Граффити

– Понятно. Как у тебя идут дела в поликлинике? – поинтересовалась Кланя.

– Понимаешь, чтобы быстрее достичь высокой карьеры нужно сначала много трудиться! Дело в том, что психология – это наука…

– О, нет, только не начинай! Я про твою психологию не хочу ничего знать! – отмахнулась женщина.

– А зря! Вот, пойдём, я тебя сейчас провожу до метро и попробую объяснить…

– Не надо! – резко перебила она.

Михаил на неё удивлённо посмотрел.

– Не надо провожать?

Кланя улыбнулась.

– Проводить можешь, а про свою любимую науку как–нибудь в другой раз расскажешь.

– Хорошо, но тогда ты мне сейчас пообещаешь, что мы с тобой завтра поужинаем в ресторане! Согласна?

– Ладно… – вздохнула Кланя.

Она взяла под руку Михаила, и они зашагали по лужам к ближайшей станции метро. Мужчина всегда был одет в костюм и от него исходил приятный запах мужской туалетной воды. Высокого роста, чуть полноватый Михаил всегда опрятный с чёрными коротко стрижеными волосами выглядел безупречно. Они были знакомы несколько месяцев.

На следующий день, собираясь в ресторан, Кланя открыла шкатулку с драгоценностями и увидела мамины янтарные бусы. Она тут же подошла к телефону и набрала домашний номер своих родителей.

– Привет, мам! Как у вас дела?

– Привет, привет! Подожди, я включу громкую связь, чтобы папа тебя тоже слышал…

В трубке зашуршало, а потом Кланя услышала голос отца:

– Ну, наконец–то ты позвонила! А то мы решили завтра махнуть на дачу и боялись, что ты нас не застанешь! Много работы? Отдохнуть успеваешь?

– Папа очень хочет, чтобы ты приехала к нам на дачу и хорошенько отдохнула на природе! – добавила мама.

– Я бы тоже поехала с вами, но до отпуска ещё два месяца. Я приеду к вам в сентябре!

– Обещаешь? – спросил Георгий Иванович.

– Ну… я постараюсь…

– Никаких «нет»! У нас как раз твои любимые яблочки поспеют! – сказала Надежда Юрьевна.

– Ну, ладно, уговорили, обязательно приеду! А как жигули: ещё на ходу? – поинтересовалась Кланя.

– А что им будет? Всю зиму в гараже простояли, а в начале весны я им уже профилактику сделал. Всё в норме! – рассказал отец.

– А как у тебя дела? – спросила мама.

– У меня тоже всё нормально. Вот собираюсь в ресторан…

– С кем? – перебила Надежда Юрьевна.

– Мы работаем рядом. Михаил – психолог. Он недалеко от нашей больницы в поликлинике трудится.

– Хороший мужик? Тебе нравится? – заинтересовался отец.

– Ну так, симпатичный, умный, только помешан на психологии! – ответила дочь.

– Это нормально! Каждый немного помешан на своей профессии! – сказал Георгий Иванович.

– Неправда, не все! – вставила мать.

– Ладно, только не ругайтесь…

– А мы и не ругаемся! Всё, я пошёл на кухню футбол смотреть, так девчонки, сплетничайте без меня! – попрощался отец.

– Пока пап! Значит, вы завтра уезжаете? – переключилась Кланя на мать.

– Да, будем пораньше выезжать. Думаю, часиков в шесть тронемся. А у тебя как там, метро–то уже построили?

– Метро?! – вдруг вскрикнула дочь.

– Ты чего так реагируешь? – не поняла мать.

– Нельзя строить метро… – медленно проговорила Кланя.

– Что ты сказала?

– Мам, а я когда–нибудь рисовала граффити? – вдруг спросила девушка.

На другом конце трубки наступила тишина.

– Аллё, мам, ты меня слышишь?

– Я… я… не хотела тебя пугать, а почему ты спрашиваешь?

– Понимаешь, вчера ночью я написала на стене одну странную фразу. Но только я не помню, как я это сделала!

– Это снова повторилось, – выдохнула мама.

– Что повторилось? – не поняла Кланя.

Прошло несколько секунд, и вдруг Надежда Юрьевна заговорила грустным тоном:

– Дело в том, что ты умеешь предугадывать катастрофы. Но не все, а только те, что касаются тебя лично. Например, когда тебе было десять лет, ты написала на школьном заборе: «Пожар!». Меня, конечно, вызвали в школу и заставили оттирать надпись. Но через несколько дней в школе действительно произошёл пожар! А ещё перед выпускным балом ты написала на стене школы: «Наводнение!». А потом, во время праздника кто–то забыл закрыть кран в туалете, и залило целый этаж! И таких случаев было несколько.

– Кто–нибудь пострадал?

– Были небольшие травмы у людей, но ты не сильно пострадала.

– Теперь понятно, откуда у меня эти шрамы на теле. А почему я не помню свои травмы?

– Ты теряла сознания всё время.

– Ладно, а как я могу рисовать на стенах, если я не умею?! – выкрикнула Кланя.

– После второго случая мы отвезли тебя к врачу. Он сказал, что во время того, когда ты пишешь на стенах, твою руку ведёт разум. Ты знаешь заранее, что с тобой должно произойти. Поэтому, ты стараешься предупредить себя саму об опасности!

– Значит, если я написала, что метро строить нельзя, то…

– Какое метро? Которое строят возле тебя? – забеспокоилась мать.

– Наверное… – не уверенно ответила Кланя.

– Это плохо! Срочно бери отпуск и приезжай к нам на дачу! Там безопасно! Ты слышишь? У тебя есть несколько дней!

– А ты уверена, что это предупреждение?

– Да! – крикнула в трубку мама.

– Хорошо. Я завтра же напишу заявление и приеду к вам на дачу! – согласилась дочь.

– Вот и молодец! – успокоилась Надежда Юрьевна. – Ждём тебя завтра к вечеру!

– Ладно, пока, а то я опоздаю в ресторан! – забеспокоилась девушка.

– Хорошего вечера! – пожелала мама и отключилась.

Кланя надела на себя бирюзовый летний костюм тройку, с длинной, расклешённой юбкой и накидкой с короткими рукавами. Женщина взяла с собой в большую дамскую сумочку и положила в неё бежевые брюки и лёгкую кофточку. Они с Михаилом собирались прогуляться после ресторана по ночному городу. Поэтому девушка решила взять с собой тёплую одежду, в которую планировала переодеться после ужина. По ночам в городе пока ещё было прохладно. На ноги она надела серебристые лодочки на небольшом каблучке. Украшения Кланя не любила, но в этот вечер ей почему–то захотелось понравиться Михаилу, и она достала из шкатулки серебряную цепочку с кулоном в виде розочки с россыпью фианитов. В уши она вставила серьги–гвоздики с такими же серебряными розочками. Покрутившись возле зеркала в коридоре, девушка поправила накрученные на щипцы волосы, взяла сумку и вышла из квартиры.