начали медленно опускать клетку в бездонную пучину. Холодный сырой воздух сомкнулся вокруг нас, а жуткие крики стали слышнее.
Все ниже и ниже опускались мы во тьму. Крики становились все громче, постепенно переходя в какофонию.
Не могу сказать, сколько прошло времени и на какую глубину мы опустились. Нур Ан предположил, что футов на тысячу. Постепенно мы стали различать слабое свечение вокруг. Крики и стоны превратились в неумолкающий рев. Чем глубже мы опускались, тем больше этот рев напоминал нам свист ветра и рокот волн.
Внезапно дно клетки открылось и мы, не успев ни за что ухватиться, упали в рокочущие волны.
Вынырнув на поверхность, я понял, что могу видеть. Слабый свет проникал откуда-то, рассеивая тьму. Почти сразу же рядом со мной из-под воды появилась голова Нур Ана. Сильный поток понес нас вперед. По всей вероятности, мы попали в одну из подземных рек Барсума. Вдалеке я увидел берег и поплыл туда, Нур Ан — за мной. Вода была холодная, но я не беспокоился: у нас еще хватало сил, чтобы добраться до берега.
К тому времени, когда мы доплыли до камней и выбрались на сушу, наши глаза привыкли к слабому свету. Я осмотрелся. Какая огромная пещера! Высоко вверху слабо светился потолок — это мерцали микроскопические радиевые включения. Но противоположного берега реки мне рассмотреть не удавалось.
— Так это и есть Смерть? — воскликнул Нур Ан.
— Думаю, там, наверху понятия не имеют, что здесь находится. По реву ветра и рокоту волн они предположили нечто ужасное.
— Вероятно, самые большие мучения жертв заключались в ожидании того, что же будет с ними в этих мрачных глубинах, — предположил Нур Ан. — А оказывается, самое худшее, что ожидает их, это опасность утонуть.
— Или смерть от голода.
Нур Ан кивнул.
— И все же, — сказал он, — мне хотелось бы вернуться, чтобы увидеть их разочарованные рожи. Они же сойдут с ума, когда узнают, что Смерть вовсе не так ужасна, как они думают.
— Какая могучая река, — добавил он, помолчав. — Может, это приток Иссы?
— Или сама Исса.
— Тогда нам предстоит долгое путешествие до моря Корус, в долину Дор, — угрюмо заметил Нур Ан. — Вероятно, это прекрасное место, но я пока не хочу туда.
— Это жуткое место, — заметил я.
— Молчи, это святотатство.
— Это было святотатством до тех пор, пока Джон Картер и Тарс Таркас не сорвали завесу тайны с долины Дор и не развенчали миф об Иссе, Богине Вечной жизни.
И я рассказал Нур Ану трагическую историю развенчания фальшивых богов Марса, но даже после этого он был настроен весьма скептически, так крепки были путы суеверия.
Мы оба очень устали после долгого сражения с мощным потоком, и, кроме того, сказывалось нервное напряжение, поэтому мы решили пока отдохнуть здесь, на каменистом берегу таинственной реки. Постепенно наш разговор перекинулся на тему, которая волновала нас обоих: что же будет с Тавией и Фао.
— Хотел бы я, чтобы их тоже приговорили к Смерти, — сказал я. — Тогда мы были бы сейчас вместе.
— Боюсь, что мы никогда не увидим их больше, — угрюмо сказал Нур Ан. — Как все же жестока ко мне судьба: я нашел Фао лишь для того, чтобы снова потерять ее.