Гонзаго

В речи говорившего отчетливо улавливался какой-то иностранный акцент.

— Только что, уважаемая публика увидела у себя на глазах необычную вещь — перевоплощение хромоногого старца в полноценного человека. Ну и мой маленький трюк, надеюсь, тоже немного порадовал вас. Однако, должен заметить, что в жизни иногда случаются тоже абсолютно нерядовые события, но они, к сожалению, по разным причинам остаются для большинства граждан незначимыми и малозаметными. Вот, к примеру, написал человек интереснейшую книгу о совершенно невероятных с точки зрения здравого смысла и привычной логики похождениях… так скажем, — он сделал паузу и загадочно обвел глазами зрительный зал, — таинственных личностей, о части из которых упоминал еще всеми уважаемый Михаил Афанасьевич Булгаков. Надеюсь, что большинство из присутствующих здесь граждан читают хорошую литературу и знают, что был такой в прошлом веке писатель. И все, что описал в своей книге тот самый человек, о котором я сейчас говорю, уверяю вас, было совершеннейшей правдой. Но творение рук и ума его осталось малозаметным событием, хотя и не является по своей сути таковым. И одним из многочисленных доказательств тому послужил живой интерес к этому произведению и приезд в ваш город любознательного читателя и журналиста Михаила Распопова из города Сергача, о чем написали газеты, и рассказало телевидение, и который так же сегодня находится среди вас. И я со всей ответственностью должен сказать, что в своем стремлении он не одинок.

А теперь разрешите вам представить и пригласить на сцену вашего земляка и с некоторых пор самого настоящего писателя — Шумилова Валерия Ивановича. Прошу вас, Валерий Иванович, пройдите сюда! — и Гонзаго устремил свой горящий взгляд на шестой ряд и тринадцатое место.

Сильное удивление отобразилось на лице Веры Николаевны, жены Валерия Ивановича, и она тут же радостно толкнула в плечо своего смущенного супруга:

— Валерик, да ведь это же о тебе говорят! Слышишь? Ну, давай, иди же скорей. Тебя приглашают на сцену.

Валерий Иванович поднялся с места, и тут же все взгляды присутствующих устремились к нему, а зал начал освещаться десятками вспыхивающих фотокамер.

Шумилов в светлом нарядном костюме, испытывая явную неловкость за столь пристальное внимание к нему, под аплодисменты зала вышел в проход и быстрым шагом поднялся на сцену.

Гонзаго поприветствовал рукопожатием Шумилова и снова обратился к сидящим в зале:

— Дамы и господа, уважаемая публика, я должен вам откровенно признаться, что это событие не могло остаться и, как видите, не осталось незамеченным для внимания нашей организации, которая по единодушному мнению решила отметить высокой премией столь знаменательный факт. Разрешите же мне вручить именной чек на сумму в сто тысяч американских долларов автору замечательных строк и пригласить его в небольшое двухнедельное путешествие на побережье Франции, в славный город Ниццу. — Тут же заиграла торжественная музыка, и доктор Гонзаго под беспрерывные вспышки сотен фотокамер и аплодисменты зрительного зала еще раз торжественно пожал руку Валерию Ивановичу и вручил ему плотный конверт с именным чеком на указанную сумму.

Раскрасневшийся от приятной процедуры Валерий Иванович Шумилов в нескольких словах выразил благодарность за высокую оценку, как он выразился, столь скромного труда и возвратился на законное место к довольным и гордым за своего мужа и отца членам семьи, а доктор Гонзаго снова обратился к зрительному залу:

— Уважаемые горожане и многочисленные гости! По сложившейся традиции сегодня на этой земле празднуется очередной, девятьсот девяносто второй день рождения города, который ведет строгий отсчет с момента первого пребывания в нем князя Ярослава, прозванного в народе Мудрым, и чей памятник находится на площади рядом со стенами Спасского монастыря. Однако, к радости горожан и ради исторической справедливости, должен ответственно заявить, что, по точным сведениям нашей организации, князь побывал на этой самой земле на целых восемь лет раньше предполагаемого историками срока, как принято с некоторых пор считать. А именно — в это же самое время, в конце мая тысяча второго года по существующему сегодня летосчислению, пока после позднего в том году половодья еще держался довольно высоким уровень воды в реках. А значит, — он сделал паузу и обвел взглядом сидящих в зале, — по всем правилам и существующим законам город должен отмечать свое тысячелетие именно сегодня, а не как намечено — лишь в две тысячи десятом году. — По залу побежал шумный ропот, а на лицах многих ответственных лиц проступило недоумение. — Вот еще, почему я счел необходимым ознаменовать эту круглую дату в жизни города совершенно необычайным и надолго запоминающимся событием, каким является этот единственный в мире концерт!

Я заранее предвижу, сколько самых разнообразных вопросов вызовет мое сегодняшнее заявление. Но, уважаемая публика, я должен заметить, что историческая справедливость не продукт для частого употребления, имеющий ту или иную степень свежести и иные потребительские качества, а оттого и соответствующую разницу в цене. Это, прежде всего, голый исторический факт и больше ровным счетом ни-че-го, — произнес он раздельно по слогам. — Да, да, именно так! Это событие, которое имело место быть. А уж через свидетельства очевидцев и, как у вас говорится, устное народное творчество этот факт со временем превращается в письменный источник информации об имевшем место событии с той или иной степенью искажения благодаря фантазиям отзывчивых летописцев. О некоторых же событиях, как вы понимаете, и вообще никакой информации не остается. В подтверждение же своих слов я хочу сказать следующее. — В зале повисла гробовая тишина. — Не имея никакого источника информации о дате основания города князем Ярославом, как уже многие из вас знают, в свое время один из ваших ученых-историков вычислил, что город был основан не позднее, — сделал он ударение на этом слове, — 1010 года, последнего года пребывания князя Ярослава на троне в Ростове Великом. После чего он отбыл к новому месту службы на опустевший после смерти его брата княжеский трон в стольный город Великий Новгород. Вот эта самая дата и стала официальной версией, как дата основания вашего славного города. Но, подчеркиваю, что дата очень приблизительная, потому что других источников, указывающих на точное время известных событий, увы, тогда не нашлось. — И в подтверждение своих слов он развел ладони рук в стороны. — Но должен также заметить, что всегда возможны и другие источники информации, в которых различные события того давнего времени с большой долей уверенности должны были быть записаны княжескими летописцами Ярослава Мудрого. Здравый смысл говорит о том, что не мог основатель первого книжного хранилища, которое еще называют библиотекой Ярослава Мудрого, оставить факт основания города, нареченного своим именем, без соответствующего внимания. — Гонзаго сделал паузу и торжествующим взглядом обвел зал. — И вот, как это принято говорить, по счастливому стечению обстоятельств в одной из частных коллекций лица, ни при каких обстоятельствах не желающего сегодня называть своего имени, нам удалось обнаружить сохранившуюся копию первоисточника, упоминающую известные события и датирующую их именно 6510 годом по Константинопольскому календарю, что, как знают историки, соответствует 1002 году по настоящему летосчислению. Поэтому наша организация посчитала своим долгом довести эту новую, более точную и, надеюсь, приятную информацию до вашего сведения. — Гонзаго улыбнулся и глубоко вздохнул. — Вполне возможно, что через какое-то время эти записи летописца станут достоянием широкой общественности, а пока… а пока нам приходится соблюдать данное владельцу этого редкого документа обещание и сохранить место его пребывания в строжайшей тайне…

Но довольно слов, — голос Гонзаго возвысился. — Пора переходить к главной теме нашего сегодняшнего представления. Чувствую, что терпение уважаемых зрителей уже на исходе.

Не успела пораженная рассказом Гонзаго публика открыть и рта, как свет в зале совершенно погас, а сцена осветилась зеленовато-синим сиянием, в бликах которого было видно, что оратор, подняв голову, устремил взгляд свой, а за ним и руки высоко вверх и что-то проговорил. И тут же прямо к черной фигуре доктора сверху пробежали несколько зеленоватых молний и на глазах изумленных людей мгновенно съели его. Наступила кромешная тьма, а затем вновь вместо занавеса вспыхнул участок звездного неба и какая-то светящаяся точка, которая, приближаясь, быстро вырастала. И вот уже всем стало видно, что это с огромной скоростью несется тело большого метеорита, оставляя за собой в темном пространстве бледный огненный хвост.

Но что это! На глазах у застывших зрителей метеорит начал менять свои очертания! Стали различимы три конские головы, а за ними появились фигуры и самих животных, в бешеной скачке летящих сверху вниз и везущих за собой какой-то сказочно-дивный экипаж. Зрелище было поразительным. Но неожиданно фигуры животных начали бледнеть и размываться, как и все изображение в целом, и через какие-то мгновения они бесследно пропали, а небесный экран словно выключился. И вот уже по сцене поползли седые туманы, а на заднем фоне где-то далеко вспыхнуло сиренево-малиновое зарево, которое, переливаясь и набирая цвет, словно солнце, вставало над горизонтом.

Зрители с замиранием сердца смотрели на это дивное великолепие.

В это же самое время, как рассказывали потом многочисленные очевидцы, вне концертного зала, на улице, тоже происходили совершенно удивительные вещи. Черные тучи сошлись вместе как раз над «Ареной-2000» и закружились в яростном водовороте, гигантский хвост которого опустился на крышу концертно-спортивного комплекса и поглотил его, а на близлежащую округу опустилась какая-то сумеречная мгла. Сверху по этому хвосту начали сбегать страшные синие змеи молний, исчезая затем где-то внизу. А потом послышалось сильное громыхание, очень похожее по звуку на проносящийся экипаж.

Находившиеся в это время поблизости люди начали в страхе разбегаться кто куда. А из окон зданий, что расположены вблизи этого культурно-спортивного заведения, некоторые самые любопытные и глазастые наблюдатели смогли-таки рассмотреть что-то вроде огненной тройки лошадей, катящих за собой объятую бледным синим пламенем диковинную карету, которые, спустившись по этой страшной воронке вниз, затем пропали где-то на уровне крыши. И как только огненный экипаж исчез из поля зрения, так мгла и всякие тучи в районе «Арены-2000» быстро растаяли, обнажив в голубом небе клонившееся к закату яркое майское солнце.

Но давайте вернемся внутрь зрительного зала, где завороженная всякими фантастическими изменениями публика во все глаза смотрела на сцену в ожидании новых неожиданностей. Но на этот раз ничего необычного не произошло. Просто в левой части сцены вспыхнул голубой конус, в центре которого все вновь увидели ведущего концерта, назвавшегося Ордалионом Черторижским.

— Уважаемые зрители, — обратился молодой человек к публике, медленно прохаживаясь по сцене, — прежде чем начнется самая ожидаемая часть нашего представления, я должен расставить, как говорится, все точки над «и», доведя до вашего сведения следующую очень важную и просто необходимую, как вы потом поймете, информацию.

Как мы вас уже предупреждали и как вы сами прекрасно понимаете, это не обычное, рядовое мероприятие, связанное с выступлением мировых знаменитостей, поэтому по ходу представления всем вам нужно соблюдать некоторые, в общем-то, абсолютно обычные правила и условия. Если же выразить мысль совсем кратко, то я должен вас предупредить, что можно делать, а что нельзя. Но это, как вы в дальнейшем поймете, совершенно оправданные ограничения.

Безусловно, можно и даже нужно приветствовать исполнителей, аплодировать им, плакать, смеяться, восхищаться и, естественно, удивляться их необычайному природному таланту. Но, — ведущий предупредительно поднял указательный палец правой руки вверх, — категорически нельзя, — он сделал короткую паузу и замер, глядя в зрительный зал, — выбегать на сцену, стремиться проникнуть за кулисы, в знак восхищения дарить цветы или что-то другое, на радостях пожать руку или выразить свои чувства восторженным страстным поцелуем, пытаться заговорить с артистами или же с чьей-то помощью передать им записку или признательное письмо. Запись на видеотехнику без специального разрешения тоже категорически запрещена. Во избежание всяких неприятностей и недоразумений прошу уважаемую публику придерживаться установленного порядка. Надеюсь, что вам все понятно?!