Горизонты нашей мечты

— Сиори! — Май ухватил ректора за плечи и несколько раз встряхнул. — Ты меня понимаешь? Ты меня слышишь?

— Кадет Май! — сквозь зубы проскрежетала Сиори. Из ее носа потекла тонкая струйка крови. — Перестань меня трясти. Уходи, немедленно! К выходу!

— Там принцесса! — мальчишка ткнул пальцем в сторону гостевой трибуны. — Ее нужно спасти! Любой ценой, слышишь? Дай Мире ключ-перстень, чтобы она меня авторизовала!

— Ты не можешь контролировать…

— Могу! Времени нет, ты, тупая кобыла, по башке трахнутая идиотка! Ты можешь думать не по Уставу, а своей головой? Мне перстень силой отобрать?!

Раздался скрежет камня о камню. Мира замерла. Ком щупалец на гостевой трибуне дрогнул — и принялся медленно сползать… нет! Вся трибуна затрещала, захрустела, заскрежетала и резко сдвинулась под весом налипшей на нее демонической плоти. Она просела сначала на полсажени, затем еще на столько же — и, словно устав сопротивляться, с громким плеском и бултыханием обвалилась в бассейн. Тьма щупалец сомкнулась над ней и заколыхалась в прежнем ритме.

— Она сейчас захлебнется! — заорал Май, встряхивая Сиори, словно тряпичную куклу! — Я никогда не прощу, если она погибнет из-за тебя! Ты сама себе никогда не простишь! Хватит игр в кадетов и академии, она сейчас умрет по-настоящему!

— Май! — рявкнула возникшая рядом Грампа. Мимо них размеренно прыгали со скамьи на скамью два десятка третьекурсников из защитной шеренги. Двое мальчиков тащили под руки бессознательную Клию, на третьего тяжело опирался Саомир. — Ты что делаешь, драть тебя по самые гланды! Ты как со старшими разговариваешь?

— Стой, Гра! — Сиори тяжело поняла руку. — Он прав. Мира… сделай. Я помню, что тебе больно, но авторизуй его, ладно? Команда "цан", не забыла?

Она медленно стянула с пальца стальной перстень с гербом Академии на печатке и сунула его в ладонь опешившей Мире.

— Гра, помоги встать… — тихо попросила ректор. — Ноги не держат… Уходим.

— Но…

— Мы ничего не можем поделать. Май, оставляю все на тебя. Но только помни — если ты погибнешь, мне останется только умереть от позора.

— Не волнуйся, Сира, — Май успокаивающе провел рукой по ее волосам. — Все в норме. Меня очень непросто убить даже в вашем мире. Гра, вытаскивай ее отсюда. И хозяюшку мою прихвати сразу после активации.

— Если погибнешь, малыш, домой можешь не возвращаться. Урою! — сквозь зубы пообещала воспитатель. — Типи! — Она махнула рукой старосте третьего курса, невысокому коренастому парню со шрамом на левой скуле, над которым в воздухе плавала горящая белым пламенем шпага. — Ко мне. Видишь ее? — она ткнула пальцем в Миру. — Сейчас она авторизует Мая, и ты лично проследишь, чтобы она немедленно убралась отсюда. Ну-ка, Сира, пойдем, — она закинула руку ректора себе на плечо, и та начала медленно подниматься.

— Чего ждешь? — нетерпеливо спросил Май. — В темпе! Ну?

Он спрыгнул на скамью рядом ниже и выжидающе посмотрел на Миру.

Мира растерянно посмотрела на ключ-перстень в своей ладони. Решившись, она сунула в него указательный палец — как и в прошлый раз, перстень, поначалу свободный, тут же плотно обхватил фалангу.

— Цан! — сквозь стиснутые в ожидании боли зубы произнесла она, указывая на Мая.

Палец обожгло, но совсем не так сильно, как в прошлый раз. На сей раз перстень словно предостерег ее от излишней самоуверенности, но сильно наказывать не стал. В течение пары секунд ничего не происходило, и Мира успела перепугаться, что у нее не получилось. Но тут напряженное лицо Мая внезапно просияло озорной улыбкой.

— Все, сматывайтесь! — скомандовал он Сиори, Грампе, Мире и третьекурснику Типи. — Начинаем мясорубку по заявкам восторженных зрителей.

Он повернулся лицом к бассейну, выбросил в стороны руки, и рукава его рубашки лопнули изнутри. Огромные, чудовищной, непомерной длины полыхающие жаром отростки выстрелили в стороны и тут же, изогнувшись, вонзились в массу черных щупалец, извивающихся над бассейном. Бассейн словно взорвался и забурлил, словно гигантская кастрюля на сильном огне, и в стороны полетела отвратительная жижа вперемешку с ошметками плоти.

— Ничего не могу нащупать! — громко сказал Май. — Я, пожалуй, тоже искупнусь, ребята-зверята. А то другие в бассейне поплавали, и мне завидно.

Прыгая со скамьи на скамью, он сбежал к воде, крохотная фигурка меж толстых огненных хлыстов, растущих из ее плеч, и головой вперед нырнул в образовавшийся перед ним проем свободной от щупалец воды. К облакам рванулся новый столб пара. Мира стиснула кулаки. Он же погибнет!

— Все, уходим! — скомандовала Грампа. — Типи, за Миру головой отвечаешь.

— Понял, — сумрачно кивнул третьекурсник, казалось, совершенно не взволнованный происходящим вокруг. — Ну-ка, пошли.

Он толкнул Миру в спину так, что та едва не упала, подхватил ее в воздухе под мышку и заторопился к выходу. Девочка забарахталась, но третьекурсник оказался очень силен. Он стиснул ее так, что она почти потеряла дыхание. Типи проволок ее через вестибюль, в который выходили двери раздевалок, затем через двери, выводящие на площадь перед бассейном, где уже вперемешку шумели и волновались ученики всех четырех школ. Там он довольно грубо уронил ее на газон в нескольких шагах от сбившихся в группу второкурсников, среди которых Мира краем глаза заметила и Хану с Бохакой. Рядом бессильно опустилась Сиори, поддерживаемая запыхавшейся Грампой.

— Я должна вернуться! — отчаянно сказала Мира ректору. — Он мой фертрат! Я должна ему помочь!

— Кадет Мира, отдай перстень! — прерывающимся голосом приказала Сиори, протягивая руку. — И перестань дергаться. Ты ему больше ничем не поможешь. Перстень!

Мира глянула на нее, затем над возвышающегося над ней, сложив руки на груди, хмурого Типи, над которым по-прежнему плавала его шпага-Атрибут, и понурилась. Она медленно села на пятки, стянула с пальца ключ-перстень и протянула его ректору.

— Вот, госпожа полковник, — еле слышно шепнула она.

— Спасибо, — кивнула та в ответ, надевая перстень. — Гра, придется тебе еще раз мне помочь. Дай руку…

— Перебьешься! — грубо огрызнулась Грампа. — На тебе лица нет, Сира, сейчас сознание потеряешь. Вместо кишок, наверное, каша, а туда же — встать! Сиди и не дергайся, я сейчас носилки организую. Нашлась героиня-воительница! Другим отступать, а сама драться полезла?

— Госпожа лейтенант! — сквозь зубы проговорила Сиори. — Субординацию для тебя уже отменили? Я сказала, что мне нужно встать. Что непонятно?

Грампа скривилась, но больше перечить не стала. Она помогла Сиори подняться. Та отстранила ее руку и покачнулась, но на ногах удержалась.

Со сторона бассейна донесся грохот. По ушам ударило волной воздуха, а стекла в окнах здания мелкими осколками вылетели наружу.

— Где же он? — пробормотала ректор, глядя на здание бассейна. — Может, зря мы его оставили?

— В таком состоянии ты ничем не поможешь ему, — покачала головой Грампа. — Еще две минуты. Если не появится, я возьму кого-нибудь из паладинов и воев-священников и пойду обратно. Все равно нужно проверить, не осталось ли там детей из других школ. И где городская стража, когда она так нужна?..