Город Цветов

Глава 7 Сонная одурь

На следующий день Скаю было очень трудно сосредоточиться на занятиях. Сульен настоятельно попросил его стравагировать домой рано, но мальчик и не возражал. Новость, которую сообщил Сандро, ошеломила Ская. Неужели этот монах — отравитель? Или, по меньшей мере, делает яды? Но здесь на самом деле нет большой разницы: если ты что-то изготовляешь, то знаешь, для чего это будет использовано.

Скай попытался вспомнить, что ему говорил Сульен во время первого посещения Талии. «Лаборатория, где я готовлю лекарства и, конечно, духи». Он ничего не сказал о ядах. Скай был уверен в том, что Сульен — хороший человек. Но, может быть, в Талии шестнадцатого века понятия о хорошем и плохом были не такими, как сейчас в Лондоне?

Он был рад, что школа вскоре закроется на пасхальные каникулы. Джорджия предупредила его, что он будет очень уставать днем, если станет каждую ночь стравагировать в Талию, и сегодня он понял, что она имела в виду.

Николас Дюк сдержал свое слово. Он ждал Ская в спортзале в перерыве на ланч. С ним пришла Джорджия, чтобы понаблюдать за ними. Ник вручил Скаю защищающую лицо сетчатую маску и шпагу с чем-то вроде пуговицы на конце.

— Для пробного поединка тебе не понадобится накидка,— сказал он. — Обещаю, что не сделаю тебе больно.

«Маленький зазнайка! — подумал Скай. — Я тебе покажу».

Но Николас фехтовал хорошо, очень хорошо, и Скай никак не мог достать его своей шпагой. К концу поединка он вспотел и запыкался, а Николас, казалось, оставался таким же спокойным, как и в начале. Когда Скай вытер полотенцем взмокшее лицо, он был очень доволен, что Элис не пришла на них посмотреть.

— Хорошо, — прокомментировал Николас. — Ты будешь блестящим фехтовальщиком.

Скай от удивления перестал вытираться.

— Что ты хочешь этим сказать? Я был жутким мазилой.

— Как ты думаешь, что в фехтовании самое главное? — спросил Николас, пристально глядя на него.

— Заколоть противника, — ответил Скай.

— Нет, — возразил Николас. — Помешать ему заколоть тебя. Только бандиты, нападающие из-за угла, сражаются, чтобы убить другого.

«Великолепно, — подумал Скай, — Чего мне не хватало — так это еще одного ребенка, который учил бы меня, что к чему».

— Да, ты действительно ни разу не коснулся меня, — продолжал Николас. — Но ты также много раз не дал мне коснуться тебя — ты защищался инстинктивно, а это для фехтования очень важно.

Повернувшись к Джорджии, чтобы та его поддержала, Скай произнес

— Но ведь я на самом деле не собираюсь учиться фехтовать, не правда ли? Я это только придумал, чтобы объяснить маме, почему мы вместе.

К удивлению Ская, Джорджия его не поддержала.

— Мы с Ником думаем, что тебе не помешает учиться, — сказала она. — Действительно, для нас это будет хорошим поводом проводить больше времени вместе — я часто смотрю, как он фехтует на тренировках и соревнованиях, но мы также считаем, что это пригодится тебе в Талии, если вдруг придется защищаться.

Скаю показалось, что у него на затылке поднялись волоски.

— Что? Ты думаешь, что кто-то может попытаться убить меня?

— А почему нет? — сказал Николас, пожав плечами. — Ты же Стравагант, верно ведь?. Давайте пойдем и съедим что-нибудь на ланч. Я умираю с голоду..

Доктор Детридж, Лучано и Родольфо работали допоздна в лаборатории Родольфо в Беллецце. Лучано, самый молодой из них, был учеником и доктора Детриджа, и Родольфо, он многому у них научился, Хотя Лучано уже освободили от ученичества и предполагалось, что на следующий год он пойдет в университет, он считал, что ему еще есть чему поучиться. А теперь они работали вместе, чтобы узнать, могут ли Страваганты из другого мира путешествовать не только в те города Талии, откуда их талисманы, но и в другие.

— Мы можемо посылати боле единого талисмана каждому Страваганту, — предложил доктор Детридж. — Только мне сие не кажется верным.

— Мне тоже, — согласился Родольфо. — Страваганты из другого мира и вправду принесут больше пользы, если будут путешествовать не только в один город. Лучано сейчас с нами всегда и везде, и мы этому искренне рады, но он теперь один из нашего талийского Братства. А вдруг нам понадобится Джорджия в Беллецце? Или нам будет нужно, чтобы сюда пришел из Джилии этот новичок, Скай.

— Скай? — с интересом переспросил Лучано. В его прежней школе был лишь один человек с таким именем. Он мог вспомнить только юного Ская Мэдоуза, тот был на десятом году обучения, хотя, конечно, прошло больше года, с тех пор как Лучано перевели в Талию, а потом был этот крен во времени, когда Фалко умер в Реморе. По его подсчетам, Скай сейчас должен быть в шестом классе и учиться с Джорджией.

— Я видел его через зеркало брата Сульена, — сообщил Родольфо. — Сейчас он уже юноша, и он мавр, как и Сульен. Я очень рад, что Сульен привел нам еще одного Страваганта. Городу угрожает несчастье.

— Да, — сказал Детридж. — Где живут алхимики, завше буде опасно. Особливо ежели герцог недалече.

— Недавно мы получили от него послание, — осторожно заметил Родольфо, не глядя на Лучано. — Он хочет послать Арианне платье, чтобы она надела его на свадебные торжества.

Лучано почувствовал себя неловко.

— А часто он так поступает? — спросил он.

— Он и раньше посылал подарки, — сказал Родольфо. — Это естественно в отношениях между главами государств. Но он хочет, чтобы она надела именно его платье, и это гораздо более личный подарок, чем обычные дары.

— Ну и что это значит? — не понял Лучано.

— Сие сулит поганый новости, можете быти уверенными,— произнес Детридж.

Лучано уже привык к странной манере Детриджа изъясняться. Он согласился, что, если герцог Никколо что-то задумал, это обязательно будет плохой новостью.

Элис ждала их в кафетерии. Она была несколько удивлена тем, что случайная встреча уже привела к тому, что Скай начал брать уроки фехтования, а все трое подружились. Но она ничего не имела против. Это давало ей возможность лучше узнать Ская.

— Элис знает о вас двоих? — как бы между прочим спросил Скай Николаса, когда они возвращались на уроки.

— А как ты думаешь? — ответил Николас. — Стал бы ты рассказывать кому-то о Талии, если бы не знал, что этот человек оттуда?

— Вам, должно быть, трудно, — сказал Скай. — Неужели у нее нет никаких сомнений по поводу вашей дружбы?

— Джорджия рассказала ей, что чувствует ответственность за меня, — объяснил Николас, и его лицо вдруг исказилось от боли. — И Элис верит ей, ведь все думают, что это Джорджия нашла меня в этом мире и привела к родителям Лучано, которого ты знаешь как Люсьена.