Гири
Шрифт:
Дориан взглянул на себя в зеркало, которое было за стойкой бара. Его посетила вдруг страшная мысль. Неужели Робби кончал своих жертв перед каждым поединком?.. Это означало, что он оставил у себя за спиной по крайней мере тридцать изнасилованных и забитых до смерти женщин!
Дориан потрясенно покачал головой. Нереальная жестокость. Только сейчас он до конца осознал, как рискует, обладая такой опасной информацией. Не дай бог Робби узнает о его догадках...
Дориан выключил фен. Он понял, что нужно выпить.
Зазвонил домофон. Он осклабился и шумно, со сладострастием выдохнул. Подошло время веселья.
Он еще раз глянул на себя в зеркало в ванной, пригладил
Когда позвонили в дверь квартиры, он еще раз погляделся в зеркало и еще раз пригладил волосы. Черт возьми, ну почему бы им в самом деле не отрасти вновь?.. Как же быть с теми деньгами, которые он ухнул, не жалея на лечение, визиты к светилам, мази, фены, кремы, таблетки? Получается, исчезли бесследно и бесполезно, как в жопу негра провалились?
Идя открывать дверь, он выключил в прихожей свет. Так лучше. Она может и не заметить его проплешин.
Он открыл дверь и широко улыбнулся.
– Ага, пришла! Ну, проходи, проходи, проходи...
Она сделала два шага вперед с лестничной площадки. Он закрыл за ней дверь. Запер на замок. И снова взглянул на нее.
Красива! Нет, до чего красива, мать твою!
Это тебе не какая-нибудь занюханная проститутка. Девочка – высокий класс!
Она шагнула навстречу его раскрывшимся объятиям, и он прижал ее к себе. Через мгновение встретились их полураскрытые губы, языки. Он схватил ее за ягодицы. Возбудился моментально. Она помогла ему в этом. Сунула свою руку вниз, расстегнула ему ширинку, нащупала член и сжала его.
Через несколько секунд Дориан от полноты чувств кончил прямо в ее руку. Ее зубы прикусили ему язык.
Он подхватил Мичи на руки и понес ее в спальню.
Было не так уж трудно заполучить этого мерзавца. Надо было только заставить его хвастаться и гордиться собой. Секс активно перемежался с лестью. Тщеславие было его самой большой слабостью. Оно подогревалось его пороками – наркотиком и выпивкой.
Мичи лишь пригубляла свой стакан, а ему каждый раз наливала новый. Наркотиков она предупредительно избегала.
Она села на кровати, запахнула вокруг себя простыню и склонила голову набок.
Слушала.
Дориан лежал на спине. Расслабившись. Потягивал сигаретку с опиумом. Глубоко забирал дым в легкие, затем медленно выпускал его в потолок.
– Все очарованы мафией. Просто помешательство какое-то. Как посмотрели «Крестного отца», так теперь куда ни плюнь, везде тебе говорят: мафия, мафия, мафия!!! Меня лично это уже затрахало. Шайка комедиантов! Один парень из мафии, которого я знаю, панически боится людей. Он считает, что кто-то замышляет его убийство. Представляешь, каждое божье утро он посылает свою жену заводить ему машину, а сам стоит на кухне и подглядывает из-за занавески. Если она не взорвется, значит все нормально. Можно выходить. Какая свинья, да? Когда я только начал работать в участке, меня постоянно сажали за прослушивание разговоров мафии. Так вот представь, эти ребята очень часто слушали оперу! Я спросил кого-то из начальников: что такое, говорю? Ну, то есть мафия есть мафия. Бандиты, убийцы и вообще дикие злодеи. Что это они вдруг в искусство лезут? Зачем им это надо? Короче, лейтенант говорит мне: «Балда! Каждая собака знает, что мафиози говорят по-итальянски. Поэтому они и слушают оперу. Это единственный вид музыки, который им понятен!»
Он захохотал, а потом хлопнул ее по бедру и сказал:
– А вы, японки, трахаться горазды! Это я в качестве комплимента.
Мичи провела рукой по его ляжке.
– Расскажи мне о каком-нибудь боссе мафии. Например, о Поле Молизе младшем, а?
Ох уж эти бабы! Всегда их тянет на солененькое. Вот поэтому их и гасят пачками.
Там, где баба, там жди изнасилования или убийства, машин с мигалками, полицейских. Это аксиома. Постоянно лезут в бутылку. Почему их убивают? Потому что выводят! Нет, чтобы лежать тихо и мирно. Как говорят: расслабься и получи максимум удовольствия. Нет, начинают орать, визжать...Дориан захихикал, вспомнив об одном случае: одна баба как-то сказала ему, что ему придется выпустить ей в задницу четыре пули и только потом он сможет ее трахнуть.
– Поли? – переспросил он. – Да, Поли... Поли Носатый, как его называют коллеги. Ему это, понятно, не особенно нравится. Но что поделаешь, если у тебя такой шнобель немереный? Ну, в смысле нос длинный. Когда его называют Ястребом, то это еще терпит, а Носатым можно только в спину. За глаза.
– Ну? – нетерпеливо подбодрила его Мичи.
– Поли – умный парень. Суди сама: он заполучил в свои лапы половину всех блошиных рынков в Нью-Йорке и организовал на них бешеный сбыт краденого. Кому такое еще по силам? Поли есть Поли. Ему палец в рот не клади. Сейчас особенно возросла популярность блошиных рынков. Люди идут туда толпами. Делают покупки и даже не подозревают, что купили! Ворованные ценные бумаги. Поддельные и недействительные профсоюзные пенсионные карточки. Банковские заемы, по которым выплаты прекращены еще в прошлом веке. Обесцененные облигации. Склады из-под токсичных отходов. Для цветочных оранжерей, представь! Плюс обычное дерьмо: порнография, наркотики, угнанные машины. Кстати, эта сигарета тоже оттуда.
Мичи сказала:
– У меня для тебя есть еще одна.
Она ловко свернула самокрутку с опиумом, лизнула край бумаги, приклеила и подала Дориану. И так это у нее быстрой сноровисто получилось, что у детектива даже рот открылся.
Она сексуально подмигнула ему.
Он вспомнил секс с ней и улыбнулся.
Она дала ему прикурить.
– Ты говорил, что Поль Молиз занимается законным бизнесом.
– Я сказал, что он думает, что занимается законным бизнесом. – Дориан сделал глубокую затяжку, закрыл глаза от дыма, замер на несколько секунд, затем выдохнул в потолок и продолжил: – Он делает вид, – правда, очень усердно, – что является законным бизнесменом. Офис на Парк Авеню. Секретарь-англичанка. Компьютер. Телекс. Все, как у людей. Он даже на работу ходит ежедневно и сидит там, как прикованный, с девяти до пяти. По нему можно часы сверять. Не поверишь, он жене своей не изменяет! Нет, ты только представь себе такое! Уходит с работы, и тут же домой, в Вестчестер, как какой-нибудь там последний клерк.
– Неужели он не держит в своем офисе вооруженную охрану?
Дориан фыркнул.
– О, Господи, с чего ты это взяла? Фильмов надо меньше смотреть. Поли, хоть и мерзавец, но бизнесмен. И дела имеет с бизнесменами. С законными бизнесменами, заметь! Он просто не имеет права окружать себя головорезами с пистолетами и автоматами. Это отпугивает людей. Привлекает ненужное внимание. Функции телохранителя у него выполняет шофер, но и он, нельзя сказать, чтобы крутился вокруг своего босса постоянно. Вот у него, у этого шофера, возможно, и торчит из штанов.
– Что торчит?
– Пушка.
Он шутливо прицелился в нее указательным пальцем, быстро согнул большой и довольно неудачно имитировал звук выстрела.
– Ox! – охнула Мичи, хватаясь за сердце.
– Как у тебя работает охранная система?
Она торжественно поклонилась ему и улыбнулась.
– Domo arigato gozai mashite. Спасибо. Несколько недель назад Дориану позвонили прямо в участок и спросили, не согласится ли он проверить охранную систему на Медисон Авеню в здании «Пантеон Даймондс». Он был порекомендован японской фирме одним бизнесменом, с которым встречался в «Грейси Мэншн» и на которого произвел хорошее впечатление.