Гений

Короче, материализовав нужный инструмент, я разобрал диск, и собрал заново в виде часов. Получилось занятно. Ну, да, детский сад-штаны на лямках, но ведь интересно. Кстати, примерно это сказал и появившийся тут же Мартик, а потом задумчиво добавил:

— Любите вы всякие железяки… Вон, профессор даже виртуальные миры стальными лентами обивает…

Тут я и правда вспомил шары на первом этаже лаборатории, охваченные накрест, как старинные глобусы, железными лентами с заклепками.

— А и правда, мне еще тогда стало интересно, зачем это?

— А это была шутка, молодой человек, — ответил Мартик, устроившись в кресле своей хозяйки. Некоторое время котяре пришлось повертеться, чтобы удобно уложить хвост, но в конце концов он повернулся обратно ко мне и продолжил, — Это профессор так выражал неодобрение некоторыми идеями. Там в одном из миров, который моделировал альтернативы реальности, не только Союз, но и Россию развалили. Туда российских либералов на лечение отправляли, ну, не настоящих либералов, а вы и сами понимаете, какой сомнительный сорт либералов. Вот у них там концентрация зашкалила, и России больше не осталось, разорвали как лоскутное одеяло. Точнее, Россия формально осталась, сделали какую-то мини-республику под этим названием и размером с область со столицей в Харькове…

— Так Харьков — это ж Украина, — удивился я.

— А вы думаете тех, кто разваливал, волновали такие географические подробности? — невозмутимо ответил Мартик, — Тем более, что Украину тоже развалили, а этим словом стали Крым называть. Исламский каганат Украина с жовто-блакитным флагом. Шиза… впрочем, неважно… О чем это я? Ах, да-а-а, о железных полосах. И вот, приходят как-то утром сотрудники, а профессор этот самый мир железными полосами обивает. Грохот стоит, хоть уши затыкай. Его спрашивают, зачем это? А он и отвечает, «На всякий случай. А то вдруг рванет? Я небеса проветривать не умею!» Народу шутка понравилась, уж очень не любят у нас социальных инженеров. Так что потом и все остальные миры тоже в такие же ленточки заковали. Только без шумовых эффектов, в конце концов — это всего лишь визуализация.

— Мартик, ты сказал «социальные инженеры»? — сросил я, — Мне вчера Миха что-то о них говорил, а подробностей сообщать не стал. Кто это такие и чего делают? И какое они отношение к тому миру имеют?

— Отношение, молодой человек, они имеют самое прямое, — ответил нравоучительно Мартик, — Поскольку именно они там это безобразие и устроили. А кто они такие… Сами посудите, у смертных инженеры — это те, кто использует машины для получения какого-то результата. Само слово «инженер» произошло от «энджин» — «машина», «двигатель». А у нас вместо машин демоны, так что социальные инженеры это те, кто полагают, что могут конструировать человеческие общества, используя контролируемых демонов. Контролировать им, мда-м-м, не очень удается, да и общества строить, но усердия и упертости им и правда не занимать. Мда-м-м…

Мартик развернулся, спрыгнул с кресла, с достоинством развернулся ко мне задницей и так же спокойно и неторопливо удалился в Алину комнату, покачивая вправо-влево кончиком задранного вверх хвоста. Ну, не бежать же за ним? Зато появился Миха с новой бутылкой нектара. Тут-то я его взял в оборот.

— Слушай, а что ты там насчет социальных инженеров говорил? Тут Мартик мне рассказал, что именно из-за них виртуальные миры железными полосами оббили… И что они вообще, демонов для управления людьми используют.

— А, это… — расхохотался Миха, даже не спрашивая начав разливать принесенное по высоким, только что материализованным, бокалам. — Да, было дело… Скажем, в том самом мире, который профессор лично железными полосами обковал, они затем кривых либералов и собирали, поскольку они были носителями некоторых их любимых демонов — свободный рынок, денежные отношения, золотой стандарт, и так далее. В принципе, желание-то у них благое — слепить такого управляющего демона, чтобы все само собой работало, а богам оставалось только ручки подстраивать. Вот только получается как-то так, что подстраивать ручки занимает чуть ли не больше времени, чем напрямую управлять. Да еще бабахает периодически так, что никому мало не кажется.

Ладно, возвращаясь к тому миру. Ясно, что любое правительство у них получилось на содержании у больших корпораций. Скажем, фирмы, производящие RF чипы, проплатили закон, по которому каждому новорожденному за счет государства, то есть налогоплательщиков, тут же вживляется RF чип в руку, как паспорт. А заодно, удобно чтобы делать покупки, а также позволяет идентифицировать и отслеживать любые передвижения. Провел рукой над терминалом, и деньги со счета пошли. А еще если кто особо верющий и кредитоспособный, то можно «платиновый чип» в лоб имплантировать. Тогда вообще смешно получается, он чтобы расплатиться за покупки в магазине, кассовому аппарату кланяется. Вот такие нравы.

Ну, а дальше, сам понимаешь, ресурсы растащили, окружающую среду загадили до того, что начали уроды рождаться. Начались драки между противниками и сторонниками абортов. Одни говорят, что аборты — это нехорошо, а другие указывают, что мутанты никому не нужны. Решили выдавать лицензии на заведение детей. А если кто без лицензии заведет, то стерилизовать, чтоб неповадно было. Поскольку, примат закона! Но, в духе свободного рынка, решили эти лицензии не выдавать на основании медицинского обследования, а продавать с аукционов. Ибо иначе нехорошо — государственное вмешательство получается!

Тут у них конфуз вышел, поскольку в отличие от фантиков, которые они выпускали вместо денег, лицензии оказались отличным средством накопления, и их тут же вымело с рынка. Ну, сам понимаешь, если деньги инфлируют, то сберегать их никакого смысла нет. А разрешение на заведение ребенка имеет вполне фиксированную перепродажную ценность, которая вряд ли убудет со временем, скажем к пенсии. В результате лицензий по кубышкам оказалось много, особенно у богатых, а детей никто заводить все равно не способен. Тут бы их отменить, или ограничить срок действия, но как же «народ оставить без сбережений»? Особенно небольшую богатую часть народа, у которого «народные избранники» на содержании. Тем более, что именно у богатого народа эти лицензии в основном и скопились, а эти имели деньги, чтобы проплатить любые законы, какие захотят.

Тут им стукнула идея выпустить так много лицензий, чтобы они упали в цене. Конечно, тем кто уже скупил их, идея не понравилась, но возможность выпустить новых фантиков, продать их за хорошие деньги, которые тут же разворовать, оказалась все-таки сильнее. В результате, рынок завалило лицензиями, и опять возникла проблема демографического взрыва. Короче, все вернулось на круги своя, только с дополнительным требованием купить специальную бумажку, чтобы заводить детей. Старые проблемы возникли снова, и дело кончилось тем, что вдобавок к лицензии, нужно еще стало остоять очередь, как в Советском Союзе, только не на квартиру, а на заведение ребенка… Вот такая вот социальная инженерия. Да, ну их, мудаков… Ты лучше новый нектар побробуй! Одно слово — нектар!

— Чего-то непохожи они на настоящих либералов… — возразил было я.

— А кто говорит о настоящих? — удивился Миха, — Я ж с самого начала сказал, что не настоящих, а тех самых, у которых только их свободы что и значат, а остальные должны по струнке ходить, чтоб их свободы соблюдать. Но вообще-то, любой принцип, включая либерализм, если доведен до фанатизма, становится опасным демоном. Да, ладно, чего там. Ну, что, за здоровье?

Миха поднял бокал, и мне ничего не осталось делать, как присоединиться. Одно хорошо, нектар и правда не алкоголь, а то с таким приятелем и спиться можно было бы. Миха на этот раз не стал опрокидывать содержимое бокала в горло, а отпив примерно треть с удовольствием причмокнул губами и заявил: