Глоссарий

Сдержавшись, я сделал серьёзный вид и открыв её, нашел пустую страницу, затем

быстро написал, а затем зачеркнул несколько человек из Рода де Гел.

Затем раскрыл её и повернул к нему, чтобы он увидел это.

– Этого достаточно шевалье, - он успокоился и сделал шаг назад, - надеюсь не

будет больше случая нам увидеться.

– Я тоже на это надеюсь, - я склонил лишь голову, прощаясь с ним.

– «Письма, я хочу их видеть!».

– «Потерпи немного влюбленный дурак, - взмолился я, - я обещаю что все что не

попросишь, все сделаю после коронации, сейчас просто нет времени».

– «Хорошо, ловлю на слове».

Надо отметить, что хитрецов, подобных де Гелу оказалось всего трое. Древние

старики, защитники своих родов приползли ко мне, откупаясь от того, чтобы имена их

отпрысков не попали в списки. Я принял всех, дары были слишком щедры, чтобы я

заморачивался на то, кто из них был на охоте, кто не был, главное что все они заткнулись и

ждали коронации, чтобы на ней принести присягу новому императору.

Неделя спустя

– По традиции оглашу пять первых назначений, что делает каждый император, вступая в законные права, - слова теперь уже не принца, а императора, донеслись до всех, заставив вздрогнуть. Император, не без моей помощи конечно, знал обо всех тех, кто

собирался восстать или уже восстал против его воли и пусть виновных в этом списке

было большее число, чем невиновных, ему об этом знать было совершенно не

обязательно. Да он и не собирался, я так понял в смерти брата он винил всех, кто был

тогда на охоте и тех, кто позволил ему туда поехать. Какое счастье, что я всегда избегал

этих праздников и принц был об этом прекрасно извещен.

Назвав три не особо важные должности, назначив на них своих людей, император

повернулся ко мне, показывая выйти и приклонить колени. Я сдерживая торжествующую

улыбку опустился на колено.

– Канцлер – герцог Анри дю Валей, - произнес его голос, а я едва не упал на пол от

шока. В зале настала гробовая тишина. Вторая должность после императора! Герцог!

Император одним своим назначением возносил меня сейчас в такие выси, что даже у меня

замерло сердце.

– Глава Тайной канцелярии – герцог Анри дю Валей, - он не дал мне подняться и

принять первый свиток, как присоединил к нему и второй. Это было неслыханно!

Никогда! Никогда за всю историю империи эти две должности не совмещал один человек!

Столько власти нельзя было сосредотачивать в руках одного человека!

– «Если конечно этот человек, не я, - моему торжеству не было предела, но я

старательно сдерживался».

Приняв свитки, я поднялся и поблагодарил императора положенной фразой, снова

занял место за его плечом. Словно говоря, что для меня его назначения ничего не

поменяли и я остаюсь его тенью.

Выдели вы бы лица всех, когда я вспомнив про слова герцога де Гела, ради шутки

достал свой блокнот и задумчиво полистал его, посматривая на зал. Мне кажется лучшей

шутки у меня никогда не было и не больше уже не будет. Тридцать два обморока, был мой

новый рекорд.

Вечером, когда я расставил охрану и усилив её своими людьми, наконец закончил

все хлопоты, то пришел к императору с тремя свитками.

Он в полном одиночестве сидел у себя и напивался, выпивая один стакан за

другим.

– Мой император, - я протянул ему эти свитки, - я не знал, что вы вознесете меня

так высоко, лишь рассчитывал на эту награду. Если вы откажите мне, я пойму.

Он молча взял свитки и прочитал их, два свитка были о признания двух родов

мятежниками и один о помиловании конкретного дворянина. Едва глянув на первые два он

неопределенно хмыкнул, и быстро их подписал, над помилованием он думал долго, но

затем подписал и его, протянув мне и махнув рукой, чтобы я убирался.

– Завтра утром жду тебя у себя, - донеслось мне в след, - я дам тебе войско, чтобы

ты не ехал в такую даль только ради одного мятежника.

Я склонился в поклоне, и ретировался, сейчас рядом с ним было не безопасно.

– «Ну что Анри, время разбрасывать камни кончилось, настало время их собирать,

– обратился я к своей половинке, но он молчал». Я спускался в подземелье, туда, где

держали задержанных по указу императора дворян. Пытали их и старались выбить правду

об охоте.

При виде меня охранники замирали и вытягивались, пряча свои пивные брюхи

поглубже в живот. «Тень императора» - неслось впереди меня, словно я не слышал этого в

этих узких коридорах, так они за глаза называли меня.

Подойдя к нужной двери, я знаком показал отпереть её. Внутри лежал избитый, но

пока не пытаемый человек, он смог встать сам и приготовиться сражаться.

– Барон Жально?! – на всякий случай решил уточнить я, поскольку его лицо

представляло собой залитое спекшейся кровью маску.

– Да черт тебя дери! Кто ты?! – попытался прокричать он, но выбитые зубы и

распухшие губы смогли выдать только шипящий шепот.

– Однажды вы были очень добры, к одному юноше и он поклялся вернуть вам

однажды все добро, что вы для него сделали, - я протянул ему свиток, десяток минут назад

подписанный императором, - вы свободны.

Человек отшатнулся от меня и неверяще посмотрел на свиток, потом на меня.

Затем протянул руку и в слабом свете факела прочитал строки указа.

Я даже моргнуть не успел, как он одним движением порвал пергамент и стал

рвать его дальше, мельча на кусочки.

– Будь ты проклят Анри со своим императором! – выкрикнул он, сквозь силу, - он

убил всю мою родню! Всех, кто был на этой проклятой охоте! Пусть подавится своим