Городок у бухты

— Если вы его вызволите, с ним сделают то же самое русские друзья из мафии, — ответил Виталий.

— Так вы на самом деле из русской мафии? — удивился Артур.

— Я нет, а Серый да, — Виталий ещё раз посмотрел в окно и захохотал, — Теперь от него любая мафия открестится. Серьёзно, не ломайте парню жизнь, здесь о нём хоть кто-то позаботится, узнает, что такое настоящая любовь.

— Мне с тобой нужно поговорить, — уверенно сказал шериф. — Ну-ка, поехали в участок. Алексей, Жанна, займитесь поисками Сагаши. Думаю, что кроме вас с этим никто не справится. Связь по рации.

Тем временем в клинике Алекс несколько раз уговаривал Кинг Конга пустить к себе санитаров. После каждого возвращения в сознание, история повторялась. Арнольду удалось найти подходящее лекарство для Великана, чтобы тот не испытывал тяжёлых последствий, как от транквилизаторов, после чего необычный пациент уснул.

Когда в лечебнице появилась Грета, Алекс попросил её побыть у постели раненого.

— Владислав о тебе спрашивал, — передала женщина. — Дети слышали пальбу, и сын не на шутку взволновался. Я попросила его не звонить, мало ли что.

— Я наберу его, — пообещал Алекс. — Спасибо.

Он на мгновение замешкался, потом, немного стеснительно, наклонился к Грете, поцеловав в щёку. В ответ женщина обняла родственника.

Обрадовав маленького дядю, что с ним всё в порядке, Алекс услышал интересные подробности и немедленно созвонился с Алексеем:

— Владислав сказал, что слышал панические мысли Сагаши через несколько минут после перестрелки, где-то рядом со школой, потом, по его словам, всё резко смолкло. Свяжитесь по рации с шерифом, встретимся на пляже. Да, если Юлиан чувствует себя хорошо, возьмите его с собой, у него есть опыт отца находить людей по энергетическому следу.

Через полчаса группа молодых людей во главе с Артуром, входили в здание школы. Владислав рассказал о своих ощущениях и показал приблизительное направление потока мыслей. Несколько других детей подтвердили предположение мальчика.

— Помнишь, я говорил, что ненависть и любовь должны уровнять друг друга? А оказалось, что ненависть уравнялась страхом. Потом ему было больно. Очень больно, — отведя племянника в сторону, сказал Владислав.

— Малыш, ты почувствовал страх и ненависть в голове Сагаши? — удивился Алекс.

— Да, и мне стало очень грустно, когда я это почувствовал.

— Всё будет хорошо, — обнял племянник мальчика. — Всё обязательно будет хорошо.

Юлиан быстро уловил след Сагаши, уводя группу вверх горы, на которой стояла школа. Когда до сужения возвышенности оставалось несколько десятков метров, проводник остановился.

— Странно. Я чувствую, что он где-то далеко, там, — рука Юлиана указала на обрыв.

Алексей и шериф приблизились к каменистому краю. Осмотрев зелёный покров, Артур заметил примятую траву. Наклонившись, он поднял руку вверх, предупреждая о возможной опасности. Тело Сагаши лежало на крохотном выступе, задержавшись от падения о ствол молодой сосны, растущей из скалы. На первый взгляд японец был мёртв.

— Осмотрите, как следует окрестности, может быть, найдёте мой Кольт. А мне потребуется скалолаз. Есть таковые в городе?

Вместо специалиста по скалолазанию, из школы принесли плотную верёвку. Виталий вызвался добровольцем и, обмотав талию, начал спуск по отвесному склону. Добравшись до Сагаши, он с опаской протянул руку к шее, нащупав вену.

— Он живой! — с нескрываемым страхом, крикнул Виталий вверх.

— Посмотри, нет ли рядом моего револьвера? — прокричал в ответ шериф. — Не бойся, мы спустим второй конец, привяжи его к Сагаши. Под руки, мы его вытянем.

— Может его усыпить? — попросил Виталий.

— Он ничего тебе не сделает, — ответил Алексей, прочувствовавший состояние японца на расстоянии. Поверь мне, — потом добавил, обратившись к шерифу: — Кажется, у него не работает мозг.

Снова ничего не поняв, шериф стал следить, как Виталий выполняет свою задачу. Через несколько долгих минут тело было поднято на вершину скалы. Сагаши отнесли в полицейский автомобиль, и шериф поспешил в клинику.

— Кровоизлияние, — констатировал врач. — Возможно, что Сагаши сильно возбудился, может быть произошёл скачок давления. Мне трудно судить о причине. Сейчас он в коме, думаю надолго.

— Его можно будет вылечить? — поинтересовался Артур.

— Несколько лет парализации ему обеспечены. Из такого состояния редко кому удаётся выбраться раньше пяти — десяти лет. Большинство умирает, так и не придя в сознание, а некоторые остаются овощами до смерти.

— Грустный финал, — сделал вывод шериф.

— Артур, — врач посмотрел на друга, — после этих двух дней, я прошу, не сердись, внимательно выслушай меня. Я не хочу быть членом совета старейшин. Работа в клинике, забота о пациентах мне ближе. Милькевич был прав, когда просил не включать меня в «пятёрку». Думаю и ты много понял за последние сорок восемь часов.

— Понял, — вздохнул шериф. — Действительно многое понял. И знаешь, даже рад, что наш городок немного встряхнуло. Мы действительно закисли здесь в полной тишине и покое. И насчёт Фостанов я ошибался. Хорошо, что вовремя увидел парня в реальной жизни. Ты уже знаешь, что отец Алекса не хочет переезжать в Бэйвиль?

— Нет.

— Видишь, как всё обернулось. Ладно, мне ещё нужно найти свой табельный ствол.

После насыщенного событиями дня, большая компания собралась в кафе кемпинга. Когда появился Кларк Олдман с красными ушами и следами засохшей крови на носу, Жанна и Алексей рассмеялись.

— Тяжёлая рука у Великана, — улыбаясь вместе со всеми, отшутился старик.

— Нужно уметь вовремя остановиться, — подсказал Алекс.

Единственный человек, у которого настроение было хуже, чем у других, был шериф. Он заехал поговорить с Эмили, после разговора с её избранником и братом. Отведя девушку в сторону, он спросил:

— Ты хорошо знаешь своего русского друга?

— Да, — настороженно ответила Эмили.

— Дочка, хоть ты и не из нашего города, твой брат не такой уж и глупый, как кажется. А ещё, он очень добрый и заботливый. Но мне придётся задержать его, пока не найдётся мой пистолет. Теперь о Виталии: ты знала, что он приехал в город, следуя за ещё одним твоим другом, Виктором Брейкманом?

— Да.

— А зачем, знаешь?

— Да, он мне вкратце рассказал.

— И что он связан с торговцами наркотиками?

— Да, я знала, только не от него.

— И после всего этого ты всё ещё считаешь его своим парнем?

Эмили насупилась, начиная соображать, не сделала ли она ошибку. В голове пролетели образы последней ночи и её лицо просветлело:

— Да, он мой парень, — тихо сказала она, подняв взгляд на шерифа.

— Тогда поручись за него и забирай. Кроме его признаний у меня нет никаких доказательств, — улыбнулся Артур.