Глупая

Срок родов близился, и врачи, опасаясь за здоровье малыша, рекомендовали мне лечь в больницу. Так я и сделала. Моя нервная система сильно пострадала, и этому способствовала Мариса, хотя и ненамеренно. Накануне моей госпитализации у нас состоялся разговор по душам.

– Волнуешься?
– спросила она.

– Немного, - я и правда волновалась не очень сильно.

– Это хорошо. Слушай, я тут подумала, может после родов сообщить Франческе? Ну и отцу!

– Мариса, я этого не хочу, - твердо заявила я.

– Но он должен знать!

– Кто, Мариса? Ты ведь даже не знаешь, кто отец моего ребенка! Но все равно требуешь этого. Разве ты не видишь, что делаешь мне больно?

– Прости. Но я не понимаю. Ребенок - это счастье, а счастьем нужно делиться. Тем более с отцом, с человеком без которого этого не случилось бы.

– Хватит. Я сыта этим по горло. Прошу, если ты меня все еще уважаешь, то не приходи в больницу, пожалуйста. Дай мне отдохнуть.

– Хорошо. Но с одним условием.

Я посмотрела на нее. Ну почему она так себя ведет?

– Какое условие, - горько вздохнув, спросила я.

– Скажи, кто отец. Я клянусь, что никому не скажу. Слово скаута!

– Ха-ха-ха!
– впервые за долгое время она меня рассмешила.
– Ты никогда не была скаутом, Мариса.

– Какая разница. Ты скажешь или нет?

Мне ничего не оставалось делать, как сказать ей.

Роды прошли без осложнений. Я родила здоровую девочку. Антонио был прав.

Глава 11.

С тех пор прошло пять лет. Теперь я взрослая женщина, у которой подрастает дочь. В свои двадцать восемь лет я многого добилась. Я независима, самодостаточна, мне не нужен никто кроме моей дочурки. Она для меня свет в окошке. Знаете, я стала писать. Писала книги, статьи для журналов. Так я пыталась выразить свои чувства. Я познала любовь, пусть это было и недолго, но это чувство до сих пор живет в моем сердце.

Несмотря на интенсивную работу, я уделяла много времени дочери. Когда ее не было рядом, создавалось ощущение одиночества. Мне постоянно хотелось ее баловать, из-за чего Мариса на меня часто злилась. "Ты так ее избалуешь. И что мы потом будем делать с маленькой эгоисткой?" - любила повторять она. Родив Антонио мальчиков-близнецов, она считала себя гуру в вопросе воспитания детей и постоянно давала советы. Но это меня ни в коем случае не раздражало, а даже наоборот веселило. Было интересно наблюдать за ней.

Как-то в выходные, когда она вновь приехала в Нью-Йорк, мы гуляли в парке. Она со своими близнецами и я со своей дочерью.

– Антонио хочет переехать на Сицилию, как только малыши начнут ходить. Но я даже не знаю...
– катила она двухместную коляску.

– Уже четыре месяца как вы стали родителями, а у вас уже такие грандиозные планы.

– Не у нас, а у Антонио.

– Ты же боготворишь Сицилию, - поддела я подругу.

– Да. Но как же я без тебя? Без Сандры?

– У тебя есть Антонио, Лука и Маркус, что тебе еще не хватает? А мы с Сандрой будем приезжать к вам на каникулы, когда она пойдет в школу, или летом.

– Ты обещаешь?
– жалобным голоском протянула она.

– Обещаю.

– А ты Сандра? Обещаешь навещать тетю Марису и мальчиков?
– в ее голосе слышалась мольба.

Сандра долго смотрела на нее, видимо хотела поиграть на нервах (ох, как же она это любила!), озорно улыбнувшись, она кивнула. Мариса издала вздох облегчения.

– Как хорошо!
– воскликнула Мариса.
– Ну что же, Сицилия жди меня, - торжественно выкрикнула она.

Как и раньше я засиделась в издательстве, обсуждая с Венди свою книгу. Венди Смит была главным редактором независимого издательского дома, в котором я печаталась.

Я следила за ее реакцией, пока она читала отрывок. Но, к моему сожалению, я так и не поняла выражение ее лица. Оно было отсутствующее.

– Как тебе?
– спросила я у Венди.

– Знаешь, милая, тебя пофилософствовать тянет, но концовка мне нравится. Продолжай в том же духе. И не забывай о сроках, - улыбнувшись, сказала она.

Ее мнение было очень важно для меня. Я адекватно реагировала и на похвалу, и на критику с ее стороны.

Немного посидев и обсудив продолжение сюжета книги с Венди, я поехала за дочерью в детский сад.

Поймав такси, я назвала адрес. Откинувшись на сидение, я мысленно прокрутила последние пять лет своей жизни. Я разрушила все, что могла.

Забрав Сандру из детского сада, мы отправились в любимый Макдоналдс. Это была традиция.

Моя малышка побежала делать заказ. Как же она похожа на своего отца. Меня всегда это поражало. У нее только мои глаза. Я шла следом за ней, не торопясь. Вдруг меня окликнули.

– Кларисса!

Повернувшись на голос, я приросла к полу. Это был Дилан. Дилан Монтгомери. Он шел ко мне.

– Привет! Давно не виделись, лет пять, наверное, - подойдя почти вплотную, поприветствовал он меня.

– Привет!
– кое-как проговорила я.
– Как жизнь?

– Нормально. Я здесь с племянником. Как у тебя дела?

– Все хорошо. Значит, Виктория родила?!

– Да.

– Мама, мама! Я выбрала. Ты чего так долго?
– подбежала к нам Сандра.

– Мама?
– переспросил Дилан и посмотрел на меня удивленно.

– Да, это моя мама, - без тени смущения ответила Сандра.

Дилан переводил удивленный взгляд то с Сандры на меня, то наоборот.