Гностикос

(а) Человек – мера всех вещей. Поэтому Вселенная тождественна самосознанию. Так говорит гностик.

(в) Человек мера всех вещей. Поэтому его невежество – мера Вселенной. Законченный человек – законченная Вселенная. Ей осталось, как человеку, дожить свой срок, растянувшись в пространстве, и умереть. Так говорит человек.

(с) Человек – мера всех вещей. Обезьяна – мера всех вещей. Крокодил – мера всех вещей. Жук навозный – мера всех вещей. Червь паразитический – мера всех вещей. Амеба – мера всех вещей. Человек – это лишь следующая после обезьяны эволюционная ступень от амебы. Так говорит Ницше.

(d) Человек не закончен. Вселенная не закончена. Я познает себя в оно. Так говорит будда.

Перемещение в прошлое и сансара – два следствия одно аксиомы: аксиомы о бессмертной душе. Это тест для вас. Нельзя совместить сансару с нирваной. Нельзя совместить человеческого бога с бесчеловечным Святым Духом. Нельзя совместить карму-судьбу с иллюзорностью бытия. Если вы верите в реинкарнации, вы верите в карму-судьбу. Если вы верите в карму-судьбу, вы верите в существование будущего. Если вы верите в существование будущего, вы верите в модель гибнущей Вселенной. Если вы верите в модель гибнущей Вселенной, вы верите в ее реальность. Если вы верите в реальность, вы верите в бога – творца Вселенной. Если вы верите в бога, вы верите в бессмертную душу. Если вы верите в бессмертную душу, вы верите в раздвоение личности. Если вы верите в раздвоение личности, вы верите в перемещение в прошлое. Если вы верите в перемещение в прошлое, вы не уважаете собственное самосознание. Если вы не уважаете собственное самосознание, вы не приблизились к Царству Небесному. Если вы не приблизились к Царству Небесному, вы не осознали Святого Духа в себе. Если вы не осознали Святого Духа в себе, вам не постичь Я. Если вам не постичь Я, вам никогда не стать буддой. Если вам никогда не стать буддой, то вы заслужили ад, в котором живете. Сочувствие – лишь солома.

Астрофизики, вслед за Босхом, рисуют собственный «Сад земных наслаждений», делая это на самом верхнем уровне языка (который, как мы уже говорили, кончается глобальным горизонтом Вселенной) Но там, где у Босха находились люди в свете голубого неба, в их трехмерной компьютерной модели Вселенной фигурируют сверхскопления галактик-гроздьев, образующих нити (филаменты) в пустотах темной материи. Космос-сад оказывается подобен некой нейронной структуре, пронизанной синапсами, будто Вселенная – это мозг Софии, погруженный в глий абсолютного покоя Дао.

В этой чудовищно грандиозной и бесчеловечно огромной структуре даже галактики, состоящие из миллионов звезд, – не более чем пыль. Кто же тогда Джек? Он даже не колеблющаяся на космическом ветру тростинка Паскаля, а прах праха Космоса. Как мог он построить этот дом? Ведь присутствие или отсутствие человека в этом Мироздании может заметить только сам человек. Он бесконечно мал, и при таких размерах его пафос смешон. Кто он, этот человек, чтобы что-то значить во Вселенной?

Те же уничижительные для человека астрофизические наблюдения говорят, что его Земля – лишь третья планета Солнечной системы, а заурядная звезда Солнце находится на окраине рядовой галактики Млечный путь. Дом Джека – дикое захолустье Мироздания. А Вселенная, будто ей мало этого, непрерывно расширяется, становясь еще более грандиозной паутиной на экзистенциальном фоне пустот – темной материи, этого нейро-глиевого вещества Софии. И если темная материя составляет тот самый неизбежный фон этой картинки (бульон, в котором плавает еда), то для мистической темной энергии в данной структуре вовсе нет места. Ведь эта энергия (если мы ассоциируем ее со временем), находится в предыдущей Вселенной, в другой жемчужине ожерелья Брахмана. Именно эта безликая внеязыковая сущность обеспечивает ускоренное расширение Вселенной. Скорость разбегания галактик, согласно постоянной Хаббла, одинакова во всех направлениях. И тогда Джек, осознав свою малость, разумно объясняет самому себе, что причина такой равномерности в изотропии и однородности пространства, которое расширяется подобно резиновому шару сразу во все стороны. И поэтому подобную картину можно увидеть в любой точке Вселенной, а не только с Земли.

Но вопреки здравому смыслу Джек по-прежнему привязан к антропоцентрической картине мира, в которой его дом – самый главный. И ему хочется думать, что возникает это расширение по другой причине: Земля находится в центре «Яйца Брамы», в той самой точке Большого взрыва, с которой все началось. И только поэтому верна постоянная Хаббла. Вопреки всему он убежден, что его планета и есть та сингулярность, в которой Брахманом было произнесено заклинание «Я», и небытие Царства Небесного стало бытием Логоса-Майи. И ведь он прав! Джек – это абсолютный наблюдатель между прошлым и будущим, который встал посреди Космоса подобно атланту, держащему на своих плечах весь Небосвод. Ведь Вселенная – не более чем танец будды со временем. И будда – это Джек. Без него Вселенной нет. Только безымянный Святой Дух! Неуловимая Темная Энергия!

Итак, наше резюме в этой части таково. Наша пи-Вселенная определяется положительным временем и гравитацией. Их плотность неравномерна в пространстве, и это искривляет пространство. Темная энергия содержит обратное время и антигравитацию. Взаимный обмен информацией между светлой и темной энергией равен нулю. Их разделяет непроницаемый вакуум в абсолютном покое. Мать не рожала вас, и бог не вкладывал в вас бессмертную душу. Вы сами родили себя, свою мать и пространственно-временную пи-Вселенную со всеми ее законами, которые хранятся в вашей голове. Вы – самодостаточная величина «Розы Мира». Вы – невежественный бог, который идет в одиночестве по собственному аду. Вам остается только одно - стать знающим богом. Гностиком. Нужно лишь захотеть этого. 

 9. Инь и Ян

Всякий знает, как выглядит клубок ниток: это длинная нить, свернутая вокруг одного своего конца. Ее второй конец, который свисает наружу, и является началом для обратного процесса – развертывания, который без труда может проделать любой человек. А теперь свяжем концы этой нити, превратив ее в кольцо, и опять свернем клубок. При этом нам запрещается сложить кольцо вдвое, т.к. опять получится нить с двумя концами. Нам же нужен клубок, у которого нет концов. При некотором усердии такой клубок свернет даже ребенок. И вот перед нами клубок, у которого нет конца, с которого можно было бы начать обратный процесс. Ни один мудрец теперь не сможет его развернуть. Надо полагать, что знаменитый гордиев узел был устроен именно так. Человек по имени Гордий взял веревку, искусно сплел между собой ее концы и лишь потом навязал множество узлов из этой абракадабры @. Никто не мог ее развязать, поскольку в логике ее завязывания не было причины, из которой вытекало следствие. Точнее, ее причина и следствие стали одним и тем же. Известно, как решил эту проблему Александр Македонский. Этот невежественный и дерзкий мальчишка попросту его разрубил. И высечь этого завоевателя мира было некому.

Мы находимся внутри языка и не можем выйти за его пределы. Мы не можем увидеть наш мир снаружи, а изнутри он подобен тому самому клубку. Наша Вселенная – это клубок без начала и конца. С точки зрения того, кто этот клубок завязал, он устроен очень просто, но нам от этого не легче. Побродив по нашему миру-самосознанию, мы нигде не находим торчащего конца. И тогда наше познание происходит по «Александровскому методу». Мы рассекаем клубок в каком-то произвольном месте, чтобы нам было с чего начать. Но при этом мы получаем не один конец, а два конца, уходящие в противоположные стороны. Поначалу разматывание идет легко, но потом нить начинает перекрываться более ранними витками: нам мешает двигаться то, до чего мы еще не дошли. Логики называют это парадоксом. Ведь с нашей точки зрения эта нить отрицает самую себя, - следствие воздействует на причину. Мы продолжаем тянуть нить дальше, но сопротивление языка заставляет нас остановиться. Процесс познания зашел в тупик. Такое же происходит и на втором конце нити. Тогда мы рассекаем тот виток, до которого мы еще не дошли, но который мешает нам двигаться дальше. Теперь у нас уже четыре конца. Возможно, через некоторое время один из этих концов оборвется на другом конце. В руках у нас окажется обрывок нити и клубок с двумя концами. Заметим, что такое не могло произойти при первом нашем разрезе: для этого клубок должен был развернуться полностью. Отрезок не мог выпасть из него раньше нашего второго разреза. Таким образом, число концов у нашего клубка всегда будет четным. После многократных разрезов наш клубок станет чуть меньше за счет выпавших из него отрезков. Но теперь на самом клубке образуются два мощных узла, из которых свисает равное число концов. Эти узлы и есть наши Инь и Ян. Представьте себе человека, который не знает, как ездить на велосипеде. Он пытается крутить педали руками, а управлять ногами, и даже достигает некоторого успеха в такой езде, но мы, даже отдавая должное его цирковому искусству, будем очень удивлены такой противоестественной ездой. Когда-нибудь мы развяжем этот клубок, превратив его в кучу отрезков и держа последний из них в руках. Но тот Я, кто этот клубок завязал, по-прежнему будет убежден, что Вселенная была устроена так же просто, как змея @, кусающая свой хвост.

Магия чисел начала волновать человечество с тех пор, как Джек впервые пересчитал своих быков. А затем Джек пришел к замечательному выводу, что Зодчий при строительстве его дома пользовался числовыми пропорциями, и стал к великому своему удивлению разбирать этот дом на части. В числах, лишенных какой-либо предметности, он увидел сущность Языка и тождественной ему Вселенной. В большинстве древних языков числа не имели специального алфавита, который привычен нам и уже не вызывает дополнительных ассоциаций в уме: 0,1,2,3... – это 0,1,2,3…Но в примитивных языках числа выражались буками или даже словами. Именно так возникла магия чисел-слов (например, сфирот в иудаизме, приведший к кабалистике). За числом видели некую силу. Оно, число-имя, имело зрительное символическое воплощение. Вся интернациональная практика заклинаний, молитв, песнопений, мистерий с ритуальными знаками берет начало в мистическом отношении к языку. В сущности, это предполагает, что на физическую реальность можно воздействовать с помощью языка. В начале было Слово…

 Это гностическое изречение и породило весь тот мистический гностицизм, который мы проигнорировали в этой книге. Но теперь, пожалуй, нужно сказать о нем несколько слов. Наш эллинистический гностицизм выводится из учения Гераклита. В этом смысле наследниками его теории стали не иудео-христианские школы Валентина, Василида и прочие, включая средневековых катар и нынешние суицидальные секты, но стоики с их учением о поиске внутренней свободы (почти буддистская идея!). Есть существенная разница и в метафизике стоиков и мистических гностиков. Стоики придавали большое значение развитию логики, как средства рационализации человеческого словоупотребления, а метафизику свою ограничивали общим панпсихическим положением (очень разумное решение для тех, кто дорожит логикой), что все боги есть лишь синонимы одного – Огня-Эфира-Софии, телом которой является Космос (Вселенная). Чем не тождество Брахмана и Атмана?