Голод

Два часа спустя.

– Здравствуйте Василий Петрович.

– Здравствуйте, Фёдор Александрович.

– Слышал, что вашу жену повысили… Поздравляю, нашей стране нужны грамотные управляющие школ, ведь наши дети – это все!!!

– От Вас, ничего не скроешь, – на лице Василия Петровича появилась наигранная улыбка.

– Такова моя работа, – глаза Фёдора Александровича смотрели исподлобья, они сверлили окружающее пространство словно, думали, что оно от него, что-то скрывает. Это было профессиональное, ведь быть доверенным лицом нашего государства – тяжелое испытание: необходимо было правильно смотреть, правильно говорить, правильно двигаться и правильно думать.

Руки профессора немного дрогнули, появился нервный тремор, он понимал, что, то, что ему предстоит сказать, может кардинально повлиять на его судьбу и не только.

– Наверное не стоит мне Вам долго объяснять, почему вы здесь находитесь.

– Не стоит.

– Ну, что ж, тогда чайку, с конфетами?

– Спасибо Фёдор Александрович, я не хочу Вас задерживать и скажу в двух словах – у нас есть результат.

– Я в Вас не сомневался Василий Петрович.

Новость для Фёдора Александровича и вправду была хорошей, хороший результат, да вообще, – результат, – значит, что руководство будет довольно, – значит все мы движемся в правильном направлении, значит все мы «кушаем хлеб» не зря.

– Мне можно доложить?

– Давайте не будем спешить, мы покажем все вам, затем нам нужно некоторое время на проверку, ну вы понимаете, что это не автомобиль собрать – это же …

– Понимаю, понимаю … Доложите когда все будет готово.

– Через два дня, мы будем готовы продемонстрировать…

– Хорошо!

– Я могу…

– Да-да, не задерживаю.

***

На следующий день лаборатория.

– Ну что, что сказали, – выпалил Константин снимая маску.

– Два дня. Ты подготовил белок?

– Да, подготовил, весь день вчера с ним провозился. И даже по-до-брал бу-ду-щих кан-ди-да-тов.

– Ты же понимаешь, что это нам не поможет. Нас ждут полы этих лабораторий.

– Да, Василий Петрович, – понимаю, но нам главное выиграть время, а увиденное шоу произведет хорошее впечатление, ну, а потом, потом, что-нибудь придумаем…

– Эх, не нравится мне все это. Готовь своих кандидатов.

И Константин с каким-то азартом побежал к клеткам.

Тем временем Фёдор Александрович Шишкарёв полковник разведывательного подразделения РФ, а ныне обеспечивающий внутреннюю безопасность института «Заслон», решил проехаться по местам скопления людей, его задачей было искать врага, словно пёс он вынюхивал противника, скрывающегося в городской суете. Всматриваясь в глаза, в поведение, в одежду, вслушиваясь в разговор на улице, он искал нетипичное, неправильное, подозрительное поведение… Война шла не только в лабораториях, но и между агентами спецслужб, ведь то оружие, которое разрабатывали ученые, могло поставить на колени целые страны, да, что там страны – континенты.

С холщовой сумкой в руке, в кожаной кепке и в обычной серой куртке на синтипоне он вышел из служебного «уазика». Да, именно так УАЗ 469, стал воистину бессмертным, это творение наших инженеров было гениальным и простым, его создатели, как-будто видели будущее на много веков вперед. Минимум электроники, ремонтопригодность и неприхотливость к топливу, делали эту машину самой надежной в своем классе. Она снова выполняла то, к чему был предназначена: к тяжелой работе, в тяжелое время.

Фёдор направился к большим дверям «Распределительного Центра». Теперь в местах бывших торговых комплексов, все было по другому, они представляли собой многофункциональные склады с пунктами выдачи, где люди искали им нужные товары и предъявляли талоны на них. РЦ №-56 расположился недалеко от объездной дороги города Свердловска, через которую виднелась мрачная шеренга сосен, своими вершинами упирающимися в низко проплывающие свинцовые тучи.

У входа стояли военные держа в руках автоматы, черные респираторы и темные стекла защитных очков скрывали их лица. Военные в нашей жизни теперь были повсюду, они обеспечивали безопасность на улицах городов и не давали повод недовольным устраивать беспорядки. Подойдя ближе Фёдор достал, как и все пропуск и после сканирования, его пропустили во внутрь. Пройдя несколько метров от входа, он заметил до боли знакомый образ. Это была женщина в пальто кремового цвета, с уложенными золотистыми волосами в берет.

– Алла? – окликнул Фёдор.

С небольшой заминкой женщина обернулась.

– Федя? Ты что, за мной следишь?

– Работа такая, ты же знаешь. – он попытался улыбнуться.

– Я думала мы уже все обсудили.

– Всё так, но, прошу, не лишай меня этих невинных встреч. Я здесь правда по работе… Дома всё в порядке? Ты ничего не заметила в…

– Мы что, будем обсуждать это здесь?

– Ну, да, здесь. Улыбайся, будто я твой давний знакомый, не мне тебя учить, как это делать, у тебя как я помню были на много лучше моих оценки по эмоциональной скрытности.

– А вот ты, я вижу до сих пор все показываешь на своем лице, – она уже хотела вернуться в очередь, но потом снова повернулась, – Ну, и что… ты думаешь я буду стучать на своего мужа? – в глазах Аллы скользнуло презрение. – За кого ты меня принимаешь?

– Я сегодня разговаривал с ним. Мне показалось он был напряжен больше обычного. Ты не думай ничего такого, просто, никому не будет хорошо если что… Я просто обязан играть на опережение…

– А ты всё ради своей работы стараешся? Ты еще не устал?

– Ради будущего…

– Не смеши, – она немного помолчала, затем продолжила, – я люблю Василия и если это ему поможет? Да, был, в своих мыслях, но ничего другого я не заметила.

– Спасибо… Послушай мне вот на работе дали, – и Фёдор достал из своей холщовой сумки коробку конфет, – но я к этому ты же знаешь, не очень, – медленно положил их в сумку Алле.

Конфеты и вправду были дефицитными: фабрики «Красный октябрь», такие редко привозили в РЦ, а если такое случалось, то их быстро разбирали.

– Не поможет…

– И не думал… Мне пора, у меня еще много работы. Пока. Увидимся. – с какой-то легкостью и наивностью в глазах произнес Фёдор эти слова.

Алла снова встала в очередь и снова перекладывала сумку с продуктами из одной руки в другую, она не стала смотреть в след уходящему Фёдору, а только посмотрела на часы, и с легкой, даже несколько холодной надменностью ответила взглядом на взгляд, тех кто искоса или может с какой-то завистью посмотрел на неё. «Я ведь не хотела так с ним. Зачем я ему нагрубила? Может… хотя это уже не важно».