Гипнос

Мы находились в специально спроектированном внутри сна помещении. Пока остальные готовились к выходу в область операции, я и мисс о’Райли стояли настолько близко друг к другу, что я мог коснуться ее дыханием. Она вовлекла меня в игру не между начальником и подчиненным, но между мужчиной и женщиной, и я не мог позволить себе проиграть. Проиграв, я бы раскрыл перед ней все карты. Дал ей власть над собой. «Я посмотрю, как будут развиваться события, мисс о’Райли. Если бюро сможет предложить мне что-то важное, мне будет, о чем подумать. А сейчас давайте сконцентрируемся на задаче». Она была непреклонна. Она знала, что я принял ее вызов, и азарт пробежал мурашками по ее предплечьям. Мисс о’Райли мягко улыбнулась и кивнула. Наблюдая со стороны, можно было бы подумать, что таким образом она одобряет мою нацеленность на выполнение миссии. Но мы с ней знали, что это не так. Мы практически не общались словами. Слова были прикрытием. Профессиональным вербальным общением. На самом деле мы общались импульсами. В миру это называется пробежавшей искрой.

Перед нами открыли дверь – и мы вышли на ту самую террасу, где Джерри жарил мясо для себя и пса. Глубина эмоционального фона сна Джерри была поразительна. Его отношение к Рою и сам портрет пса не оставили равнодушным кинолога, который создавал для нас цели в третьем инструктаже. Кинолог пошёл с нами. В нашу задачу входило узнать, чей труп нашёл Джерри, и чей труп он закопал. Нужно было понять, откуда они взялись. Что они значили. Мы ещё не знали, с чем мы боремся, и как с этим бороться, поэтому приходилось действовать практически наощупь. Мы были первопроходцами.

В бассейне до сих пор стояла вода – та самая, что заполнила его до краев во сне Джерри. На половицах террасы лежала сухая глина. А в углу – около двери, из которой мы вышли – большой чёрный пёс по имени Рой. Он смотрел на нас – выходящих – как на декорации. Кинолог выступил вперёд оперативной группы и окликнул собаку по имени. Колыхнулась трава. По грязной маслянистой воде в бассейне прошла рябь. Над нами висело хмурое серое небо. Местами сквозь сплошную плоскость облаков пробивался оранжевый свет.

Пёс вздохнул. Кинолог подошёл к нему и сел на корточки. Протянул руку, чтобы дать зверю привыкнуть к себе. Оперативники разбрелись по территории в поисках информации. Они походили на грибников. Я стоял на террасе около жаровни, в которой Джерри жарил мясо, и держал ладонь на рукоятке Кольта. Рой не реагировал на предложенное кинологом знакомство. Будучи в обличии пса, псом Рой не являлся. Он отреагировал только когда кинолог обхватил рукой его нос и верхнюю челюсть, демонстрируя доминирование. Пёс дернулся в сторону и ухватил кинолога зубами за предплечье. Я уже убивал собак и знал, что делать, чтобы бить наверняка. Но кинолог сказал: «Ничего не делай». Рой разжал челюсти через несколько секунд. Он снова положил голову на лапы и поводил глазами по оперативникам, которых подходили к террасе. Они ничего не нашли. Само собой, они ничего не нашли. Кинолог знал куда идти – и он повёл нас. Вверх по дороге, лежащей за домом, между непроглядными стенами сосен.

? Маршрут коридорный, – говорил он, – заблудиться будет невозможно.

? Далеко идти? – спросил Уинстон Черчилль, ковыляющий позади.

? Достаточно, – буркнул кинолог, – неплохо бы заиметь транспорт.

? Кто займётся?

? А кто-нибудь изучил какой-нибудь… не знаю…семейный минивэн?

? Жалко, что здесь не работает, как в Матрице. Кнопочку нажал – и программа прогрузилась.

? Ты совсем обленился, Морфеус. Кстати, ты Морфеус или Лоуренс Фишбёрн?

– Кто такой Лоуренс Фишбёрн?

– Пха-ха-х!..

Отряд дружно лопотал и подшучивал, шаркая подошвами о старый асфальт. Колорит персонажей превращал происходящее в сказку. А наша цель – в страшную сказку.

? Что ты видел? – спросил я у кинолога.

– Что?

– Ты что-то увидел, когда пёс укусил тебя.

– Откуда ты знаешь?

– У тебя глаза бегали, как у того, кто видит сон.

? Хм… хм… Да. Я всё видел. Где они были. Что делал Джерри.

? Думаю, что Джерри сам создал этого пса. – Сказал шагающий сбоку оперативник. Это был тот самый Аль Пачино из третьего инструктажа. Я узнал его голос. – Джерри облёк защитный механизм в привычную для самого Джерри форму. Но, как и говорила мисс о’Райли, если знать только то, как объект выглядит, он не будет функционировать должным образом. Функционал пса придумал сам Джерри. Неумышленно, разумеется. Сам он вообще не принимал участия в происходящем. Он просто наблюдал.

? Может, нам надо было убить пса?

? Не стоит. Пока мы должны только собирать информацию. Неизвестно, как отсутствие защитного механизма повлияет на сны Джерри.

Кинолог приподнял руку с разорванным рукавом и следом от укуса и усмехнулся. Рана не кровоточила. «Ничего личного, – сказал он, – просто бизнес». Кинолог был в маске Аль Капоне. Мы остановились у тропы, уходящей в лес.

Преодолев пару холмов по раскисшим колеям, мы вышли на маленькую поросшую опушку. Трава на ней была примята, в середине виднелась свежевскопанная земля. «Ну, – крикнул оперативник в маске Морфеуса, – кто будет копать?» Я подался вперёд. Инстинктивно, не представляя, что значит растревожить могилу. Поговаривают, что такое занятие во сне предзнаменовывает скорый развод. Вспомнив это, я улыбнулся. «Эй, храбрец! Держи лопату». Я принял инструмент от Джейкоба Миллера и аккуратно прощупал свежую почву. Затем раскидал ее в стороны, открыв свету большой гобеленовый свёрток. Моя напарница, скрытая под маской солдата Гражданской войны, стояла рядом со мной. Остальные держались в стороне. Мы с Джейкобом взяли свёрток с двух сторон и высвободили его из-под оставшейся земли, переложив на траву. «Эй, – раздался крик, – вы кто?» Весь отряд взялся за оружие. «Дышать ровно! Не моргать, – напомнил кинолог, – оружие в кобуре!» Он принял на себя роль командующего – и никто из нас не был против. Со стороны дороги в нашу сторону шел человек. Он двигался осторожно, всматривался, раздвигал ветви кустов руками и уклонялся от них, будто боялся, что они причинят ему боль.

Незнакомец шел, но не приближался. Земля под его ногами сдвигалась, как траволатор.

? По всей видимости, это гражданский, – сказал теоретик, – ему интересно узнать, кто мы, но его осторожность модерирует окружение, и не пускает.

? Значит, это просто человек, который уснул и попал сюда? – Спросила моя напарница.

? Похоже, что так.

? Значит… сейчас мы – его кошмар?

Ответа не последовало. Оперативная группа была озадачена внезапной инверсией своей роли. Мы пришли сюда затем, чтобы избавить людей от мучения, но сами стали его причиной. Бахнул выстрел, и гражданский тяжело осел наземь. Оперативник в маске Черчилля убрал Кольт в кобуру и сказал: «Сколько он там ещё елозил бы? Мы сюда не на прогулку пришли». Следующая пуля предназначалась ему самому. Решение взял на себя кинолог. Капоне, убивший Черчилля. Мы все знали, что кинолог поступил верно, и продолжили делать то, зачем пришли, не комментируя случившееся. Мы все боялись, и не предпринимали ничего лишнего. Мы развернули гобелен. Там было белое-белое, гладкое, почти фарфоровое тело девочки-подростка. Я присел рядом, чтобы лучше рассмотреть находку и увидел, что ее глянцевые веки дрожат. Моя напарница тоже видела это.

? Она не мертва, – сообщил я.

? Встать в кольцо вокруг объекта, – скомандовал кинолог.

Теоретик подошёл с другой стороны и осмотрел тело. Он обнаружил как будто нацарапанные ногтями надписи на внутренних частях бёдер. Надписи гласили: «Не трогать». Вокруг было зябко и сыро. Пейзаж удручал унылыми грязными зарослями. Оперативники следили за обстановкой молча. Тело Черчилля быстро высыхало, утопало в дёрне и одновременно с этим обращалось в рассеивающийся туман.

– Что думаете?

– Жесть какая-то, бля…

– Эт, канеш, неприятно, но на кошмар не тянет, не?

– Ну его, чтоб мне пусто было…

? По всей видимости, – пробормотал теоретик, – у Джерри извращённые наклонности. Он пытался избавиться от них – вроде как закопать. А другой труп нашёл на том же месте, куда хотел закопать этот, потому что пытался избавиться уже не первый раз. Твою мать.

– Твою мать. Ты чо морочишь?

– Никакой мороки. Просто аллегории. Есть мысли получше?

– Ага. Валить отсюда.

? Значит, он сам и создал свой кошмар? – спросил сидящий рядом со мной Джейкоб Миллер.

? Это лишь теория, – сказал теоретик.

? Что будем делать? – спросил Морфеус.

? Свою работу, – ответил кинолог. – Мы должны ликвидировать объекты, хотя, если наша теория верна, то Джерри заслуживает мучений.

? А вдруг он и без того мучается? Он же пытался избавиться о наклонностей.

? Не нам решать. Это неважно. У нас есть задача. Мы должны… сжечь эту… – кинолог сглотнул и сжал губы, – и тот второй труп, который нашёл Джерри.