Гололед

Ближе к обеду, когда я чистил стволы, подошел ко мне и спросил:

– Ты из спортсменов?

– Нет, но из короткоствола стреляю с детства.

– Из каких, пистолетов.

– Однозарядный самопал, люгер, вальтер.

– Эхо войны?

– Севастополь.

– Ну тогда ясно, а то еще немного и я бы поверил, что крокодилы летают. Свободен, Касимов, отчет будет утром.

Сказал он подошедшему старшему лейтенанту.

– Ну теперь можно и поесть. Война, войной, а обед по расписанию.
– сказал Касимов.

В оружейной комнате он достал из шкафа, чудное оружие, АКМ с откидным прикладом и подствольником с пистолетной рукоятью рукоятью:

– Это бесшумный стрелково-гранатометный комплекс "Тишина", состоит из автомата АКМС с глушителем ПБС-1 и бесшумного подствольного гранатомета БС-1 (РГА-86). Вышибных патронов в рукояти гранатомета десять, калибр гранатомета 30 мм, граната кумулятивная.
– начал инструктаж старший лейтенант.

– Это прибор бесшумной стрельбы, навинчивается на ствол автомата вместо тормоза-компенсатора. Смотри - это неполная разборка, вот - сборка. Повтори. Норма.Иди в каптерку возьми РД, загрузимся боеприпасом.

Под моим умоляющим взглядом, Касимов дал мне еще второй цинк 7,62х39, всего более 1300 патронов. Выдал 20 практических гранат и столько же вышибных патронов. Вес РД потянул за тридцать килограммов.

Поехали на стрельбище и там я оторвался, по полной. Хватило пары магазинов привыкнуть к оружию, стрелял на 100 и 200 метров с ПБС и с дульным компенсатором А из гранатомета на 150 метров. Прервались мы только на ужин. Сжег весь боезапас, Касимов смотрел на меня с усмешкой, зато инструктор с явным одобрением.

– Я думаю с Кирилловым вы споетесь, тот такой же фанат. Только бы попалить, - сказал Касимов.

– Кириллов, это кто?

– Это лучший снайпер бригады и не только. Завтра с ним пойдете на стрельбище. А теперь чистить оружие, сдать старшине.

– Слушаюсь товарищ старший лейтенант.

– Сдашь оружие, пойдешь в санчасть, там опять с тобой поработают. Ничего, мы все это проходили.

Спал я крепким сном младенца, наигравшегося вдоволь своими игрушками.

Утром капитан Валеев прочитал отчеты и чему то усмехнулся, Касимов ответил ему такой же понимающей усмешкой:

– Я думаю бате придется раскошелиться на Белорусский бальзам.

– А то, Хохол никогда не ошибался.

И я понял, каким образом я оказался здесь - меня сдал старший инструктор снайперов на курсах"Выстрел". Тот самый хитрый хохол, с идентичной кличкой.

Сидевший с моими командирами лейтенант, явно из сверхсрочников, невысокого роста с непропорционально огромными мозолистыми ладонями, только скупо скривил губы, неподвижного лица. Странно, но я его только заметил.

– Поступаешь под начало лейтенанта Кириллова, - сказал Валеев. Козлик возьмете в парке, дежурный. Распоряжение зампотехом получено. Кириллов, Лобанов имеет права.

– Ну идем лейтенант, - сказал Кириллов. как то плавно поднявшись со стула, будто перелился из одного положения в другое. В парке пересели с мотоцикла на ГАЗ-69А, я внимательно осмотрел машину, попробовал ее на ходу и только тогда расписался в журнале за путевку. Кириллов явно одобрил, а что, уж это мой профиль. В оружейной мастерской Кириллов достал из сейфового ящика стандартно укомплектованную СВД и, явно облизанную индивидуально, снайперскую винтовку Мосина с длинным стволом 1901 года.

Приказал мне разобрать каждую винтовку, поочередно, приготовить к стрельбе и собрать. Ну. это мы проходили и могем, тем более он меня не торопил. Затем получили, боезапас, много - обрадовался хомяк моей души. Переоделись в камуфляж, ботинки с мягкой подошвой, и отправились на стрельбище, где представились руководителю стрельб и он определил нам две снайперские позиции на огневом рубеже. Сначала стреляли строго по командам, но когда рота отстрелялась и убыла, к нам подошел заместитель руководителя стрельб и разрешил стрелять по готовности. Пошло много веселей. Кириллов поправлял и подсказывал мне взглядами, реже жестами, сказав за все время стрельб, не более двух десятков слов. При стрельбе из СВД начали с двухсот метров, Кириллов сказал чувствуй и я не торопился со стрельбой переводя огонь с фланга на фланг сектора, согласно его указаниям. Затем начали стрелять на скорость, он поднял руки и загибал пальцы в спорадическую очередность номеров мишеней. Периферическим зрением контролировал очередность мишеней - и так десять серий. А к концу обоймы, вдруг сжал оба кулака. Я быстро пополнил магазин и отстрелял его весь, по десяти мишеням. Оказалось правильно.

Кириллов тоже записывал, что то в своем блокноте. Затем перешли на 400 метров и далее на 800. Я старался, как мог и наконец понял странность поведения общавшихся со мной военнослужащих. На Кириллове это выглядело наиболее выпукло - это были Профессионалы и им не нужно было ничего доказывать ни себе, ни кому другому. Абсолютно без всяких понтов - все четко, уверенно, по делу. Это были не бравые машины смерти, этакие Джеймс Бонды, из Альфы, Зенита..., трущихся возле больших звезд и лампасов. Это были труженики фронтовой разведки, их работа напоминала работу мастеровых высочайшей квалификации.

Работники войны, таких людей я мог понять, даже понимал. Из винтовки Мосина стреляли после обеда, начали с 800 метров и последний рубеж был на 1200 метров. Патроны на стрельбу 1000 - 1200 метров, Кириллов мне дал свои, 10 обойм. И видно было, что он ими дорожил - штучная работа.

Закончили уже в глубоких сумерках, стрельбой из СВД на 400 метров, с тем же прицелом ПСО-1. Помощник нервничал, но умеренно, на выходе я достал из рюкзака и отдал капитану бутылку коньяка Коктебель. Кириллов одобрительно кивнул:

– Слушай Лобанов, у тебя очень знакомые ухватки. Какая у тебя была последняя кличка?

– Старшина.

Здесь он поинтересовался : "А Семеныч, наш старшина, тебе не родственник? Одна ухватка."

– У меня мужа тетушки зовут Семеныч

И я увидел, как суровое и бесстрастное лицо Кириллова, прорезали лучики смешинок у всегда прищуренных глаз и это меня поразило. Правильно говорил участковый на Сахалине:"Правда она разная." Так у меня появилась первая кличка - Старый и это у самого молодого в подразделении бойца.

Почистил оружие, отчитались за боезапас, сдали машину и из парка довез Кириллова до квартиры, в Марьиной Горке. А сам поехал по уже привычному маршруту: санчасть - общежитие.

А утром, опять у Валеева в канцелярии, разговор начался с меня:

– Ну Кириллов говорит, что ты - стрелок, без опыта и стажа. Но стрелок.

– Да стреляет он нормально, до уровня подразделения дотянет.

– Даже так... ну а сегодня Кириллов покажет тебе, чем отличается снайпер от стрелка. Ну, насколько это возможно в наших мирных условиях. Свободны.