Гоблин-герой
Шрифт:
Веку подмывало выждать. На фоне мертвых и умирающих спутников она гордо выступит и встанет посередине туннеля. Огры отпрянут, смущенные ее уверенностью. И тут она, при бьющем в лицо ветре и в драматически развевающемся плаще, грянет посохом об пол и произнесет громовым голосом: «Убирайтесь домой, глупые огры!»
Нет, недостаточно эффектно. Грянуть посохом это хорошо, но над диалогом следует еще поработать. Сесть бы с книжкой и перечитать приложение С: «Героические тирады и остроумные реплики».
Конец посоха соскользнул, и она грохнулась навзничь, отчаянно брыкаясь, чтобы не соскользнуть вниз. Однако это оказалась не самая благоразумная
Для прочтения заговора пришлось сесть. Шрам отвернулся послушать Джига, но света все же хватало для беглого просмотра уцелевших слов. Быстро наложить связующее заклятие и подключиться к магии. Далее – заякорить заклятие на собственный посох. Она пропустила примечания на полях и набросок с изображением грудастой эльфийки, постигая истинную суть заклинания.
– Очередной образчик прямолинейной симпатической магии, с магическим компонентом, обеспечивающим необходимый рычаг.
Неважно, что это значит. Она засунула страницу обратно в карман плаща, взяла посох и завершила заклинание, тщательно проговаривая каждый неудобопроизносимый слог.
Шрам вскрикнул, стукнувшись головой о потолок туннеля. Паря и подскакивая в воздухе, он непрестанно вопил, значит, приложился не так уж сильно.
– Века, если мы собираемся сражаться в ограми, хобгоблин нам понадобится! – крикнул Джиг.
Она слышала топот бегущих ног, и дальний конец туннеля начал окрашиваться розовым.
– Не сейчас, – пробормотала она. – Я не готова. Поворот посоха вышвырнул Шрама из туннеля в пропасть. Его вопли становились все пронзительнее, руки и ноги беспорядочно мельтешили, словно он пытался плыть по воздуху, как по воде. Века медленно повела посохом, разворачивая беднягу, пока тот не оказался лицом к туннелю.
– Что ты делаешь? – спросил Браф.
– Спасаю наши жизни, – ответила Века. Она одарила его жесткой улыбкой и повторила заклинание.
Ничего не произошло. Она попробовала еще раз, прослеживая связку свободной рукой, затем присоединив Брафа к своему посоху. Он должен был вылететь наружу и присоединиться к Шраму в пропасти. Заклятие наложено правильно. Почему он не летит?
– Твоя работа? – спросил Джиг, указывая на Шрама.
Она кивнула.
Джиг посмотрел на приближающийся свет, затем снова заглянул в яму. Вогнав меч в ножны, он поплелся к концу туннеля, бормоча: «Ненавижу магию». Дойдя до края, коротышка подобрался и прыгнул. Руки его намертво сцепились на поясе у Шрама, ноги защелкнулись вокруг коленей хобгоблина.
– Слезь с меня, глупый гоблин!
– Не извивайся, а то я упаду, – взвизгнул Джиг. – Хочешь, чтоб я еще и зубами вцепился?
Шрам замер. Мудрый выбор, учитывая, где оказалось лицо Джига.
– Подтащи его ближе к туннелю, – крикнул коротышка Веке. – Если мы все ухватимся друг за дружку, ты сможешь поднять нас к мосту?
Это был ее план! Чего Джиг раскомандовался?! Она нахмурилась, пытаясь выдумать причину, почему это не сработает.
Но ей не составит труда поднять лишний вес, а мост не так уж далеко. Вероятно, получится, черт его побери.Она отвернулась.
– Грелл, ты следующая, – быстро сказала она, прежде чем Джиг успел принять решение.
Старуха заткнула костыли за пояс и подхромала к краю туннеля. Века крутанула посохом, подводя Шрама с Джигом ближе… ближе… Хобгоблин протянул руки, пытаясь ухватиться за скалу. Века крутанула его вокруг оси еще раз, крепко приложив головой о камень.
– Чтоб я этого не видела, ты!
Она слегка опустила его, и Грелл наполовину шагнула, наполовину свалилась с обрыва. Руки ее обхватили Шрамову шею, а одной ногой она заехала Джигу в ухо.
Пронзительный вопль раскатился по яме, и на мгновение ей показалось, что Джиг сорвался. Она застыла, пытаясь разобраться, следует ли ей испытывать вину или облегчение. Может, того и другого понемножку? Но крик повторился, и она сообразила, что он слишком громкий и слишком высокий для гоблинской глотки.
– Века, у нас проблема, – прокричал Джиг. Отодвинув их движением посоха, она заглянула в яму. Из глубины, тяжело хлопая крыльями против ветра, к ним поднималась гигантская летучая мышь.
– Эй, там, гоблин! – В поле зрения появились два огра. Один указал грубым деревянным копьем на нее и Брафа. – Мы пришли за Джигом Драконоубийцей.
Века испытала такое чувство, словно огр двинул ей кулаком под дых.
– За Джигом? – пискнула она. – Вам нужен Джиг? Это я делаю всю работу!
Браф протиснулся мимо нее и прыгнул. Она была слишком потрясена, чтобы поинтересоваться, не промахнулся ли он. После всех ее подвигов ограм нужен Джиг. Она здесь герой, а не он. Это она повелевала магическими энергиями. Разве они не видят парящего в пустоте светящегося хобгоблина?
– Века! – крикнул Джиг. – Мышь!
– Зачем вам Джиг? – спросила она.
– Королева желает говорить с ним.
Два огра двинулись вперед. Пикси пока не показывалась.
– Века, прекрати маяться дурью и сделай что-нибудь с этим нетопырем, – рявкнула Грелл, и тон ее был столь резок, что Века повиновалась не задумываясь.
Второй огр протиснулся мимо своего товарища.
– Джиг там, в яме. Убей жирного гоблина и хватай заморыша, пока не удрал.
«Убей жирного гоблина». Она всего лишь помеха, которую надо отбросить в сторону. Клыки воткнулись в щеки, а руки задрожали от великой несправедливости всего происходящего. Что бы она ни сделала, никакие ее подвиги не сотрут из памяти обитателей горы великого Джига Драконоубийцу. Ни победа над пикси, ни повелевание силами, которых Джиг даже не понимает, – все это не имеет не малейшего значения. Она ничто. Никто.
Мышь в яме напомнила о себе писком и порывом ветра от биения мощных крыльев. Тварь зависла рядом со Шрамом и остальными. Когти длиной с Векину руку потянулись к Брафу. Тот висел в самом низу грозди, зацепившись своим Багроклыком за пояс хобгоблина.
Здоровяк беспомощно дрыгал ногами, едва не срываясь.
– Джиг, помоги!
Века завизжала и дернула посохом, отодвигая Шрама и гоблинов. Одновременно она вытянула свободную руку, согнув пальцы, как когти. Магия бурлила у нее в ладони, пока она привязывала к себе нетопыря, проталкивая связующее заклятие в тело животного. Наконец ее сила запульсировала в каждой вене, каждой косточке, каждой капельке крови. Ее воля магической паутиной сомкнулась вокруг мыши, контролируя каждое движение твари.