Горсть Песка

— Кажется, это кланы выходцев с Земли. Они живут в мире Кайтэй и занимают в нем лидирующие позиции. У них очень интересные традиции, вывезенные с исторической родины. Они их сохраняют.

— Ага, правильно.

— У меня обширные связи с миром Кайтэй на самом высоком уровне.

Он похвастался, но мне это было неинтересно. Я уже не могла остановиться:

— Так вот. Подробностей я не знаю, объясню как поняла. У японцев существуют кланы воинов-убийц. Их бесполезно связывать, они всегда носят свою смерть с собой. Если они попадаются врагам, то, чтобы никого не выдать, они убивают себя, откусив собственный язык. Не представляю себе, как это возможно. Я бы так никогда не смогла. А Тиа сумела. Ее связали так, что пальцем не пошевелисть, но когда ее попытались изнасиловать, она убила себя этим жутким варварским способом.

— Откуда ты знаешь?

— Я же тебе говорила. У меня есть запись. Она с камеры видеонаблюдения в том самом притоне. Я ее никогда не смотрю. Мне больно, когда меня называют Риа. Потому что если есть Риа, есть и Тиа. Самое страшное — пожелать кому-то плохого и видеть, что оно сбылось. Я не сделала ничего, но я виновата. Нет, не говори, что я не виновата. Я всегда буду чувствовать себя виноватой! Я не успела, и Тиа больше нет. Я хочу, чтобы меня называли Ри. Я не хочу думать о моей сестре, которая даже в смерти была лучше меня.

Тут я разрыдалась. Меня трясло, слезы лились без остановки, под конец я стала икать… Дейтон перепугался. Вообще перестал называть меня по имени, зато пересел поближе, обнял за плечи и стал гладить по спине, стараясь успокоить. Видно было, что мои слезы ему нож острый.

— Прости, малышка, я не знал. Прости, храбрая девочка. Я не хотел. Правда. Прости.

В общем, он меня уговаривал, я ревела… Успокоилась я нескоро, а когда перестала плакать, извинилась и ушла к себе. Почему?! Не почему я вдруг так разнюнилась, это как раз понятно, а почему я так раскрылась перед совершенно чужим человеком? Или это синдром попутчика? Вздор, никогда в жизни, как бы ни хотелось, не стала бы я перед незнакомым душу выворачивать. Напилась, дура. Не надо было идти у этого красавца на поводу и хлебать бокал за бокалом. Вино всегда выворачивает из памяти то, что я загнала на самое дно и высовываться не велела.

А теперь вот валяюсь на постели и вспоминаю всякое. И даже дверь не закрыла. Почему я вспомнила про дверь? Потому что этот демон в нее вошел, даже не постучавшись.

— Ну что, успокоилась?

Покивала в ответ. Хотя где это я успокоилась? Плакать больше не хочется, хочется рвать и метать. Настроение как тогда на Шиэртане, когда я пятерых порешила. Ой, об этом лучше не думать! Я спокойна, я спокойна, я абсолютно спокойна.

— Плакать больше не будешь? Давай поговорим о чем-нибудь отвлеченном. У тебя красивый дом. Мне здесь нравится.

Хорошая тема. Свой дом я люблю, с ним не связано ничего плохого.

— Мне тоже, как ни странно.

— Забыл, ты его построила или купила?

— Купила. Как раз кризис был и цены на недвижимость упали.

— Ты практичная. Молодец. Когда-нибудь ты увидишь мой дом. Надеюсь, тебе понравится.

Черт дернул меня за язык:

— Вряд ли я его когда-нибудь увижу. После того, что я вытворяла в Империи, я там персона нон грата.

— Миллионов и миллиардов ты там награбить не могла… Девочка моя, неужели ты разыскиваешься за шпионаж или за убийство?

В точку попал.

— Разыскиваюсь. Или думаю, что разыскиваюсь.

— Забавно. И за что же, позволь тебя спросить?

Забавно ему. Вот настырный! Он что, хочет чтобы я на него сорвалась? Или думает, что это поможет заманить меня в койку? Решила напугать.

— Не надо, а то опять реветь начну.

Напугался, но не так, как мне хотелось бы. Присел рядом на кровать и стал гладить по волосам, приговаривая:

— Не надо, не плачь, хорошая девочка, умная девочка, храбрая девочка., не плачь, все хорошо…

Я хоть и пьяная, а заметила: он совсем перестал меня называть по имени. А ведь раньше чуть не через слово обращение лепил. Видимо что-то понял. И тут я действительно успокоилась. Так хорошо стало…

И вовсе не хорошо. Как только я расслабилась этот змей наклонился и попытался меня поцеловать. Не в губы, лежала-то я на пузе. В затылок, потом в шею… Ой! Тут я вскочила и заехала ему этим самым затылком по зубам. Смотрю, он сидит, за челюсть держится и глаза такие задумчивые… А я, как будто ничего не было, говорю:

— Дил, напрасно ты меня вином напоил. Оно на меня плохо действует. Прости. Я устала, а завтра будет тяжелый день. И… просьба. Не в службу а в дружбу: сунь всю грязную посуду в посудомойку, а то мухи налетят. А я сейчас быстренько. Душ приму и спать.

У него глаза стали… Круглые до неприличия. Он другой реакции ожидал. Ну нет у меня для него другой реакции. Мой подход — ошарашить все равно чем. Там разберемся.

Я даже пьяная могу его просчитать. Несмотря ни на что хочет он меня трахнуть, но по-благородному. Воспользовавшись моментом. Не будет у тебя этого момента, красавчик. А то я без тебя тут тосковала, можно подумать. Не нужен ты мне триста лет. И никто не нужен. Найду я тебе заказчика, переведешь мне денежки, и все. Привет Империи! Я зачем его на кухню услала? Для того, чтобы слинять по-тихому.

Как только под его ногами заскрипела лестница, я, вместо того, чтобы идти в душ, скользнула за ним. Но повернула не в кухню, которая у меня еще и столовая, а на задний двор. Открыла незаметную дверку в цоколе и нырнула в подвал. Только у меня там не подвал, а бункер. Огромное помещение, где есть все: спальные места, стол и стулья, пульт управления системой наблюдения и безопасности, санузел, силовая установка и хранилище для вещей и продуктов. А еще там отличная система вентиляции и климат-контроль. Я задраила входной шлюз. Теперь Дейтону до утра меня не найти.

Вот тут я действительно расслабилась, приняла душ, улеглась и вместо того чтобы спать стала вспоминать…

* * *

Сначала вспоминала, как искала Тиа. Собрала все деньги, какие смогла и пошла по агентствам. Восемь детективов со мной даже говорить отказались. Девятый, Сим Аржинби, мне ответил на мое предложение: «Найти не обещаю, но можно попробовать». Сам потом рассказывал: у него был тяжелый период, ни гроша за душой. и он был готов на все ради лишнего илмера. Парень не знал, на что подписался. Думал, я заплачу немного денег, он их израсходует на жизнь, а потом скажет мне, что ничего найти не удалось. А я села на него и не слезала до самого конца. По сути, от него мне была нужна только лицензия на сыск. Сначала мы разыскивали с ним Грея, и чем дольше разыскивали, тем больше убеждались в том, что сестра моя попала в сети торговцев живым товаром. Тиа была настоящая красавица, ей никакие модификаторы не были нужны, она и без них любую на десять голов превосходила. У нас в семействе вообще женщины красивые, что бабушка Сильвия, что мама, но Тиа была лучше всех. За такую красоту могли дать много. Очень много. Даже страшно подумать сколько. Но не в нашем мире. Для этого ее должны были вывезти.

Мы стали искать путь, которым вывезли сестренку, и нашли. Ее вывезли через имперский звездолет «Астрину». Система сообщений в Галактике сложная, но есть ключевые узлы. Из нашего мира в любой другой можно попасть через звездолеты. Они огромные, на планеты никогда не опускаются, висят себе в космосе как этакие станции-передатчики около какого-нибудь пространственного тоннеля и сообщаются со всем доступным пространством посредством челноков. Каждый из них кому-нибудь принадлежит и обслуживает определенные направления. Их бы стоило называть межзвездными станциями, если бы при необходимости они не могли летать самостоятельно. Кстати, звездолет Дейтона «Какое-то там Пламя» время от времени улетает, а потом возвращается. Он обслуживает как раз все, что нас связывает с Империей. Когда его нет, на это место прилетает другой дейтоновский звездолет, называется «Урания». Восемь лет назад все рейсы в Империю шли через «Астрину». Не знаю, кому она принадлежала, но не Дейтону, это точно.