Голос

— …Ручная работа наших местных умельцев, — похвалился президент.

Рива была очарована. Она обожала красивые вещицы, и когда позволяли финансы, баловала себя. Покупала безделушки, маленькие фарфоровые статуэтки, акварели и резные шкатулки. Своего дома у нее не было, поэтому она везла покупки к Дане в офис. Вскоре у той приемная превратилась в маленький музей, но Дана не жаловалась. Клиентам очень нравилось рассматривать коллекцию.

Президент со своим бокалом подошел к Риве. Тут же вынырнул официант с открытой бутылкой шампанского.

— Позвольте, — произнес Шон, забирая у андроида бутылку, — я сам налью вам.

Пенный напиток заиграл в драгоценном бокале, сделав его еще более праздничным и сверкающим. Даже жаль было выпивать такую красоту. Рива и мужчина скрестили свои бокалы, раздался нежный мелодичный звон.

— За Ривальдину Холлан! — громко воскликнул президент и пригубил напиток.

Рива поднесла бокал к губам. Он был достаточно тяжелым и неудобным. «Сколько же здесь камней и золота?» — мелькнула мысль.

— Дорогая, — вдруг неожиданно за спиной раздался голос Ноа, — пьешь без меня?

Рива резко обернулась, но не рассчитала расстояния, Ноа стоял слишком близко. Локоть уперся в грудь Ноа и кисть с бокалом наклонилась. Шампанское пролилось на пол. Часть напитка скользнула по подолу платья, и Рива почувствовала, как ноге стало мокро.

— Какая ты неуклюжая, — шутливо попенял Ноа.

Рива хотела сказать, что не нужно было так близко подходить, но ноге вдруг стало горячо и больно. Словно ее поджаривали на медленном огне. Рива тихонько зашипела сквозь зубы. Боль усиливалась. Приподняла подол, но из-за платья ничего не увидела.

— Госпожа Холланд, что с вами? — встревоженный голос президента послышался справа.

— Больно… — простонала Рива, — нога…

Ноа подхватил падающую жену.

* * *

«Это стало какой-то дурацкой традицией», — со злыми мыслями и отвратительным настроением Рива очнулась в больничной палате. Только теперь уже в госпитале на Альван. Дана сидела в кресле у окна, печатая что-то на планшете, хмурый Ноа стоял у окна и смотрел на город.

— Черт! Что произошло? — произнесла Рива, пытаясь приподнять ногу и что-либо увидеть.

Нога была целой.

Ноа раздраженно обернулся.

— А произошло то, что тебя опять хотели убить! — рявкнул он грубо, словно это Рива была виновата в покушении.

— В бокале был яд, — раздался в комнате усталый голос Даны, — в твоем подарке. Без вкуса, без запаха. Реакция запускалась от соприкосновения яда с живой человеческой плотью. В твоем случае, это должно было быть горло и пищевод. Достаточно было одного глотка внутрь…

— А что президент? — прошептала ошарашенная Рива.

— Сам был в шоке. Его допросили, а так же весь персонал, служащих, гостей. Андроид, который принес бокал, был перепрограммирован, а через десять минут после того, как тебя увезли в госпиталь, он самоуничтожился. Платы выгорели полностью. Следов нет.

— Кому ты перешла дорогу, дура?! — зло крикнул Ноа, буравя жену гневным взглядом. — Вспоминай!

— Кроме тебя никому! — так же яростно ответила Рива, сощурившись. — Это явно твои дружки из мафии. Ты мне скажи, кому ты задолжал!

— У меня сейчас нет долгов! — воскликнул Ноа. — По крайней мере таких, которых нужно опасаться. И откуда ты знаешь о мафии?!

— Хватит! — Дана встала и подошла к кровати. — Ты сам прекрасно понимаешь, что Рива неспособна сделать кому-либо зло. Она совершенно безобидна. Тут дело в другом.

— В чем? — фыркнул Ноа.

— Ее хотели лишить голоса. В первом и во втором случаях итогом стала бы искусственная дыхательная система. Злоумышленник не мог не знать, что ей бы быстро оказали медицинскую помощь. Только в первом случае был процент вероятности, что Рива погибнет. Во втором его не было вовсе.

— Может, конкуренты? Завистники? — спросил Ноа. — Кто у нас оперные певицы галактического масштаба? Те, которые бы стали первыми после Ривы?

Дана задумалась.

— Анжелика Тром… Ванесса Ярская…

— Нет, — вклинилась в разговор Рива, — я их хорошо знаю. Они не могли это сделать. Они любят искусство, так же как и я. И понимают, что значит лишиться возможности петь…

— Наивная девочка, — фыркнул Ноа, — ничему жизнь не учит. Ладно, я прощупаю почву, поспрашиваю по своим каналам.

— Сколько это будет стоить мне? — прохладно поинтересовалась Рива.

— Не переживай, любимая, — ласково улыбнулся Ноа, — я оплачу растраты из своих запасов. Мне выгодно, чтобы ты всегда оставалась здоровой и невредимой.

Ноа прижался к губам Ривы в коротком поцелуе, от которого она не успела увернуться, и вышел за дверь. Девушка медленно стерла вкус его губ тыльной стороной ладони.

— На твоих ногах остались небольшие ожоги, как от кислоты, — произнесла Дана. — Пока будешь носить комбинезоны, брюки, темные чулки. Врачи обещали, что со временем, не останется никаких следов.

— Мне страшно, — вдруг прошептала Рива, — два раза мне просто повезло чудесным образом. Первый — у меня сильно болела из-за Ноа голова, и я попросила убрать цветы. Второй — Ноа подтолкнул мой локоть, и бокал опрокинулся… — Рива вдруг хихикнула.

— А ты знаешь? — ее глаза сверкнули озорством, — в обоих случаях моим ангелом-хранителем был Ноа. Может, зря я на него накинулась?

Девушки громко расхохотались.

— Да уж… Хорош ангел-хранитель! И дьявола не нужно с таким ангелом. Но идея о телохранителе у Ноа была правильная. В следующий раз так может не повезти.

* * *

Девушки у Аллы были профессионалками. Они не лезли в личное пространство клиента. Не задавали вопросов, не попадались на глаза, не просили подарков и сводить в ресторан. Поднимались в спальню по звонку и выполняли все пожелания заказчика.

Но Рея все раздражало. Умом он понимал, что девушка не причем. Дело в нем самом. Поэтому старался реже сталкиваться с Моникой, поселил ее на втором этаже и виделся только ночью, под покровом темноты.

Он выбрал ее из сотни 3D портретов на сайте эскорт услуг «Элитный отдых». Фигуристую блондинку с высокой грудью, голубыми глазами и IQ 160. Он всегда заказывал девушек у них, и ни разу не был разочарован.

Моника была умна, красива, могла поддержать разговор на любую тему, сыграть с ним в шахматы или бильярд. У нее даже имелся сильный звонкий голос, и она неплохо пела, но Рей сразу же заткнул ей рот: «Я люблю тишину». В постели Моника умела все. Была и страстной, и застенчивой, и пылкой, и робкой. Но через неделю Рея стала бесить ее манера вскидывать голову, улыбаться уголком полных губ, ходить по дому в наушниках, пританцовывать, есть, пить, дышать… Ее услуги были уплачены на месяц вперед, как и шикарная двухэтажная вилла в бухте Роуз. Прекрасное море, чудесная природа, великолепная кухня и страстная любовница в постели… Что еще нужно?