Гений
Шрифт:
Тут Кристиан начал приходить в бешенство.
— Ну хоть какая-нибудь из тех фирм, которые хотели работать с LILO, еще заинтересована? — спросил он.
— Да, мы, например, можем связаться с компанией «Херст», которая по-прежнему готова вести переговоры насчет LILO. Но проблема в том, что у вас очень маленький срок. По правде говоря, Кристиан, в нынешнем квартале это совершенно немыслимо. Новый год уже слишком скоро. Но я обещаю, что мы постараемся привлечь «Херст» в самом начале первого квартала, может быть, сразу после самого Нового года.
После Нового года! Кристиан застонал.
Кристиан попросил Динолу не упускать из виду
В течение почти сорока пяти минут Кристиан сидел и думал. Наконец он дошел до такой степени отчаяния, что позвонил Эрленду, просто чтобы поговорить.
— «Младший брат»? — весело сказал Эрленд. — И ты звонишь своему младшему брату? Ты ведь знаешь, что я полный ноль во всех этих финансовых штуках. Я могу помочь тебе, только когда дело касается политической стороны вопроса и внутренних интриг в издательской отрасли. А этот твой французский финансовый друг не может предложить тебе LILO? Ты можешь ему позвонить?
Договорившись с Эрлендом пообедать в «Габлере» в следующую пятницу, Кристиан набрал номер Жан-Люка.
— О-ля-ля, никаких проблем! — Жан-Люк пребывал в прекрасном настроении. — Проблема в том, что ты слишком быстро и далеко мыслишь наперед. Посмотрим, Кристиан. Скажи-ка, а ты никогда не слышал про систему замещения? Я в деталях не знаю ни «Ашехоуга», ни «Гюльдендаля», но думаю, обе эти фирмы достаточно солидные. И они не переоценены. Рагнхильд Виборг по-прежнему держит акции «Гюльдендаля» в своем фонде «Одина». Вряд ли могут возникнуть проблемы с временным размещением в том случае, если ты не сможешь заплатить за акции в начале первого квартала следующего года через LILO.
Кристиан так устал, что не понял, о чем говорит Жан-Люк. Замещение?
Жан-Люк почувствовал неуверенность Кристиана.
— Это очень просто. В тот же день, когда ты покупаешь акции «Ашехоуга» и «Гюльдендаля», ты продаешь их дальше, за ту же стоимость. Одновременно с тем, что ты обязуешься выкупить акции, например до десятого января. Такого рода контракт будет стоить тебе какую-то сумму, но, поскольку риск с нашей стороны минимален, мы будем оговаривать не более одного процента стоимости. Десять-двенадцать миллионов не сильно затронут собственный капитал СМГ.
Кристиан немного расслабился. Почему он не подумал об этом раньше?
— Если ты не выполнишь условия контракта до срока, то мы всегда сможем пролонгировать его.
Кристиан улыбнулся. Пока Динола будет искать американского партнера по LILO, такое замещение решит все финансовые проблемы с проектом «Сехестед». Одновременно с этим он станет реальной фирмой и появится на рынке уже в начале следующего года.
Кристиан был страшно возбужден. Бьёрн дал ему четыре недели, а он справился едва ли не за четыре часа. Выплата вознаграждения размером в несколько жалких миллионов не могла его остановить.
— Что ты говоришь? Мы заключили сделку, мой друг! И пока мы с тобой еще не повесили трубки, можно ли попросить тебя установить для меня через «БНП Парибас» настоящую оценочную стоимость «Ашехоуга» и «Гюльдендаля»?
ЧАСТЬ V
ГЛАВА 34
Где же изюминка?
В пятницу первого декабря Кристиан сидел у себя в кабинете. Вернувшись из Африки, он отдал свои лыжи «Фишер» в фирму «Булль Ски и Кайяк». Все знали, что лыжи Булля самые лучшие, но, поскольку дождь шел уже целые две недели, было ясно, что на лыжах в этом году уже не покататься.
Во время поездки по укреплению командного духа позвонил Бровик и снова оставил сообщение у Будиль.
Кристиану потребовалось три секунды, чтобы сообразить, что это не касается какой-нибудь фирмы. Речь шла о каких-то договорах по пенсиям. Похоже, об издательских планах этих двух редакторов можно забыть.
Последние дни перед встречей руководства Кристиан потратил на приведение в порядок дел для учреждения «Пре-Сехестеда», купил пятьсот тысяч акций по номинальной стоимости и одолжил пять миллионов у Фритьофа. Еще надо было отточить текст презентации.
Он посмотрел на часы. Почти пять. На улице было темно и сыро. В коридоре уже почти несколько часов стояла тишина. Все убежали домой готовиться к рождественскому вечеру, который в этом году тоже будет проходить в «Габлере». Кристиан в последний раз прошелся по графическим файлам и просмотрел презентацию. Он прекрасно понимал, что ему придется парировать все мыслимые и немыслимые аргументы. Выходные он планировал использовать на то, чтобы собраться с силами, да к тому же он договорился с Тессой пообедать с детьми, перед тем как выходить на корпоративное Рождество. Кристиан натянул пальто, сунул под мышку папку с документами и выключил свет.
Зазвонил телефон.
— Здравствуйте, говорят из «Экономического ежедневника», Бьёрнар Экхольм. У вас есть минутка, чтобы ответить на пару маленьких вопросов?
Кристиан подумал про обед.
— Да, конечно, но самое большое — пять минут.
Журналист выдержал небольшую паузу.
— Можете ли вы подтвердить информацию, что «Скандинавская медиагруппа» намеревается выкупить издательство «Ашехоуг»?
— Что?!
— Можете ли вы подтвердить информацию, что «Скандинавская медиагруппа» намеревается выкупить издательство «Ашехоуг»?
— Извините, пожалуйста, у меня звонок на другой линии.
Кристиан поставил Экхольма на режим ожидания. В конторе было почти темно, только слабый свет пробивался с улицы через щель в гардине. Откуда у Бьёрнара Экхольма эта информация? Если этот слух сейчас всплывет, то у руководства «Ашехоуга» появится куча времени на подготовку и подтягивание резервов. На сцену выйдут другие актеры.
Кристиан лихорадочно соображал. Нельзя было заставлять Экхольма долго ждать.
— Прошу прощения, мне звонили по другой линии. Кстати, а это не вы несколько месяцев назад раскрыли аферу с Медиа-Холдингом, за что еще и премию получили?
— Нет, аферу раскрыл Йенс Мартин Йохансен. А я брал у вас интервью, у вас и Бьёрна Ягге, по поводу вашего сотрудничества с «Ашетт» в марте. Так я повторю свой вопрос, хорошо? Вы планируете вторгнуться в «Ашехоуг»?
— Планируем ли мы вторгаться в «Ашехоуг»?
— Да, я спрашиваю вас именно об этом.
— С чего вы взяли?
— Вы прекрасно понимаете, что я вам об этом не скажу.
Кристиан чувствовал, что пульс его учащается, но молчал.
— Так, это правда или нет? — продолжал Экхольм.