Гость. Часть 2

— Нет, думаю, в школе на него не нападут.

Из этих слов она поняла истинные мотивы группы, давшей Наоцугу приказ: Тацуя был не целью, он был наживкой.

Короче говоря, основные нападавшие отличаются от Лины; даже если Лина их часть, высока вероятность другой группы... решила Эрика.

— В таком случае, Анюэ, нет причин для беспокойства. Поскольку Шиба-кун и я — друзья, которые идут вместе на станцию и из станции, мы не достаточно близки, чтобы строить планы после школы или идти друг к другу домой.

— Верно. Тебе в действительности следовало бы избегать его и на пути в школу... потому что будет не хорошо, если ты вызовешь беспокойство. Но, в любом случае, будь осторожна, Эрика.

— Благодарю, Анюэ.

«Возле Тацуи я буду осторожной», — она добавила в сердце.

Как только они пришли домой, Миюки взяла мешочек, полный шоколада, из рук брата и положила его в холодильник.

До последнего года, даже когда получал не более одной или двух шоколадок, он волновался об ответе младшей сестры; однако, этим годом, к глубокому облегчению Тацуи, негодование Миюки было меньше, чем он думал.

— Онии-сама, я скоро начну готовить завтрак, подождешь немного в своей комнате? — Миюки резко повернулась к Тацуе, который последовал за ней на кухню, чтобы посмотреть, как она. И с неестественно широкой улыбкой сунула эту колкость.

Он перевел так: «не выходи, чтобы посмотреть, пока я тебя не позову». Вспоминая с оттенком беспокойства, как всё причудливо обернулось в прошлом году, Тацуя покорно заперся в своей комнате.

И примерно через час,

— Я пришел... — недолго думая, Тацуя пробормотал это вслух.

Гостиная заполнилась сладким ароматом, подлинный товар, полностью отличающийся от поддельной стряпни Маюми; ошибиться было невозможно: это запах шоколада.

С улыбкой — на этот раз это была естественная улыбка — Миюки пригласила его сесть.

Её внешний вид ошеломил Тацую, что он даже замолчал.

— Как я могу вам помочь, сэр? — её улыбка преобразилась в злобненькую ухмылку, Миюки чуть склонила голову, задав ему вопрос.

Явно лицо той, кто понимает, что делает.

— ...Я не знаю, где ты могла достать этот костюм.

— Костюм? Это простая одежда официантки.

Сейчас, когда она это упомянула, одежда определенно подходила для использования в гостиничной индустрии.

Однако нужно подумать не только о времени и случае, но и о месте, он не считал, что оно подходящее.

Если бы это была не гостиная в частном доме, но ресторан, обслуживающих клиентов с определенными наклонностями, тогда можно было бы сказать, что подходящее время, случай и место.

Форма официантки Миюки была с пышными рукавами, высоким кружевным сарафаном и фартуком, наполненным оборками. Короче говоря, это был стиль Джули Эндрюс.

Хотя он понимал, как концепт подходит еде, но не далеко ли она зашла?..

— Эмм, может быть, в такой одежде я плохо выгляжу?..

— Нет, тебе хорошо идет. Очень мило.

Когда сестра неуверенно задала вопрос, не имело значения, что думал Тацуя, он не собирался говорить то, что может причинить ей боль и заставить Тацую хотеть удариться обо что-то головой.

— Спасибо!

В противоположность тому, что происходило в глубинах сердца Тацуи, дух Миюки возродился, и она по одному начала ставить блюда. Не оставляя Тацуе причин идти к обеденному столу.

Что до меню сегодняшнего дня:

Главное блюдо было мясным филе в шоколадном соусе.

Оно сопровождалось печеньем, полным орехов и шоколадным фондю.

На десерт были фрукты с белым шоколадным фондю с добавлением брэнди.

Без преувеличения, блюда были переполнены шоколадом.

— Онии-сама, пожалуйста, насладись этим праздником. Я, Миюки, подготовила этот шоколад святого Валентина специально для Онии-самы.

Определенно это не то, что можно сделать, если не жить вместе.

Эта презентация приготовленного шоколада — нечто иное, чем просто сладости.

Учитывая обстоятельства, это точно сегодня будет во рту Тацуи.

Всё это — результат находчивости Миюки.

Когда он закончил десерт, лицо Миюки покраснело. Когда он ел фондю из белого шоколада, он беспокоился, что недостаточно выпарился алкоголь из дорогого коньяка, и по-видимому это был не просто плод его воображения.

Потому что Миюки ела не так много, как он, то вобрала больше алкоголя, но...

— Миюки, ты в порядке?

— Да? А что? — ответив с озадаченным видом на лице, Миюки поднялась, чтобы вытереть стол.

С её произношением было что-то не так.

Миюки положила все тарелки друг на друга, чтобы за один раз их унести.

Тацуя посчитал это опасным.

Обычная Миюки сделала бы два-три прихода, чтобы унести столько тарелок.

Она, вероятно, не думала о сложности и без сомнений сделала выбор из-за бессознательного желания сделать всё побыстрее.

Тацуя быстро и молча обошел стол.

— Ээк!?

Как и боялся, он обнял сестру, чтобы она не упала, когда споткнулась о собственную ногу.

Ни одна тарелка не разбилась о пол.

Одной рукой поддерживая Миюки, другой рукой он поймал остальные тарелки.

Он плавно извернулся и положил тарелки обратно на стол.

Затем снова поддержал сестру, но теперь обеими руками, и выпрямился.

— Сп..спасибо, Онии-сама.

— Миюки, отдохни немного на диване.

Миюки не протестовала, что с ней всё в порядке.

Этим она вызвала бы для Тацуи лишь ненужные хлопоты, и это было бы ужасно.

Он сложил тарелки в раковину и оставил остальное HAR, чтобы позаботиться о ней. Хотя она знала, что это не так уж и много работы, почувствовала вину, потому что позволила брату убирать одному и попыталась избавиться хоть от какой-то вины.

Однако ей не удалось избежать подавленности.

Несмотря на прекрасную атмосферу, которую она создала, в самом конце неуклюже затоптала... это была ложь, которую она сказала себе.