Гонзаго
Шрифт:
У Понукарова все так и оборвалось внутри.
«Ну теперь-то, кажется, все. Здравствуйте, девочки, приехали! Нет, предчувствие его все же не подвело. Не зря эти птички поганые появились, ох, не зря! Вот и не верь после этого своей внутренней интуиции! Кажется, и этот почтенный доктор Гонзаго не ошибся в своих мрачных прогнозах. К сожалению. К очень большому сожалению. М-да… Конечно, странно. Как можно заранее предвидеть результат?.. Но ничего, как говорится, не попишешь, надо готовиться к этой самой его… авантюре», — и тут же услышал ворчливый голос помощника:
— Так и знал, что накаркают, заразы… Ну, а что же защитники-то, черт бы их побрал, как будто им кто-то ноги подкосил. Совсем офонарели! Альбертович, ты посмотри, ходят по полю, как беременные бабы, мать бы их в
Тут же у Понукарова в кармане вновь зазвонил телефон.
Звонил президент клуба. Раздражение у него так и прорывалось наружу.
— Альберт Альбертович, ты же все нити игры потерял, не команда, а стадо баранов. Срочно выпускай замены, надо во что бы то ни стало переломить ход матча. Ты посмотри, сколько людей на стадионе, яблоку негде упасть, давно такого не было видно, а мы, как какие-нибудь раскисшие девочки, никакого тебе сопротивления. Чего доброго, по такой игре сейчас и еще закатят. Надо меры срочно предпринимать. Альберт Альбертович, не жди позора, давай действуй. Ну что за игра в защите? Кто им деньги платит, мы или «Спартак»? Губернатор разочарован. Альберт Альбертович, ты понял меня? Да действуй же, я сказал…
Понукаров только успел поменять защитника и нападающего, как вместо перелома в игре, в ворота его команды влетел еще один мяч.
Стадион разочарованно охнул, протестующее засвистел, и болельщики, ругаясь и плюясь, начали тут же в массовом порядке покидать места на трибунах.
Шла семьдесят первая минута игры.
Понукаров словно окаменел. Он чувствовал, что уши его ужасно горят. А изнутри душил стыд за такой позорный проигрыш и счет, да еще при таком стечении свидетелей. Но до конца матча счет мог стать и совсем неприличным. Назревал крупный скандал, как и предсказывал сегодняшний посетитель. Но ведь это не договорная игра. Если бы что, он бы уж наверняка знал…
Понукаров достал телефон и набрал нужный номер. Руки его дрожали. В трубке ответили.
— Михалыч, — отрешенно прохрипел он, — ну что там, парень, о котором я тебе говорил, появился? Да? Ну давай его мигом сюда. Через три минуты его выход на поле. — И, выключив телефон, пробормотал сам себе: — A-а, черт с ним со всем, теперь все равно уж хуже не будет.
Буквально через минуту начальник команды Иван Михайлович Горюнов привел к скамейке худенького паренька с тринадцатым номером на спине.
— Вот, Альберт Альбертович, доставил в целости и сохранности…
Парнишка застенчиво порозовел:
— Здравствуйте, Альберт Альбертович!
— Спасибо, Михалыч, — вскочил Понукаров и тут же, обняв за плечи новичка, отвел его немного в сторону и быстро заговорил:
— Привет, капитан Немо, слушай меня внимательно. Не знаю, кто ты и что ты, но все так сложилось, что ты сейчас должен выйти на поле. Ты это хорошо понимаешь? — Парень в ответ лишь смущенно кивнул головой. — Конечно же, это вне всяких правил, и в первую очередь — моих. Надеюсь, что тебе это тоже ясно? Не обижайся, но скажу откровенно: для всех нас ты, дорогой мой, как кот в мешке — совершеннейшая загадка. Но… выбора у меня, к сожалению, нет, и рассусоливать по этому поводу сейчас уже некогда. Меня… очень, — сделал он ударение на этом слове, — просили тебя выпустить именно на семьдесят шестой минуте. Почему так и что за блажь у твоего протеже, мне тоже пока невдомек. Да и некогда мне тут голову ломать. Но уговор есть уговор. Это — как раньше было купеческое слово. Дал его — словно договор уже подписал… Но, что бы там, — кивнул он в сторону поля, — ни получилось, об этом моя скупая мужская просьба к тебе: ни-ко-му. Ты это тоже понимаешь? — снова взглянул он вопросительно. — Парень вновь утвердительно кивнул. — Так вот, будешь играть в центре, вместо Володи Митина, под номером десять. Учить мне тебя некогда, но я предупредил капитана, чтобы тебе дали возможность пообщаться с мячом. Поэтому… играй, пробуй, а уж что получится, скоро увидим. Ну, так ты готов?
— Да, конечно, — более смело ответил парнишка.
— Ты раньше-то где играл? — непроизвольно спросил Понукаров и тут же обреченно махнул рукой. — А, это сейчас
и неважно. Короче все, уже твое время пошло. Ну, капитан Немо, не посрами земли ярославской, — сыронизировал он напоследок.Понукаров дал указание срочно заменить десятого номера новичком и снова застыл в тревожном ожидании.
На скамейке у всех, кто там был, удивленно вытянулись лица, а Володя Каменков, пожав плечами, сразу придвинулся.
— Альберт Альбертович, разреши полюбопытствовать. Это кто же такой, что за парень? Почему о нем мы никто ничего не знаем? Как же так? Ты что, Альбертович, уже нам не доверяешь, сам отдельно готовишь игроков?..
— Володя, — перебил его сквозь зубы Понукаров, — давай не мели чепухи. Ты же вроде меня знаешь не первый день. Но, видишь ли, этот случай — особый. Совершенно особый! Не все здесь зависит и от меня, поэтому не задавай мне сразу столько сложных вопросов, дорогой. И так муторно на душе. Вляпались в такое дерьмо! Ты же видишь. Дома, на глазах у всего города… Не обижайся, но даже разговаривать сейчас не хочу. Давай будем просто смотреть… Впереди, как ты, надеюсь, догадываешься, с некоторыми штатскими нас с тобой еще ждет очень душещипательный разговор. Конечно же, после игры. Но разговор состоится, это уж точно! Так что начинай уже сейчас готовиться к нему. Ну все! Смотрим на поле! — И он тут же отключил свой сотовый телефон.
Замену провели вовремя, и диктор по стадиону, как всегда, четко и бодро объявил:
— В команде «Шинник» проведена замена. Вместо выбывшего из игры Владимира Митина, номер десять, на поле вышел Алексей Немов, номер тринадцать.
Было видно, что подобная замена у игроков «Шинника» вызвала тоже полное недоумение. Они пожимали плечами и пытались друг у друга узнать, кто же это такой. Капитан команды что-то быстро шепнул нескольким игрокам, кто был поближе к нему, и игра продолжилась.
Алешка лишь самые первые мгновения чувствовал себя не в своей тарелке. Все же незнакомая обстановка и партнеры, на которых раньше приходилось смотреть только с трибуны стадиона. Но он отлично всех их знал заочно, наблюдая за хитросплетениями любимой игры, и, конечно же, всегда с тайной завистью и немыслимой надеждой желал хоть на минутку оказаться среди них на зеленом газоне поля среди ревущих трибун… И вот, кажется, что мечта сбылась. Не во сне, а по-настоящему, наяву! Он самым невероятным образом очутился здесь. Правда, под чужой фамилией, но это и неважно, а даже наоборот, придает всей истории определенную таинственность и интригу. А это так горячит кровь! Прямо как в сказке, какой. Ну пусть не Шумилов, а Немов. Так его убедил этот странный доктор Гонзаго, который только вчера вечером, как счастливая комета, неожиданно ворвался в его жизнь. Но хоть имя-то свое и то ладно.
Конечно, он и сам понимал, что если играть под своей фамилией, то потом может быть множество самых разных неудобств, начиная с бесконечных расспросов: отчего, почему, а как так… И у него и, разумеется, у его родителей. Ну, родителям-то дома потом можно будет все объяснить… И зачем это нужно? А так: ну играл какой-то Алексей Немов, ну очень похожий на меня, и что из этого. Мало ли в жизни похожих людей! Вон целая команда двойников знаменитостей колесит по стране и тем самым зарабатывает себе деньги на хлеб.
Но сейчас все это неважно. Сейчас сбывается его самая заветная мечта: он выходит на настоящее футбольное поле настоящего стадиона в игре против не какой-то простой команды, а против самого чемпиона страны «Спартака». И весь матч транслируют по центральному телевидению! Фантастика! Нет, в это трудно даже поверить…
Ну и доктор Гонзаго! Просто отличный мужик! Как все устроил! Ну и пусть команда проигрывает с разгромным счетом. Надо постараться. Доктор Гонзаго как-то загадочно намекал, что он, Алексей Шумилов, а на поле Немов, сможет повлиять на результат игры. Странно, но как это можно предвидеть? Совершенно непонятно! Может, так, уж просто подбадривал? Но вот смог же вчера Гонзаго предвидеть, что Валерка Собелкин не забьет с трех метров в пустые ворота. А какие мячи сам брал с одиннадцатиметровой отметки! Так, ну все. Все посторонние мысли вон из головы. Все мысли только об игре!