Город без памяти

Кроты одновременно поклонились и поспешили к сцене.

– Стойте! – приказал им старик с попугаем на голове, когда они подошли близко. И как бы в ответ на его слова из оркестровой ямы поднялся лес копий и верхушки шлемов – оказывается, там затаились воины охраны.

Братья замерли.

Алиса, которая осталась стоять у входа, рядом с двумя воинами, разглядывала зал.

Вместо задника на сцене висели флаги, на каждом был нарисован белый слон. Алиса уже достаточно знала про этот мир, чтобы догадаться, что слон и называется здесь Радикулитом.

По сторонам сцены, незаметные, пока глаза не привыкли к полумраку, стояли две кучки людей. Справа – вкушецы, этих Алиса уже научилась узнавать, слева – мужчины, большей частью пожилые, бородатые, длинные одежды которых были изукрашены геометрическими знаками, словами, буквами, цифрами и непонятными значками. На головах этих людей были высокие черные цилиндры.

За троном возвышались два гигантского роста телохранителя, на головах которых были странные, чем-то знакомые шлемы – круглые, с кольцом сбоку. В кольца были вставлены пучки перьев. Что же напоминали эти шлемы? И тут Алиса не выдержала и громко засмеялась. Она поняла, что на головах главных телохранителей ночные горшки. С ручками.

– Кто смеется? – спросил Радикулит.

Тут же из темноты к Алисе кинулись два человека в темных одеждах и шапках, к которым были пришиты громадные уши.

Они схватили ее и поволокли к сцене.

– Ну, скорее, что там? – спросил Радикулит.

– Твои наушники-подслушники, великий господин, докладывают! – крикнул один из них. – Это девчонка.

– Зачем здесь девчонка?

– Разрешите сообщить, ваша милость, – сказал Правый Крот. – Разрешите сказать.

– Говорите, мои милые, – ласково произнес Повелитель. – Говорите, мои мальчики. Всю правду говорите. Ничего не таите.

Люди с пришитыми ушами держали Алису за локти. Не больно, но крепко.

– А зачем вам запасные уши? – тихо спросила Алиса.

Они не ответили, но Повелитель, у которого был изумительный слух, что, как известно, помогло ему пережить сорок четыре заговора и три восстания, ответил за них:

– Это мои наушники-подслушники, слухачи и доносчики. Моя опора и надежда. – Тут же Радикулит поглядел на Кротов. – Говорите, мои кровожадные, – сказал он. – Говорите.

Левый Крот сделал шаг вперед, поклонился и сказал:

– Как было велено, мы сели на корабли и приплыли в столицу по зову нашего Повелителя.

– Хорошо, люблю послушных мальчиков. Говорите, говорите.

– Мы взяли с собой драгоценные и редкие дары, чтобы обрадовать глаза нашего Повелителя.

– Говори, говори.

– В пути, остановившись на ночлег на Длинном острове, мы встретили уважаемого поклона Червяка Самоготолстого. Мы не имели к нему вражды и мирно провели ночь.

– Проверить! – приказал Радикулит, обернувшись к вкушецам.

– Проверено, – ответил один из них. – Это правда.

– Но уважаемый поклон Червяк Самыйтолстый возжелал получить вот эту девочку, на которую вы обратили свое благосклонное внимание, Повелитель.

– Почему? Что в ней особенного?

– Эта девочка – акробатка, она умеет делать такие трюки, которых не знают наши акробаты. Мы сами выучили ее этим трюкам и хотели привезти ее в подарок нашему грозному Повелителю. Разумеется, мы вынуждены были отклонить требование Червяка.

– Любопытно, – сказал Радикулит. – Продолжай, мой мальчик!

– А когда мы спустились на берег в столице, Червяк устроил засаду, чтобы отнять у нас девочку. Мы не нападали на него, но защищались. И в бою подлый Червяк был убит.

Повелитель обернулся к вкушецам. Один из них вышел вперед и наклонил голову. Но сказать ничего не успел, потому что с одного из кресел, что стояли полукругом у сцены, вскочил очень высокий и страшно худой поклон и закричал:

– Я, Червяк Самыйдлинный, требую казни этих ничтожных самозванцев и жалких лесных бродяг за смерть моего возлюбленного брата! Если Червяк из нашего рода требует рабыню, вы должны с благодарностью отдать ему рабыню. Смерть преступникам!

– Я выслушал тебя, мой уважаемый Червяк Самыйдлинный, – сказал ласково Радикулит. – Я полностью разделяю твое негодование. Я рассмотрю твою просьбу.

Дверь шкафа раскрылась, оттуда выглянул Клоп Небесный и сказал:

– Я разделяю точку зрения Червяка Самогодлинного. Никто не смеет поднять руку на представителя знатного рода.

– Никто! – закричали, перебивая и подогревая друг друга, остальные вельможи, что сидели в креслах.

Тут Левый Крот не выдержал. Он закричал, обращаясь к орущим вельможам:

– У меня нет меча, и я не могу осквернить вашей подлой кровью этот священный дворец. Но когда мы выйдем, я вызываю на честный бой до смерти любого из вас!

Эти слова вызвали новую вспышку негодования.

– Как он смеет! – кричали толстые и тонкие, низенькие и величавые вельможи Крины. – Самозванец! Поклон в первом поколении! Твой отец был простым лесным разбойником.

– Пускай, – отвечал им Левый Крот. – Пускай он был разбойником, но вы от него бегали, как быстроногие трусливые черепахи!

– Ах! – закричали вельможи. – Ах!

Видно, под черепахой имелся в виду какой-то очень позорный для них зверь.

Радикулиту надоели эти крики, он поморщился и поднял руку, давая знак всем замолчать. Никто не замолчал, словно забыли, где находятся. Тогда раздался удар гонга, такой низкий и гулкий, что его звук поглотил остальные звуки в зале.

Вельможи опомнились.

Червяк Самыйдлинный сказал:

– Просим голосования вельмож! Пускай решит голосование.

– Голосование! – закричали остальные вельможи.

– Кто за то, чтобы немедленно казнить Кротов, а их имущество и замок поделить между нами? – спросил Червяк.

Все вельможи, без исключения, подняли обе руки.

– Вот так, поклон Радикулит, – сказал Червяк и сел.

Наступила тишина. И в этой тишине послышался голос Радикулита:

– Мы тут посоветовались с мудрецами, – старики в высоких шапках поклонились, – и со вкушецами, – жрецы поклонились, – и решили: ваше требование законно и обычай должен быть соблюден. Так что вам, мои дорогие мальчики-кротики, придется погибнуть.